Читать онлайн «Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942-1943 гг.». Страница 70

Кризис на стыке 198-й пехотной и 101-й егерской дивизий сохранился. В последующее время здесь шли ожесточенные бои. Опасность атаки русскими длинного западного фланга 44-го егерского корпуса продолжала сохраняться, как и прежде.

Продолжалось сражение за высоты Кочканова. 57-й танковый корпус подтянул все имевшиеся в распоряжении артиллерийские батареи для оказания огневой поддержки, так как грядой высот необходимо было непременно овладеть. С большим трудом по одной доставлялись пушки и гаубицы, а вместе с ними главные силы 235-го артиллерийского полка, 1-й дивизион 77-го артиллерийского полка, подразделения 704-го артиллерийского полка, 1-й дивизион 804-го артиллерийского полка и батарея артиллерийского учебного полка. Через Садовое было установлено сообщение между 57-м танковым и 44-м егерским корпусами. Итак, наступление на юг! Но и советское командование видело в Садовом свой козырь.

26 октября обе стороны запланировали, каждая по-своему, уладить обстановку на высотках Кочканова. В то время как полки 198-й пехотной дивизии севернее Кочканова изготавливались для наступления в южном направлении, советские 83-я и 86-я бригады морской пехоты сосредоточивались южнее.

Немецкие истребители и пикирующие бомбардировщики утром 26 октября промчались над горными хребтами и гулом своих моторов и взрывами бомб дополнили органную музыку артиллерийского концерта. Мощными огневыми ударами оборонительные позиции советских войск были подавлены. Сначала они даже не смогли оказать сопротивления.

Немецкое наступление начало развиваться по плану. Но, захватив первый рубеж обороны, батальоны 198-й пехотной дивизии залегли перед линией долговременных огневых сооружений. Русские перешли в контратаку, которая тут же была отражена. Тяжелые бои продолжались до вечера. Потери с обеих сторон были высокими. Численность 326-го полка составляла 200 человек.

27 октября опять продолжались ожесточенные бои. К вечеру полки 198-й пехотной дивизии завладели инициативой. Подошла артиллерия. Так как словацкая моторизованная дивизия далеко отстала, на нее рассчитывать уже не приходилось. 198-й пехотной дивизии был придан 421-й гренадерский полк полковника Райнхардта из 125-й пехотной дивизии, особо отличившийся в боях за Ростов. Наступлением 198-й пехотной дивизии в южном направлении предстояло установить прямое сообщение с 44-м егерским корпусом (101-й егерской дивизией). Ближайшая задача заключалась в овладении населенным пунктом Садовое, находящимся в 5 километрах южнее Кочканова.

29 октября была отражена контратака русских. 30 октября полки заняли исходные рубежи для наступления. Шел дождь, тучи закрывали долины. Авиация не могла оказать поддержку, артиллерия «ослепла». Начало атаки перенесли на 9.30.

В 9.40 прилетели 15 пикирующих бомбардировщиков 77-й эскадры, 12 истребителей и 12 разведчиков. Они нанесли удар по занятому советскими войсками Сосновому ущелью. Но, несмотря на это, атака пехоты не продвинулась, так как в происходящем там вскоре невозможно было разобраться. Несмотря на повторные атаки авиации, продвигаться дальше не удавалось. Только к вечеру 3-му батальону 305-го полка удалось пробиться в район южнее Кочканова (в 3 километрах южнее высоты 620,8) и укрепиться там на рубеже долговременных огневых точек.

31 октября ожесточенные сражения продолжались. Каждый раз наступающие немецкие батальоны оказывались перед новой линией долговременных огневых точек. Пересеченная местность не давала возможностей для совершения обходных маневров. В разрывах наступающих боевых порядков русские продолжали удерживать оборону. Вход в Сосновое ущелье был захвачен. Постепенно наступление продолжалось дальше на юг. Атака, оборона. Через шесть дней 5 ноября 421-й гренадерский полк штурмом овладел важной высотой 415, с которой могла быть установлена связь с 101-й егерской дивизией.

20 октября была завершена перегруппировка дивизии «Ланц» для штурма верхней долины Пшехи и высот Семашхо. Двадцать первого октября под проливным дождем удалось прорваться в долину Пшиш. Перевальный и Гойтх оказались в руках боевых групп Бухнера (2-й и 3-й батальоны 13-го горнострелкового полка, 54-й полевой запасный батальон) на правом фланге и Лаваля (1, 2 и 3-й батальоны 98-го горнострелкового полка, 1-й батальон 42-го гренадерского полка) на левом фланге. В плен попали штаб русского батальона и 1800 солдат противника.

22 октября капитан Зибек и его люди взяли 1038-метровую гору Семашхо, последнюю естественную преграду на пути к Туапсе, в 22 километрах по прямой от берега моря. Тяжелораненого Зибека унесли с высоты. Большинство его солдат пали жертвой бешеных контратак русских.

В последующие недели, до 13 декабря, гора, склоны которой покрывали неубранные тела погибших, много раз переходила из рук в руки.

23 октября группа Лаваля снова пробилась к Семашхо. Первый батальон 98-го полка и 3-й батальон 98-го полка штурмом овладели господствующей высотой. В последних лучах заходящего солнца перед немецкими горными егерями как на ладони раскинулось Черное море и город Туапсе со своей гаванью. Хорошо просматривались подступы и передвижения войск противника. Снова появилась надежда, что после всех тяжелейших сражений все же удастся достичь Туапсе. Боевая группа Бухнера со 2-м горнострелковым батальоном 13-го полка вышла на высоту 783 на правом фланге наступающей группировки.

24 и 25 октября капитан Вернер и его 2-й батальон 98-го горнострелкового полка пробились из района Перевального к гребню высоты Семашхо, но южными отрогами горной гряды, двуглавой высотой 919 (Два Брата), ему овладеть не удалось. Боевая группа Ауэра присоединилась к наступлению 2-го батальона 98-го горнострелкового полка, переместила линию охранения за Перевальный в верхней части долины Пшиша на юг.

В тот же день, 26 октября, 46-я пехотная дивизия атаковала захваченный 13 октября советскими войсками Оплепен. В результате атаки с двусторонним охватом батальонами 72 и 97-го гренадерских полков высота была снова взята. Таким образом, господствующая высота в долине Пшехи снова оказалась в руках немцев.

Все успехи достигались в тяжелейших условиях. Немецкие роты были обескровлены и насчитывали не более 30 человек. Множество мулов и обозных лошадей не вынесло изнурительных лишений и пало. Цель, которая была уже буквально перед глазами, достичь с имеющимися силами было невозможно. Дивизии, которые должны были быстро освободиться из-под Сталинграда, чтобы усилить группировку войск на Кавказе, истекали кровью перед городом на Волге. Так уже в то время героическая борьба немецких горнострелковых, егерских и пехотных дивизий вдоль дороги на Туапсе предстала огромной трагедией. Над всем застыл возглас: слишком мало! Не хватало двух-трех свежих дивизий, пары полков, и цель можно было бы достичь.

Двадцать седьмого октября состоялось совещание командиров корпусов с командующим 17-й армией в Краснодаре. Генерал-полковник Руофф заслушал доклады своих командиров корпусов, но он и сам уже все знал достаточно хорошо.

Командир 57-го танкового корпуса доложил, что его корпус окончательно застрял в горах. Продолжать наступление дальше невозможно.

Генерал де Ангелис напомнил, что его 44-й егерский корпус располагает только двумя дивизиями двухполкового состава. Он понес очень большие потери, а его собранные на месте колонны вьючных животных не обеспечивают необходимого снабжения.

Генерал Конрад сообщил, что его 49-й горнострелковый корпус, несмотря на привычку действовать в горах, не может наступать дальше один, к тому же понеся большие потери и не имея достаточного снабжения.

Эти оценки обстановки были совершенно ясны. Офицеры и солдаты совершили невозможное, но всему есть предел, и этот предел наступил! А как обстояли дела у противника?

С 20 по 23 октября советские крейсера «Красный Крым» и «Красный Кавказ», лидер «Харьков» и эсминцы «Сообразительный» и «Беспощадный» доставили из Поти в Туапсе 8, 9 и 10-ю гвардейские стрелковые бригады. Всего 12 600 человек, 50 орудий, 65 минометов и 100 тонн боеприпасов. У советских войск был глубокий тыл с хорошими путями снабжения, по которым они могли перемещать свои войска, словно фигуры на шахматной доске. Несмотря на это, они потеряли свои последние оборонительные позиции перед Туапсе.

В этой, прямо скажем, неспокойной обстановке решили найти виновных. Командующий Черноморской группой Закавказского фронта генерал Петров был заменен генералом Черевиченко, который сразу же принял новые меры и мобилизовал все резервы. Вскоре в долине Пшиш и на разъезде Гойтх были сосредоточены 11-й горнострелковый корпус (8, 9 и 10-я горнострелковые бригады), 165-я и 2-я стрелковые дивизии. В район горы Индюк направлена 408-я армянская стрелковая дивизия, а в район Гойтхского перевала — 107-я стрелковая бригада.

28 октября 101-я егерская дивизия сделала попытку прорыва через Гойтхский перевал. Из района Шаумян выдвинулся в южном направлении 228-й егерский полк подполковника Шраца. В то же время 229-й егерский полк отражал атаки противника на западном фланге у Елисаветпольского. 29 октября подполковник Шрац со своими егерями захватил высоту 388,3, подразделения полка пробились до северного подножья высоты 379,8. 97-я егерская дивизия в тот день находилась на железнодорожном переезде в 5 километрах южнее Шаумяна.