Читать онлайн «Вторая мировая война». Страница 178

На следующем этапе наступления обе армии союзников с огорчением обнаружили, что труднопроходимая гористая местность и осенняя погода совсем не соответствуют образу «солнечной Италии» на довоенных туристических плакатах. Итальянская осень больше напоминала легендарную русскую распутицу. Из-за постоянных дождей и грязи походное обмундирование англичан и американцев не успевало просыхать, и скоро все те, у кого не было возможности каждый день надевать сухие носки, приобрели неприятный синдром «траншейной стопы». Ближе к зиме непрерывные дожди превратили реки в бушующие потоки, а проселочные дороги – в болотную трясину. При этом отступающие немецкие войска успевали взорвать все мосты и заминировать все возможные маршруты движения войск. Хотя англичане и изобрели разборной мост Бейли, той осенью в Италии они завидовали американцам, имевшим многочисленные и хорошо оснащенные военно-инженерные бригады. Но даже американской армии не хватало техники для наведения понтонных мостов на столь сложной по рельефу местности с таким большим количеством горных рек.

Отступление немцев происходило следующим образом. Они создавали на дорогах, по которым наступали союзные войска, тщательно заминированные завалы. Поблизости в засаде находились хорошо замаскированные немецкие противотанковые орудия. Затем немцы ждали, пока идущий первым танк или бронетранспортер подорвется на мине, и открывали шквал огня из укрытия, не позволяя противнику определить, откуда именно ведется огонь. Широкие маневры на открытой местности, освоенные во время войны в пустыне, остались в далеком прошлом. Узкие дороги в горных расщелинах, хорошо укрепленные деревушки на вершинах холмов – все это означало, что основное бремя войны нужно взвалить на свои плечи пехоте. Примерно в 30 километрах к северу от Вольтурно наступление союзников было полностью остановлено.

Созданная Кессельрингом «линия Густава», или «зимняя линия», как ее еще называли, тянулась на 140 км, начинаясь чуть южнее города Ортона на Адриатическом побережье и заканчиваясь на берегу Гаэты – залива Тирренского моря. Пересекая «итальянский сапог» в самом узком месте, «линия Густава» была весьма удобным рубежом обороны, а ее опорным пунктом и естественной крепостью стала гора Монте-Кассино. Вся беспечность и весь оптимизм командования союзников улетучились, когда радиоперехваты Ultra подтвердили серьезность намерений Гитлера и Кессельринга держать здесь оборону до последнего. В этот момент Эйзенхауэр должен был бы настоять на пересмотре всей средиземноморской кампании. Если, как намечалось, семь дивизий будут отправлены в Англию для подготовки к операции «Оверлорд», у союзников не будет численного превосходства, необходимого для успеха крупного наступления. Черчилль и Брук, по-видимому, считали, что теперь американцы не имеют морального права настаивать на выполнении договоренности, достигнутой в мае на конференции «Трайдент».

Рекогносцировка на местности вскоре подтвердила правильность картографических данных. Продвижение Пятой армии генерала Кларка к Риму было возможно по единственному маршруту – шоссе №6, пролегающему через ущелье Миньяно, над которым с обеих сторон высились горы, а дальше протекала река Рапидо, и над всей местностью господствовала величественная Монте-Кассино.

Слева английский X корпус столкнулся с естественным препятствием в виде реки Гарильяно. 5 ноября англичане попытались выйти во фланг противника, захватив Монте-Камино – могучую гору с множеством мелких хребтов, но вскоре были остановлены 15-й немецкой моторизованной дивизией, находящейся в первом эшелоне обороны «линии Густава». Бойцы 201-й гвардейской бригады не смогли прорвать немецкую оборону и столкнулись с невозможностью даже вырыть окопы в скалистой почве горы, которую они прозвали «голозадой». Для укрытия пришлось под ледяным дождем строить стенки из камней. Когда немцы начали обстреливать их позиции из минометов, расположенных выше по склону, оказалось, что летящие во всех направлениях осколки камней представляют собой смертоносное оружие. Положение было отчаянным, и через несколько дней Кларку ничего не оставалось, кроме как приказать войскам оставить Монте-Камино, которая получила прозвище «гора-убийца». Отходя, они оставляли мертвых на позициях, с оружием, нацеленным на врага.

К северо-востоку, на горных лугах центральной части Апеннинского хребта, авангард наступающих американских 34-й и 45-й дивизий составляли итальянские козы: они подрывались на немецких минах, усеявших путь союзных войск. Но в целом приходилось признать неприятный факт, что союзники не научились вести боевые действия в горной местности. На таком сложном рельефе грузовой транспорт не мог добраться до передовых позиций. Задачу доставки продовольствия и боеприпасов по крутым, извилистым тропам пришлось взять на себя людям и мулам. Вниз на мулах перевозили мертвых. Погонщиками обычно были нанимаемые поденно угольщики, которые с суеверным страхом относились к своему печальному грузу. Раненых можно было спускать только ночью, по скользким, почти отвесным склонам, и это было тяжелое и опасное предприятие как для санитаров, так и для лежащих на носилках раненых.

2 декабря днем, под проливным дождем, 900 артиллерийских орудий Пятой армии открыли интенсивный огонь по немецким позициям, в то время как промокшая до костей пехота союзников карабкалась вверх: англичане – по склонам все той же Монте-Камино, американцы во главе с 1-м отрядом спецназа – по горе Дифенса. К восходу следующего дня американский спецназ захватил гребень горы и приготовился отражать контратаки немцев. Бой за Дифенсу длился несколько дней, причем ни одна из сторон не проявляла милосердия к сдающимся в плен. Столкнувшись с грязными методами ведения войны немцами, американцы решили не брать пленных.

На юго-востоке англичане наконец овладели Монте-Камино, поэтому оборона немцев, перерезающая шоссе №6, оказалась частично под угрозой с фланга. Кларк отдал приказ находящейся в северо-восточной части 36-й дивизии прорвать «линию Бернгардта» вблизи деревни Сан-Пьетро. Прежде всего было необходимо захватить Монте-Лунго в юго-западной части ущелья Миньяно, так как располагавшаяся там немецкая артиллерия своим огнем могла преградить путь союзникам. Бригада итальянских альпийских стрелков, выказывая рвение в борьбе с бывшим союзником, который так жестоко обошелся с Италией, бросилась на штурм горы, но ее бойцов буквально косил сильнейший пулеметный огонь противника. Кларк даже попытался пустить в ход танки, но на каменистой местности от них было мало проку: танки сразу же ломались или теряли гусеницы. После нескольких дней непрерывных боев и тяжелых потерь Монте-Лунго удалось взять наступлением с запада. Вскоре в руках союзников оказалась и деревня Сан-Пьетро. Немцы просто отошли на вторую линию обороны.

К середине декабря солдаты Кларка представляли собой жалкое зрелище – небритые, с влажными нестрижеными волосами и темными кругами под глазами от переутомления. Их одежда заскорузла от грязи, ботинки разваливались, кожа побледнела и покрылась морщинами от постоянной влаги. У многих был синдром «траншейной стопы». Крестьяне Сан-Пьетро, которые прятались во время боев в пещерах, вернулись в деревню и обнаружили руины на месте домов, вытоптанные огороды и вырубленные виноградники. На склонах почти не осталось деревьев, не пострадавших от артиллерийских обстрелов.

На адриатической стороне Апеннин Монтгомери вел свою собственную войну. Развертывание сил Восьмой армии проходило очень медленно из-за серьезных проблем в снабжении войск и особенно острой нехватки топлива, пока не были очищены от мин все гавани на побережье. Основная часть прибывающих в Бари грузов предназначалась для быстрого развертывания Пятнадцатой воздушной армии генерал-майора Джеймса Дулиттла на тринадцати аэродромах в окрестностях Фоджии.

Монтгомери теперь сознавал, что главной целью итальянской кампании стало, во-первых, связать максимальное число немецких дивизий а во-вторых, дать возможность авиации союзников использовать аэродромы вблизи Фоджии для нанесения бомбовых ударов по Баварии, Австрии и бассейну Дуная. Горный ландшафт на юге центральной Италии благоприятствовал оборонительным действиям немцев и делал почти невозможным использование превосходящих танковых сил союзников. Оказалось, что в Италии немцы сражаются намного ожесточеннее, чем в пустыне. По словам одного военного корреспондента, немецкий солдат проявлял жестокость «в приказном порядке». Гитлеровцы расстреляли «весь канадский взвод, который попал в окружение, был отрезан от своих и подал сигнал о готовности сдаться». Что касается населения, то расстрелу на месте подлежало «любое гражданское лицо, обнаруженное в районе боевых действий, даже если оно там проживает».