Читать онлайн «"Если бы не сталинские репрессии!". Как Вождь спас СССР.». Страница 96

Однако даже в 1930 году, когда импорт промышлен­ного оборудования в СССР имел максимум, стоимость импорта, перекрываемого за счет экспорта зерна, составляла только 19,4%. При этом на экспорт шло лишь 6,2% от валового сбора зерна, или 30,4% от объема зерна. Для сравнения скажем, что в 1909–1913 годах доля зерна в об­щем объеме экспорта России была в два раза выше и со­ставляла 40,2%, или 13,9% от валового сбора зерна. Наи­большую выручку за вывоз хлеба удалось получить лишь в 1930 году — 883 млн руб. В последующие годы цены на зерно на мировом рынке резко упали.

В 1932–1933 годах экспорт хлеба дал всего 389 млн руб., в то время как вывоз лесоматериалов принес почти 700 млн, а в 1933 году только продажа пушнины позво­лила выручить средств больше, чем за вывезенный хлеб. Таким образом, распространяя байки об экспорте хлеба, как причине продовольственных трудностей зимой с 1932 на 1933 год, историки просто водят обывателя за нос.

Сталин неслучайно рассчитывал именно на немец­кие кредиты. Еще в 1925 году Германия предоставила СССР краткосрочный кредит в 100 млн марок, а в апреле 1926 года открыла кредитную линию в размере 300 млн марок сроком на 4 года. В 1931 году Берлин предоставил СССР долгосрочный кредит 300 млн марок сроком на 21 месяц. Под эти кредиты и наличную форму оплаты только в 1931–1932 годах СССР разместил в Германии заказы на машины и промышленное оборудование на сумму в 760 млн марок. Уже в 1931 году советский импорт из Германии достиг 1,8 млрд руб., а в 1932 году он составил 1,4 млрд руб. Удельный вес Германии во всем советском импорте составлял в 1931 году 37%, в 1932 году — 47%. То были рекордные цифры.

При этом Советский Союз занимал первое место в германском экспорте машин; доля Германии в импорте СССР выросла с 23,7% в 1930 году до 46,5% в 1932 году. В 1932 году 43% всех немецких экспортированных машин было продано в СССР. Основная часть задолженности Германии со стороны СССР была покрыта поставками золота и передачей иностранных девиз по активному ба­лансу советской внешней торговли с другими странами.

Современные исследования показывают, что в 1925–1933 годах из Германии в СССР было поставлено товаров на сумму 3,703 млрд марок, а завезено из СССР на сумму в 2,976 млрд. марок. Профицит внешней торговли немецкого бизнеса составил 726,6 млн. марок. Пик германского экспорта пришелся на 1929–1932 годы, когда профицит торговли Германии с Советской Россией достиг 736,5 млн. марок. Немецкое кредитование не прекратилось даже после прихода к власти нацистов.

В 1935 году консорциум банков Германии предоста­вил кредит советскому торгпредству в Берлине на сумму 200 млн. марок. Причем поставки советских товаров должны были начаться только с конца 1940 года, а закончиться в 1943 году. Поэтому с началом войны последний кредит в размере 150 млн. марок не был возвращен. За 9 лет СССР получил из Германии кредитов на 900 млн. марок, что составляло 300–320 млн. долларов США[131]. Говоря образно: «советский меч» обороны Сталин «ковал» за немецкие деньги.

Еще одной линией кредитования индустриализации стали деньги частных предпринимателей Америки. Имен­но по таким кредитам осуществляла большую часть своих закупок в США советская офшорная компания «Амторг». 26 ноября 1927 года в Главном концессионном совете при СНК СССР был подписан договор с американским предпринимателем Фаркуаром. Он предусматривал предоставление Советскому правительству 6-летнего кредита на 40 млн долларов для переоборудования Макеевского металлургического завода[132]. В том же году в Вене состоялось подписание договора между Внешторгбанком СССР и американским бизнесменом Виктором Фриманом на открытие кредитной линии в 50 млн. долларов под обеспечение советским экспортом.

В 1928 году, когда экспорт из СССР составил 327, 43 млн. долларов США, то импорт был в 422, 35 млн., а разница частично покрывалась за счет продаж золота. В 1927–1929 годах его вывезли на 390 млн. рублей, что дало около 195 млн. долларов[133]. Конечно, Сталин не упускал и иные возможности, обеспечивающие модернизацию советской промышленности и ее экономики.

Кроме Америки и Германии СССР получал кредиты и у других стран. Так, в конце 20-х и первой половине 30-х годов Великобритания ежегодно кредитовала советские закупки на сумму до 20–25 млн. фунтов стерлингов. В 1936 году Англия предоставила СССР кредит в 10 млн. фунтов стерлингов. Кредит в 200 млн. лир под советские закупки в 1930 году и 350 млн лир в 1931 году предоставила Италия. В 1935 году кредит на сумму в 250 млн. крон предоставила СССР Чехословакия, а в 1940-м СССР получил кредит в размере 100 млн. крон и от Швеции.

Пожалуй, приведенной краткой сухой статистики достаточно, чтобы понять, что Сталин действительно был великим организатором и не мог строить экономическую политику лишь на продаже за границу зерна, как это десятилетиями утверждали высоколобые «интеллигенты». Социалистическую собственность он создавал на средства капиталистов. Еще одной особенностью его трезвой и взвешенной политики являлось то, что он осознавал объективную истину: страна никогда не станет промышленной державой, если при модернизации она не использует весь накопленный мировой опыт.

Однако до 1934 года официальных связей между СССР и промышленно развитой Америкой не было. Зато страна обладала лучшей «валютой», которую можно было использовать в современном мире. Напомним, что свою революционную деятельность Сталин начинал в Батуми и Баку, поэтому он не понаслышке знал о роли «черного золота» в мировой экономике.

Еще в 1921 году американская компания «Standard Oil Со» построила в СССР нефтеперерабатывающий завод. Позже эти контакты были возобновлены, и в 1927 году эта же фирма предоставила кредит в 75 млн долларов под поставки бакинской нефти компании «Вакуум Ойл» и в 1928 году запустила керосиновый завод. Весной этого же года было объявлено о заключении различных контрактов с американскими компаниями «Standard Oil Сотрапу оf Yогк» и «Vacuum Oil Сотрапу» на ежегодную за­купку советских нефтепродуктов на общую сумму 10 млн. долларов. В 1930 году американские установки для крекинга нефти системы «Jenkins» начали работать в Батуми. 15 крекинг-установок с 1930 по 1932 год поставила американская компания «Winkler-Koch».

К 1930 году в стране было построено 19 нефтеперерабатывающих заводов, и только на одном из них стояло советское оборудование. В 1928–1929 годах на экспорт отправлялось 88% всего производимого в СССР топлива. После начала холодной войны советские историки не афишировали тот факт, что ядро советского военно-промышленного комплекса первых пятилеток было спроектировано и оснащено оборудованием при непосредственном участии инженеров американских фирм.

Между тем Сталин в полной мере использовал потенциал предприимчивых акул США, предприняв решительные шаги к тому, что уже к началу 1-й пятилетки СССР начали кредитовать финансовые учреждения Уолл-стрит. Так, в 1927 году компания «Kuhn Loeb and С0» предоставила заем для Советского Союза в размере 65 млн. долла­ров. В 1928 году национальный банк «Rockefeller's Chasе National Вапк» начал продавать в Америке советские облигации.

Результатом его политики стало то, что из 788 основ­ных объектов индустрии, построенных в СССР в 1926–1927 годах (по разным данным), от 521 до 571 сооружалось при участии американцев. К примеру, металлоконструкции для доменных печей Магнитогорска, включая восемь самых больших печей, спроектировала и поставила американская корпорация «Сlearing Mach Согр». Соглашение между «Radio Согрогаtion оf Аmariса» и советским электротехническим трестом обеспечило возможность обмена патентами и информацией в сфере радиотехники и технической помощи со стороны «Radio Согрогаtiоn оf Аmariса».

Серьезные контракты с американскими предпринимателями советские тресты заключили в 1928 году. Важнейшим из них было соглашение между «General Electric» и торговой корпорацией «Амторг». В соответствии с ним «Амторгу» предоставлялся долгосрочный кредит на период в 6 лет для покупки электрического оборудования на общую сумму в 26 млн. долларов США. Для сопровождения контрактов «General Electric» создала в Москве техническое бюро. Именно эта фирма поставила первые пять электрогенераторов для Днепрогэса, установку которых производили тоже американские инженеры.

Американский опыт Вождь использовал и для создания советского автомобилестроения. 31 мая 1929 года Генри Форд и корпорация «Ford Сorporation" тракт, позволяющий Советскому Союзу строить в Нижнем Новгороде автомобили «ГАЗ-А» и грузовики «ГАЗ-АА». Строительством завода руководили американские инженеры корпорации Форда, которая поставила и большую часть оборудования. Помощь в организации произ­водства двух с половиной тонных грузовиков «АМО-3» предоставляла компания «Аustin», Кливленд, штат Огайо.

В 1932 году компания «Нollеу Сагburetors Со» из Детройта, штат Мичиган, построила в Самаре карбюратор­ный, моторный завод. Копиями автомобилей американской фирмы «Аutосаг» были и грузовики «ЗИС-5» и «ЗИС-6», производимые в Москве, на заводе имени Сталина. Точной копией грузовиков «Ford» образца 1934 года во время войны были грузовики «ГАЗ-М», производимые заводом №1 им. Молотова в Горьком. По проекту завода «Seiberling» в Акроне, штат Огайо, был построен Ярославский завод автопокрышек.