Читать онлайн «Почему «сталинские соколы» воевали хуже Люфтваффе? «Всё было не так!»». Страница 94

Вообще, избегать больших потерь в боях с истребителями «штукам» помогала рациональность оборонительной тактики не только одиночных самолетов, но и групп. Так, ими часто применялся «оборонительный круг», где хвост каждого Ju87 был прикрыт не только огнем собственного стрелка, но и огнем крыльевых пулеметов или пушек самолета, летящего следом. Иногда (например, в боях на Правобережной Украине в начале 1944 г.) этот «круг» прижимался к самой земле, так что атаковать «штуки» снизу было практически невозможно, а сверху – опасно: разогнавшийся на пикировании истребитель мог, выходя из атаки, врезаться в землю… Под Яссами в мае – июне 1944-го уходящие после сброса бомб Ju87 выстраивались «змейкой звеньев»: каждое звено летело выше или ниже идущего впереди и идущего сзади, а в самом звене самолеты становились друг другу в хвост. Эта «змееобразная компактная масса»42 могла (в отличие от «круга») свободно лететь в нужном ей направлении; плотность строя не позволяла истребителям зайти в хвост какому-либо из «лаптежников», кроме концевого, а разнесение соседних звеньев по высоте позволяло обезопасить хотя бы часть самолетов от атак снизу, против которых Ju87 были беззащитны. К цели Ju87 под Яссами приближались тоже «змейкой звеньев» (только каждое звено шло в строю «клин»), а иногда в строю пеленга звеньев или фронта. В двух последних случаях истребители, атакующие сзади, оказывались под перекрестным огнем сразу нескольких хвостовых стрелков. А под Нарвой в феврале 1944-го звенья «штук» шли к цели, выстроившись ромбом. В результате, отмечал командовавший тогда 4-м гвардейским истребительным авиаполком 1-й гвардейской истребительной авиадивизии ВВС Балтийского флота В.Ф. Голубев, «огневая мощь их была так сильна, что преодолеть ее одиночными или разрозненными атаками было очень трудно»43.

На величине боевых потерь Ju87 сказывалась, безусловно, и недостаточная подготовка большинства советских летчиков-истребителей. По оценке ряда бывших пилотов «штук», в 1941 г. «советские истребители не представляли для них серьезной угрозы» именно из-за своих неумелых и не отличавшихся упорством действий. «Осуществив бомбовый удар, эскадрильям пикировщиков неизменно удавалось стряхнуть советские самолеты после пяти минут маневрирования в оборонительном кругу и уйти домой на малой высоте». Примерно так же обстояли дела и на протяжении почти всего 1942 г.44… Опробовав в конце 1942-го под Сталинградом и успешно применив в 1943-м в Курской битве очень опасный для Ju87 прием – атаку снизу со стрельбой по ничем не защищенному «брюху» «лаптежника», – советские летчики почему-то почти не прибегали к нему в дальнейшем (даже если «юнкерсы» шли на достаточной для этого высоте). Вместо этого они предпочитали пробиваться сквозь огонь пушек и пулеметов – или вообще отказывались от атаки. По мнению Х.-У. Руделя, большинству советских летчиков-истребителей еще и в 1944-м недоставало агрессивности; «лишь немногие отборные подразделения были исключением из этого правила»45.

В итоге, по свидетельству того же Руделя, его III группа 2-й штурмовой (до 18 октября 1943 г. – пикировочная) эскадры, воевавшая в 1941-м и в Белоруссии, и под Смоленском, и под Ленинградом, прошедшая через Московскую и Сталинградскую битвы, воздушные сражения на Кубани, Курскую битву, битву за Днепр, отражавшая «второй сталинский удар» на Правобережной Украине в начале 1944 г., еще к лету 1944-го «практически не имела» потерь от советских истребителей46. Примерно так же, по-видимому, обстояло дело и в других частях, летавших на Ju87. Так, III группа 1-й штурмовой (бывшей пикировочной) эскадры еще в январе – марте 1944 г., сражаясь в районе Витебска, все свои потери несла от зенитного огня47; многочисленным истребителям 1-й и 3-й воздушных армий Западного и 1-го Прибалтийского фронтов так и не удалось тогда сбить ни одной «штуки»…

Только к концу войны, с ростом выучки советских летчиков-истребителей, ситуация начала меняться. Так, большую часть «штук», потерянных в июле 1944 г., в ходе Львовско-Сандомирской операции 77-й штурмовой эскадрой, по немецким данным, сбили именно истребители.

Что же касается зенитной артиллерии – главного врага Ju87 на советско-германском фронте, – то следует учесть, что поразить пикирующий, т. е. непрерывно и быстро изменяющий высоту полета, самолет зенитчикам очень и очень непросто. И, «по мнению экипажей люфтваффе», советские зенитчики «совершенно не умели вести борьбу с пикирующими самолетами»48. А чтобы это неумение не смогла компенсировать большая плотность зенитной артиллерии, с осени 1943 г. «штукапилоты» стали применять при атаках сильно защищенных объектов – например, переправ – «двухступенчатое пикирование». Пикировать они начинали в другом направлении, а на высоте 2000–3000 м резко разворачивались и дальше пикировали уже на цель. В результате советские зенитчики получали меньше времени для ведения прицельного огня.

Но, может быть, сильное противодействие зенитной артиллерии и истребителей хотя бы срывало выполнение «штуками» боевых заданий? Воспоминания советских летчиков-истребителей буквально пестрят эпизодами, в которых почуявшие опасность «лаптежники» беспорядочно сбрасывают бомбы куда попало и отказываются от попыток пробиться к цели… Конечно, бывало и так. Вот лишь один пример: как показал М.Э. Морозов, именно действия зенитчиков Балтийского флота и Ленинградской армии ПВО можно считать причиной низкой эффективности ударов Ju87 III группы 1-й пикировочной эскадры и I и II групп 2-й пикировочной по кораблям Балтфлота на Неве в апреле 1942 г. Опасаясь входить в зону мощного зенитного огня, пикировщики тогда бомбили со слишком больших высот, неприцельно49 (возможно, впрочем, и иное объяснение: командование 1-го воздушного флота люфтваффе, которому остро не хватало самолетов для поддержки наземных войск в ожесточенных боях у Погостья, в Любанском «котле» и под Старой Руссой и которое предприняло удары по кораблям только по настоянию Геринга, рекомендовало экипажам не рисковать в этих ненужных, по его мнению, вылетах…50).

Немало, однако, и обратных примеров. Так, 349 зенитных и универсальных орудий Кронштадтской военно-морской базы и стоявших в ней кораблей не смогли помешать Ju87 из 2-й пикировочной эскадры потопить 21–23 сентября 1941 г. прямыми попаданиями линейный корабль «Марат», лидер «Минск», эсминец «Стерегущий» и транспорт «Леваневский» и повредить крейсер «Киров» и эсминцы «Грозящий» и «Сильный». Возможно, именно их (а не Ju88) бомбами оказались также потоплены подводная лодка М-74 и тральщик № 31 и повреждены эсминец «Славный», подводная лодка Щ-305 и еще одна субмарина51. «Оборона была просто убийственной, – подчеркивал впоследствии участник этих налетов Х.-У. Рудель, – нигде потом в ходе войны я не видел ничего подобного»52. «Десятки, сотни сине-голубых разрывов испещрили небо», – подтверждает советский очевидец налета 23 сентября – тогдашний командующий Балтийским флотом В.Ф. Трибуц53… Да и на Неве 24, 25, 27 и 30 апреля 1942 г. не имевшие превосходства над силами ПВО Ju87 III группы 1-й и I группы 2-й пикировочных эскадр сумели все-таки потопить тогда блокшив «Ворошилов», переоборудованный в учебный корабль теплоход «Свирь» и пароход «Вахур» и повредить линейный корабль «Октябрьская революция», крейсера «Киров» (тяжело) и «Максим Горький», эсминцы «Сильный» и «Грозящий», подводную лодку М-90 (незначительно), 2 тральщика и 5 сторожевых катеров54.

Вообще, сильное зенитно-артиллерийское прикрытие отнюдь не гарантировало советской стороне безопасность от ударов Ju87. Сказывалась зачастую недостаточная выучка зенитчиков и службы ВНОС. «Как всегда (почти всегда) на этот случай, наземные ПВО с опозданием до почти отхода противника от цели подняли страшенную пальбу по цели, – записал в дневнике после налета трех Ju87 на аэродром Ташлык (западнее Кировограда) в марте 1944 г. начальник связи 4-го истребительного авиакорпуса Ф.М. Смольников, – но противник, видимо, давно изучил ПВО, базирующиеся в 100 км от переднего края, и потому не спеша, методично отстрелявшись, ушел на ю/запад…»55 Показательна также история противоборства люфтваффе и 1-го танкового корпуса 11-й гвардейской армии Западного фронта в ходе Орловской операции в июле 1943 г. Массированные налеты Ju87 и Ju88 на боевые порядки корпуса начались 14 июля, но в этот день эффективность их «все же была незначительна ввиду массовости зенитного огня, срывавшего возможность противнику бомбить прицельно». Тогда 16 июля «лаптежники» навалились на приданный корпусу зенитно-артиллерийский полк – и к вечеру оставили от него всего четыре орудия. После этого, 17 и 18 июля, Ju87 и штурмовики Hs129 бомбили и расстреливали советские танки из пушек уже «безнаказанно»56…

Правда, Кронштадт и 1-й танковый корпус были слишком слабо прикрыты истребительной авиацией, а над Ленинградом в апреле 1942-го она вечно опаздывала на перехват «штук». Но вот Воронежский фронт к первому дню операции «Цитадель» располагал, как уже отмечалось, не только мощными зенитными средствами, но и массой истребителей. И тем не менее боевые порядки его войск все-таки подверглись эффективным массированным ударам 2-й и 77-й пикировочных эскадр. Приведем лишь свидетельство Н.К. Попеля, лично наблюдавшего утром 5 июля 1943 г., как «лаптежники» обрабатывают позиции частей 6-й гвардейской армии и 538-го и 1008-го истребительно-противотанковых артполков 1-й танковой армии (членом Военного совета которой был тогда Попель). «Полк бьется менее часа, а треть орудий уже выведена из строя. Поредели расчеты. Потери не столько от танков, сколько от авиации.