Читать онлайн «Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942-1943 гг.». Страница 78

Шестого ноября советские войска нанесли контрудар под Орджоникидзе. По одной усиленной бригаде при поддержке большого количества танков на узких участках фронта с севера и юга атаковали растянутые фланги 13-й танковой дивизии, главные силы которой находились под Орджоникидзе. Пасмурный темный ноябрьский день должен был стать роковым для 13-й танковой армии. Русские прорвались в направлении с севера на юг на стыке между ней и частями 23-й танковой дивизии, сражавшимися у поселка Рассвет. Одновременно русские предприняли атаку из долины Майрамадаг в северном направлении. Находившиеся там части 23-й танковой дивизии и румынской 2-й горнострелковой дивизии были отброшены к плацдарму Дзаурикау. В этой обстановке 13-я танковая дивизия вынуждена была перебросить свои передовые части из-под Орджоникидзе в Гизель и оборудовать там оборонительные позиции. 43-й мотоциклетный батальон и 4-й саперный батальон еще долгое время удерживали северный фланг, но когда прибыли 15 танков противника, создалась опасная ситуация. Быстро подошедший 2-й танковый батальон 4-го танкового полка подбил десять из них. Находившийся левее 3-й танковый батальон того же полка выдвинулся на перехват противника, прорвавшегося с западного направления, атаковал его во фланг и подбил 9 танков. Однако противнику удалось продвинуться к путям снабжения 13-й танковой дивизии, уничтожить отдельные автомобили и целые автоколонны и обозы. 13-я танковая дивизия оказалась отрезана.

Такая же обстановка складывалась на южном направлении. Там противника встретил «пожарный» батальон Видинга, который был ночью переброшен на высоту 576,3 (севернее Майрамадага). Батальон, сформированный из писарей и обозников, был внезапно окружен, но смог пробиться в Дзаурикау. Обозы и транспортные колонны 13-й танковой дивизии были уничтожены огнем танков и пехоты противника.

23-я танковая дивизия, часть которой находилась на плацдарме Дзаурикау, а другая — у населенных пунктов Рассвет и Фиагдон, обеспечивая коммуникации 13-й танковой дивизии, истекала кровью в оборонительных боях, похожих на мясорубку. В батальонах насчитывалось не более 80 человек.

Седьмого ноября кризис обострился еще больше. Войска противника ворвались в Ардон, оборонявшийся слабым гарнизоном. Выбить их удалось с большим трудом. Участок Дарг Кох — Ардон до половины дороги на Фиагдон обороняла наскоро собранная боевая группа полковника Кампфхенкеля (командира 3-го артиллерийского полка). Из района Дзаурикау в восточном направлении противника атаковала боевая группа Ил-лига (10 танков 201-го танкового полка и два румынских батальона). На короткое время ей удалось установить связь с южным флангом 13-й танковой дивизии. На северном фланге обстановка оставалась без изменений.

13-я танковая дивизия расположилась дугой у Гизели и отбивала ожесточенные атаки противника. Полоса обороны дивизии была поделена на северный (43-й мотоциклетный батальон), центральный (4-й саперный батальон) и южный участки (боевая группа фон Шольца с 93-м мотопехотным полком). Боевая группа фон Хаке в составе 66-го мотопехотного полка должна была пробить дорогу на запад. В четырех километрах западнее Нижней Санибы в тумане она начала вести бой с танками противника. К вечеру ей удалось прорваться к броду -у Дзаурикау и установить там связь с частями 23-й танковой дивизии. Но общая обстановка не улучшилась.

Насколько большое внимание высших штабов вермахта привлекало к себе сражение за Орджоникидзе, свидетельствуют ежедневные телефонограммы. Седьмого ноября в 23.00 начальник Генерального штаба сухопутных войск дал указание начальнику штаба группы армий «А», чтобы 3-я танковая дивизия продолжала активные действия, сковала войска противника и сорвала их наступление. Это был, конечно, хороший совет, но не более того. Находившаяся на северном крыле группы армий «А» 3-я танковая дивизия с большим трудом пыталась удерживать свою протяженную полосу обороны.

Утром 8 ноября новый командир дивизии генерал фон дер Шевалери прибыл на танке на командный пункт 13-й танковой дивизии в Нижней Санибе. На все участки советское командование стягивало подкрепления, которые окапывались перед оборонительными рубежами 13-й танковой дивизии. Перед северным оборонительным участком были подбиты восемь танков противника. 1-й танковый батальон 4-го танкового полка под командованием майора Монтфорта вынужден был несколько раз вступать здесь в бой, чтобы отражать повторяющиеся атаки противника. Здесь также пытались установить связь с 23-й танковой дивизией, но сделать этого не удалось. Вечером 1-й танковый батальон 4-го танкового полка прорвался в западном направлении, чтобы провести к окруженной группировке стоявшую под Хаталдоном транспортную колонну с боеприпасами, продовольствием и медикаментами. На главном перевязочном пункте в Нижней Санибе лежало 400 тяжелораненых, которых было невозможно эвакуировать! Вечером командир дивизии доложил командиру корпуса, что оборону по восточной окраине Гизели долго удерживать не удастся.

Девятого ноября 1942 года в журнале боевых действий группы армий «А» в разделе «Замысел» была сделана запись: «...отвести наступательную группировку из-под Орджоникидзе. Новое направление главного удара — под Малгобеком; для этого создать группировку в составе 13-й танковой дивизии, 50-й и 111-й пехотных дивизий и дивизии СС «Викинг»».

Но события развивались быстрее! Уже в тот же день генерал фон Макензен отдал приказ об отходе 13-й танковой дивизии. Под прикрытием 4-го танкового полка все три боевые группы отошли к окраине Гизели. Первый танковый батальон 4-го танкового полка возвратился обратно в кольцо окружения с боеприпасами, продовольствием и горючим. В связи с тем, что колесные машины не могли пройти по бездорожью, все грузы пришлось перегрузить в танки и на броню.

Главный брод через низменности Майрамадаг и Соляная, который во время сильных дождей становился непроходимым, как и прежде, находился под обстрелом артиллерии противника. Ширина прохода в линии фронта противника была не более одного километра. Здесь, у этого брода, завершился последний акт драмы под Орджоникидзе. То, что этот проход не будет перерезан, следовало из перехваченных радиопереговоров русских: ни командир северной, ни командир южной ударных групп не хотел продолжать атаку. И тот и другой переругались, и в атаку никто не пошел. Так перешеек остался открытым.

Когда развитие обстановки под Орджоникидзе стало принимать драматический оборот, немецкое командование приняло решение подготовить к переброске на Кавказ 50-ю пехотную дивизию, понесшую большие потери во время сражения за Крым и оставленную там для пополнения и береговой обороны. Охрану Крыма должна была принять недавно сформированная, начавшая переброску из Гроссборна 5-я авиаполевая дивизия. Двадцать седьмого октября командир 50-й пехотной дивизии генерал-майор Шмидт получил от командира 42-го армейского корпуса предварительное распоряжение о предстоящей передислокации. В соответствии с ним с 31 октября части 50-й пехотной дивизии поочередно должны были направляться в Керчь и сразу же переправляться через пролив. Затем они должны были идти маршем в Краснодар. После этого пришло распоряжение о передаче 50-й пехотной дивизии в состав 52-го армейского корпуса. Первый из полков дивизии — 122-й пехотный был по воздуху переброшен из Краснодара в Армавир, а оттуда продолжил движение по железной дороге. Одиннадцатого ноября он прибыл в Павлодольский и стал постепенно сменять дивизию СС «Викинг» на участке фронта у Малгобека. Дивизия «Викинг» в своей полосе уже сменила свои батальоны наскоро сформированными подразделениями. Первым в полосу 23-й танковой дивизии 10 ноября по маршруту Котляревский — станция Урух — Ардон — Алагир прибыл 2-й батальон полка «Нордланд», который сразу же был направлен для прорыва кольца окружения вокруг 13-й танковой дивизии.

Десятого ноября 23-я танковая дивизия предприняла безуспешную попытку расширить проход к 13-й танковой дивизии. Для этого были брошены в бой танки 4-го танкового полка. По всей линии обороны 13-й танковой дивизии противник предпринимал сильные атаки при поддержке танков. Три обороняющиеся группы самоотверженно предотвратили опасность надвигавшегося хаоса. Целые роты в разгар боев оставались без боеприпасов. Их доставляли к ним с большим трудом на танках или бронетранспортерах, и роты продолжали сражаться. Вечером оборонительная линия 13-й танковой дивизии проходила дугой у Нижней Санибы. К этому времени все колесные транспортные средства были подготовлены к прорыву. В приказе по дивизии об этом говорилось:

«...с собой взять все автомобили, которые можно буксировать, все вооружение и исправное снаряжение. Все остальное — взорвать...»

Во второй половине дня 10 ноября состоялось совещание командира корпуса фон Макензена с командиром 2-го батальона полка «Нордланд» штурмбаннфюрером Штофферсом и другими офицерами штаба. На нем присутствовал также адъютант 2-го батальона «Нордланд» унтерштурмфюрер Кальман и командир ударной группы обершарфюрер Карл Орф из 7-й роты «Нордланд». Речь шла о том, чтобы ударный отряд пошел в атаку навстречу 13-й танковой дивизии и принял у нее раненых.