Читать онлайн «Вторая мировая война». Страница 167

Услышав о событиях в Риме, Гитлер вначале хотел сбросить на город дивизию парашютистов и арестовать как членов нового правительства, так и королевскую семью. Он подозревал, что к падению Муссолини причастны масоны и Ватикан. В конце концов Роммель, Йодль и Кессельринг убедили его отказаться от проведения боевых операций в самом Риме. Конечно же, Гитлер не верил обещаниям маршала Бадольо, что Италия продолжит участие в войне. Поэтому по его указанию восемь немецких дивизий захватили перевал Бреннер и стратегически важные объекты на севере Италии. Был разработан план операции под кодовым названием «Аларих», предусматривавший оккупацию всей страны немецкими войсками в случае, если Италия капитулирует. Кроме того, германская разведка получила личный приказ Гитлера выяснить, где содержится арестованный Муссолини, используя для этого все возможные средства, включая подкуп и услуги экстрасенсов.

Вдохновленный достигнутыми успехами, Паттон был полон решимости взять Мессину раньше, чем туда доберется Монтгомери. Он не давал ни дня передышки своим войскам, страдающим от изнурительной жары и жажды. Небоевые потери личного состава были в основном вызваны инфекционными болезнями: малярией, дизентерией, тропической лихорадкой и лейшманиозом. На Сицилии одной только малярией заболело более 22 тыс. американских и английских солдат и офицеров.

По просьбе Монтгомери 25 июля Паттон прилетел в Сиракузы, чтобы обсудить детали наступления на Мессину. Это было необходимо сделать, поскольку от союзного командования не поступало никаких распоряжений. Монтгомери без обиняков признал, что продвижение его войск остановлено к югу от Катании и, не ожидая Александера, они начали анализировать ситуацию, разложив карту на капоте штабного «хамбера» Монтгомери. К удивлению Паттона, Монтгомери согласился на то, чтобы американские части проходили через позиции английских войск, если это ускорит их продвижение к Мессине. Наконец, после задержек, вызванных событиями в Риме, прибыл Александер в сопровождении Беделла Смита. Командующий союзными войсками был явно раздражен тем, что два генерала без него договорились о совместных действиях. Однако, хотя в Сиракузах Монтгомери наполовину и уступил главную роль в наступлении на Мессину Седьмой армии, Паттону этого было мало.

Его серые от пыли бойцы в пропотевших гимнастерках продвигались вперед по скалистым уступам горной Сицилии. Им, как и англичанам, приходилось тащить все боеприпасы, снаряжение и продовольствие на себе и на мулах. Две немецкие моторизованные дивизии, отступавшие перед ними, взрывали мосты и минировали дороги, заставляя американцев бороться за каждый метр земли. Немцы ставили мины-ловушки на телах убитых американских солдат, и американцам, возмущенным такой низостью, оставалось только вымещать свою ярость на немецких военнопленных. Артобстрелы и бомбардировки сицилийских населенных пунктов союзниками приводили к огромным потерям среди мирного населения. В городах и селах стоял тошнотворный запах разлагающихся трупов. Чтобы предотвратить эпидемии, мертвые тела складывали в кучу, обливали бензином и поджигали.

В первую неделю августа 1-я пехотная дивизия США, потеряв в бою около 500 солдат и офицеров, овладела горным населенным пунктом Троина. Паттон, уже давно решивший, что в командовании дивизии необходимо обновить, сразу же после битвы за Троину освободил от должностей командира дивизии Терри Аллена и его заместителя бригадного генерала Тедди Рузвельта-младшего. Брэдли, ненавидевший Аллена, который его открыто игнорировал, был весьма рад таким кадровым изменениям.

Третьего августа Паттон посетил 15-й полевой госпиталь. Он выразил сочувствие и поддержку раненым, но был нетерпим к лечащимся от нервных расстройств. Паттон поинтересовался у солдата 1-й дивизии, молодого ковроукладчика из штата Индиана с диагнозом «военный невроз», что с ним не так. «Кажется, я не могу этого вынести», – пролепетал солдат. От этих слов Паттон впал в ярость. Ударив несчастного по лицу перчатками, он вышвырнул его из палатки и стал пинать сапогами, крича: «Трусливый ублюдок! Я заставлю тебя вернуться на фронт!» Через неделю, во время посещения Паттоном 93-го полевого госпиталя, произошел аналогичный инцидент. На этот раз Паттон даже вытащил пистолет и угрожал застрелить солдата за трусость. Случайно присутствовавший при этом английский репортер слышал, как Паттон позже сказал: «Никакого военного невроза не бывает. Это все еврейские выдумки!»

Паттон убедил командование ВМС, что для ускорения продвижения войск вдоль северного побережья необходимо высадить один батальон в пятнадцати километрах за немецкой линией обороны. Для этого надо было обеспечить достаточное количество десантных судов. Как Брэдли, так и Траскотт резко выступали против этого плана и, как они и опасались, после захвата стратегической высоты Монте-Чиполла батальон был фактически полностью уничтожен. Однако Паттон считал, что игра стоит свеч. Он не знал, что немцы уже приступили к выполнению четко спланированной операции по отводу войск через Мессинский пролив. 11 августа переправа немецких войск на материк началась полным ходом. Командование союзных войск не смогло сорвать планы гитлеровцев. Вместо этого «летающие крепости» Б-17 по приказу командующего английскими ВВС Теддера бомбили товарные станции в окрестностях Рима. И английский, и американский флоты не хотели вводить в действие большие корабли, зная, какое количество немецкой и итальянской артиллерии сосредоточено на побережье полуострова. Позже Эйзенхауэр жалел, что не высадил десант на другом берегу пролива, но так или иначе немцам удалось эвакуировать войска численностью 110 тыс. человек почти без потерь. В большой мере эта неудача союзников была вызвана нежеланием генерала Маршалла провести масштабную высадку войск в материковой части Италии.

В это время Паттон был озабочен только тем, чтобы захватить Мессину раньше Монтгомери, и утром 17 августа его войска триумфально вошли в разрушенный город. Но радоваться ему пришлось недолго: назревал скандал, связанный с инцидентами в госпиталях. В то утро в Алжире Эйзенхауэр узнал о них от английских военных корреспондентов. В США еще ничего не было известно, и президент Рузвельт даже прислал вспыльчивому командующему поздравление, в котором говорилось, что Гарри Гопкинс предложил, чтобы «после войны я пожаловал Вам титул Маркиза горы Этна».

Офицер, ударивший подчиненного, должен был идти под трибунал, но Эйзенхауэр, хотя и был возмущен позорным поведением Паттона, не хотел его терять. Ему удалось убедить американских и английских журналистов не придавать происшествие огласке. После нескольких дней и ночей мучительных раздумий Эйзенхауэр приказал Паттону извиниться перед двумя солдатами и медиками-свидетелями происшедшего и публично покаяться перед войсками. Некоторые части выражали кающемуся командиру свою поддержку подбадривающими возгласами, но 1-я пехотная дивизия, обиженная на увольнение Аллена и Тедди Рузвельта, встретила его слова ледяным молчанием.

Хотя в ходе Сицилийской кампании странам «Оси» все же удалось сохранить и эвакуировать с острова свои основные силы, операция «Хаски», безусловно, сыграла свою положительную роль. Несмотря на большие потери в живой силе (Восьмая армия потеряла убитыми 12 тыс., а Седьмая армия Паттона – 8800 человек), повысился боевой дух союзных войск, было отточено военное мастерство в проведении как десантных, так и сухопутных операций. Союзники фактически получили полный контроль над Средиземным морем и могли использовать многочисленные аэродромы для налетов на Италию и районы за ее пределами. Захват Сицилии ускорил падение режима Муссолини и усилил чувства злобы, страха и подавленности, царившие в последнее время в гитлеровской ставке Wolfsschanze. Бомбежки и разрушение Гамбурга самолетами английских ВВС потрясли Гитлера, а Курская битва и последовавшие за ней победы Красной Армии на Восточном фронте показали, как мало у него сил для продолжения войны.

В августе Черчилль, Рузвельт и их начальники штабов собрались снова, на этот раз в Квебеке, на конференцию под кодовым названием «Квадрант», организованную премьер-министром Канады Уильямом Макензи Кингом. За несколько дней до этого Черчилль заговорил с Рузвельтом о проекте создания атомной бомбы. Американцы пытались скрыть от англичан, что уже ведут исследования в этом направлении под кодовым названием «Тьюб Эллойз», но Черчилль сумел убедить Рузвельта, что проект разработки атомного оружия должен быть совместным.

Участники Квебекской конференции обсуждали неизбежную капитуляцию Италии, в то время как эмиссар Бадольо генерал Джузеппе Кастеллано через Мадрид и Лиссабон тайно зондировал почву на предмет заключения мира. Здесь перспективы казались самыми радужными. Как не уставал повторять командующий американской авиацией генерал Хэп («Счастливчик») Арнольд, итальянские аэродромы можно будет использовать для бомбардировок Германии и нефтепромыслов Плоешти. Но американцы не откликнулись на энергичные призывы англичан провести наступательную операцию в северном направлении до русла реки По, хотя Брук и пытался убедить их, что в случае военных действий в Италии Гитлеру придется отозвать часть своих дивизий с фронта в Нормандии.