Читать онлайн «Вторая мировая война». Страница 62

Уэйвелл же, после тяжелых потерь понесенных британскими войсками в Греции и Киренаике, был озабочен нехваткой танков, которые он мог бы противопоставить немецкой 15-й танковой дивизии. Это побудило Черчилля провести операцию «Тигр» по отправке в начале мая каравана судов через Средиземное море. Они везли почти 300 танков «крусейдер» и свыше 50 истребителей «харрикейн». Поскольку часть X авиакорпуса немцев все еще находилась на Сицилии, эта операция была крайне рискованной. Но благодаря установившейся над морем туманной погоде только одно судно из состава каравана было потоплено.

Нетерпеливый Черчилль подталкивал Уэйвелла начать наступление на границе еще до прибытия новых танков. И хотя начатая 15 мая операция «Краткость» под руководством бригадного генерала Готта по прозвищу «Штурмовик» вначале пошла неплохо, она вызвала моментальный контрудар Роммеля во фланг. Индийские и английские войска были вынуждены отступить, и немцы в итоге смогли вновь овладеть перевалом Халфайя. После того как прибыли «крусейдеры», Черчилль вновь потребовал начать наступление, в этот раз получившее кодовое наименование «Боевой топор». Он не хотел даже слышать о том, что многие из прибывших танков требовали ремонта, а танкистам 7-й танковой дивизии, на вооружение которой прибыли «крусейдеры», необходимо время для ознакомления с новыми для них машинами.

Уэйвелл вновь оказался под грузом противоречащих друг другу требований Лондона. В начале апреля пронемецкая фракция в Ираке, ободренная слабостью британцев на Ближнем Востоке, захватила власть в стране. Начальники штабов в Лондоне приняли решение, что Англия должна вмешаться в события. Черчилль с этим предложением согласился немедленно, и в Басре высадились войска из Индии. Рашид Али аль-Гайлани, возглавивший новое иракское правительство, обратился за помощью к Германии, но ответа не получил, поскольку в Берлине царило полное непонимание происходящего в Ираке. Боевые действия в стране начались 2 мая, после того как иракская армия осадила английскую военно-воздушную базу в Эль-Хаббании неподалеку от Фаллуджи. Через четыре дня Главное командование вермахта приняло решение послать истребители «мессершмитт» Me-110 и бомбардировщики «хейнкель» Хе-111 через воздушное пространство Сирии в расположенные на севере Ирака города Мосул и Киркук. Но вскоре эти самолеты, оказавшись без нужного технического обслуживания, стали непригодны для ведения боевых действий. Тем временем британские имперские войска из Индии и Иордании начали наступление на Багдад. У правительства аль-Гайлани не оставалось другого выхода, кроме как принять британские требования о свободном перемещении союзных войск через территорию Ирака.

Хотя иракский кризис и не потребовал отвлечения войск Уэйвелла, однако Черчилль отдал генералу приказ вторгнуться в Ливан и Сирию, где силы вишистской Франции помогли немцам в их печально закончившейся операции по переброске самолетов люфтваффе в Мосул и Киркук. Черчилль ошибочно полагал, что немцы смогут использовать Сирию в качестве плацдарма для нападения на Палестину и Египет. Адмирал Дарлан, заместитель Петена и министр обороны в правительстве Виши, попросил немцев воздержаться от каких-либо провокационных действий в регионе, пообещав взамен отправить дополнительные французские войска в колонию, чтобы оказать должное сопротивление англичанам. 21 мая, на следующий день после начала немецкого вторжения на Крит, группа истребителей вишистского режима приземлилась в Греции на пути в Сирию. «Эта война становится все более странной, – написал в своем дневнике Рихтгофен. – Мы обязаны предоставить французам топливо и развлекать их».

Операция «Экспортер» – британское вторжение в вишистские Ливан и Сирию, в котором также участвовали войска «Свободной Франции», началась 8 июня наступлением из Палестины на север через реку Литани. Командующий вишистскими войсками генерал Анри Дентц, попросил помощи у люфтваффе, а также потребовал прислать ему подкрепление из воинских контингентов правительства Виши в Северной Африки и самой Франции. Немцы, однако, решили, что у них нет в данный момент возможности предоставить воздушное прикрытие. Но они позволили французским войскам с противотанковой артиллерией проследовать на поезде через оккупированные Балканы до Салоник, где их ожидала погрузка на корабли, чтобы отправиться в Сирию. Но британское военное присутствие на море было слишком велико, а Турция, не желая оказаться вовлеченной в конфликт, отказала французам в праве транзита через свою территорию. Французская армия в Леванте была обречена, но решительно настроилась на максимально возможное сопротивление. Бои продолжались до 12 июня. После подписания перемирия в г. Акко Сирия перешла под контроль «Свободной Франции».

Отсутствие у Уэйвелла энтузиазма относительно сирийской кампании и его пессимизм по поводу перспектив операции «Боевой топор» привели к конфликту с премьер-министром. Нетерпение Черчилля и полное непонимание им тех проблем, которые должны были возникнуть при проведении двух наступлений одновременно, привели Уэйвелла в полное отчаяние. Премьер-министр, уверенный в успехе после проведения операции «Тигр», в результате которой британским войскам в Египте были доставлены новые танки, отмел все предупреждения Уэйвелла об очень эффективных немецких противотанковых орудиях. Именно эти орудия, а не немецкие танки, уничтожили основную часть его бронетехники. Английская армия была непростительно медлительна в создании орудия, которое могло бы сравниться с грозным немецким 88-миллимитровым орудием. Английская двухфунтовая пушка, «горохострелялка», была абсолютно бесполезной в бою. Консерватизм же англичан не позволил переделать 3.7-дюймовую зенитную пушку в противотанковое орудие.

15 июня операция «Боевой топор» началась таким же образом, как и операция «Краткость». Хотя британцы и отбили перевал Халфайя, а также смогли достичь некоторых локальных успехов, вскоре они были отброшены назад, когда Роммель подтянул все свои танки, сняв их с осады Тобрука. На протяжении тяжелейших трехдневных боев британские войска были вновь обойдены с фланга, и им вновь пришлось отступать к прибрежной равнине, едва избежав окружения. Африканский корпус понес больше потерь, чем в предыдущий раз, но британцы потеряли 91 танк, в основном в результате огня немецкой противотанковой артиллерии, тогда как немцы потеряли всего дюжину танков. Королевские ВВС в этом сражении также потеряли гораздо больше самолетов, чем люфтваффе. Немецкие солдаты, конечно, сильно преувеличивали, когда заявляли, что уничтожили 200 британских танков и одержали победу в «величайшей танковой битве всех времен и народов».

21 июня Черчилль заменил Уэйвелла генералом сэром Клодом Окинлеком, широко известным как «Ок». Уэйвелл занял должность Окинлека, став главнокомандующим вооруженных сил в Индии. А Гитлер вскоре повысил Роммеля в звании до генерала танковых войск и, к ужасу Гальдера, предоставил ему еще больше независимости в принятии решений.

Раздражение Черчилля Уэйвеллом и состоянием командования британской армии вообще имело под собой два основания. Первым была необходимость проведения наступательных операций, чтобы поддержать моральное состояние населения и не допустить сползания страны в состояние мрачного безразличия. Второе – это желание произвести впечатление на США и президента Рузвельта. Прежде всего, Черчиллю было необходимо преодолеть частично оправданное мнение, что Англия ждет, когда же Соединенные Штаты вступят в войну и выправят положение.

К великому облегчению Черчилля, Рузвельта в ноябре 1940 г. вновь избрали президентом. Британский премьер-министр еще больше приободрился, когда узнал о том, что тогда же начальник штаба ВМС США приступил к пересмотру стратегических планов флота. План, впоследствии ставший известным под названием «Собака», привел к началу американо-британских штабных переговоров в конце января 1941 г. Эти переговоры, проходившие в Вашингтоне под кодовым названием АВС-I, продолжались до начала марта и привели к созданию основы стратегии союзников после вступления США в войну. В основу этой стратегии был положен принцип «Германия важнее». В соответствии с ним, даже при условии ведения военных действий против Японии в бассейне Тихого океана, США вначале должны были сконцентрировать свои усилия на том, чтобы нанести поражение нацистской Германии. Было абсолютно очевидно, что без помощи Соединенных Штатов на европейском театре военных действий Англия одна не сможет одержать победу в этой войне. А если бы она проиграла войну, то в опасности оказались бы сами США и их внешняя торговля.

Еще до Мюнхенского соглашения 1938 г. Рузвельт отдавал себе отчет в том, какая угроза исходит от нацистской Германии. Предвидя важность военной авиации в будущей войне, он вскоре дал ход государственной программе, которая позволяла производить 15 тыс. самолетов в год для ВВС США. На совещании по этому вопросу присутствовал помощник начальника штаба сухопутных войск генерал Джордж Маршалл. Он, высказав свое одобрение плана по производству такого невероятного количества самолетов, одновременно с этим привлек внимание президента к тому факту, что необходимо увеличить до смешного малочисленные сухопутные войска США. Насчитывая в своих рядах чуть более 200 тыс. солдат и офицеров, они имели только девять дивизий неполного состава, что составляло лишь одну десятую тогдашней немецкой армии. На Рузвельта это произвело должное впечатление. Меньше чем через год он поддержал назначение Маршалла на должность начальника штаба сухопутных войск США. Это назначение состоялось в тот день, когда немецкая армия вторглась в Польшу.