Читать онлайн «Вторая мировая война». Страница 104

Чан Кайши считал, что поскольку Англия утратила на Дальнем Востоке статус великой державы, эту роль следовало признать за националистическим Китаем. Рузвельт был бы рад с этим согласиться, но знал, что Сталин не даст согласия на присоединение Китая к «Большой тройке». И Чан Кайши, будучи реалистом, тоже знал, что ему – независимо от того, что он думал об англичанах, – потребуется поддержка Черчилля. Это отчасти и объясняет его гибкость в деле отсрочки обсуждения вопроса о Гонконге. С другой стороны, националистов возмущало, что английское Управление специальных операций сотрудничает с китайскими партизанами-коммунистами на юге: на Восточной реке и Новых территориях Гонконга. Коммунисты помогали пленным англичанам, бежавшим из лагерей. Однажды группу китайских коммунистов даже пригласили на ужин у костра с гусем и рисовым вином. Английский офицер научил партизан петь «Британских гренадеров» и «Песню гребцов Итонской школы».

Тем временем в Индии серьезно ухудшились отношения между англичанами и партией Индийский национальный конгресс (ИНК), которая боролась за независимость страны. Вице-король Индии лорд Линлитгоу оказался самонадеянным и некомпетентным как в политике, так и в экономике. В 1939 г. он не пошевелил и пальцем, чтобы договориться с лидерами ИНК и заручиться их поддержкой в войне. Черчилль со своими романтическими представлениями об империи и британском владычестве, которое индийцы называли «радж» – «власть, правление», показал себя ничуть не лучше. Вынужденный направить в Индию миссию во главе с сэром Стаффордом Криппсом, которого сам он сильно недолюбливал, Черчилль вообще принимал в штыки идею предложить Индии после войны статус доминиона. Махатма Ганди классически определил это предложение, как «просроченный чек», а руководители ИНК отнеслись к предложению без интереса. 8 августа 1942 г., побуждаемый Ганди, Конгресс обратился с призывом к англичанам «оставить Индию» немедля, но сохранить там свои войска для обороны от японцев. На следующее утро британские власти арестовали руководителей партии. Последовали массовые демонстрации и волнения. Тысячи человек были убиты, сотни тысяч – брошены в тюрьмы. Беспорядки укрепили Черчилля в его предубеждении относительно неблагодарности и коварства индийцев.

Оккупация Бирмы японцами весной 1942 г. сократила поставки риса в Индию на 15 процентов. Цены взлетели вверх. Торговцы и купцы, в надежде взвинтить цены еще больше, припрятывали продукты питания, началась безудержная инфляция. Бедные просто не могли позволить себе роскошь поесть. Правительство в Дели не делало ничего, чтобы взять под контроль неуклонно расширяющийся черный рынок. Ответственность перекладывали на областные администрации, которые реагировали «нездоровым провинциальным протекционизмом». Регионы страны, имевшие излишки – такие, как Мадрас, – отказались продавать их тем областям, где была острая нехватка риса.

Основную тяжесть этой катастрофы несла на себе Бенгалия. Не менее 1,5 млн человек умерло непосредственно от голода, который начался в конце 1942 г. и продолжался в течение всего следующего года. По оценкам медиков, примерно такое же количество людей погибло от болезней: холеры, малярии и оспы. Люди были настолько истощены, что утратили всякую сопротивляемость болезням. Черчилль, в гневе на Индию, отказался помогать, хотя программа поставок продовольствия могла бы облегчить положение. Только в сентябре 1943 г., когда вице-королем Индии был назначен фельдмаршал Уэйвелл, правительство взяло ситуацию в свои руки. К распределению запасов продовольствия привлекли войска. Такая политика сделала Уэйвелла еще более непопулярным в глазах Черчилля. Вся эта страница в истории британского владычества в Индии стала, наверное, самой позорной. Кроме всего прочего, был полностью развенчан империалистический аргумент, что британское правление якобы защищает индийских бедняков от богачей.

В нападении японцев на Перл-Харбор было одно спасительное для американцев обстоятельство: в тот роковой день в порту находились линкоры, но не было авианосцев. Именно по этой причине адмирал Ямамото, наиболее дальновидный из высшего японского командования, не присоединился к всеобщему ликованию после завершения операции.

В Вашингтоне, в министерстве ВМС, царила неуверенность. Преобладало желание нанести ответный удар, но исходя из потерь Тихоокеанского флота, необходимо было проявить осторожность. Новый командующий ВМС адмирал флота Эрнест Дж. Кинг, славился своей вспыльчивостью. Он был в ярости от того, что англичане сумели убедить генерала Маршалла и Рузвельта принять политику «Германия важнее», означавшую, что на тихоокеанском театре военных действий следовало перейти к обороне. Англичанам казалось, что Кинг – отъявленный англофоб, но американские коллеги успокоили их, заверив, что адмирал Кинг не страдает предвзятостью. Он просто ненавидит всех и вся.

В штабе ВМС в Вашингтоне решили, что отправлять ударное авианосное соединение для освобождения острова Уэйк слишком опасно. Командиры трех оперативных соединений кораблей были горько разочарованы таким решением, но оно было, пожалуй, наиболее правильным в то время. В конце декабря 1941 г. адмирал Честер Нимиц прибыл в Перл-Харбор, чтобы вступить в должность командующего Тихоокеанским флотом. Неудачливый адмирал Киммел все еще находился там, ожидая решения своей судьбы. Впрочем, коллеги относились к нему с большой симпатией. Высшие эшелоны командования ВМС США не страдали от интриганства и нездорового честолюбия. Назначение Нимица основывалось только на стремлении сделать наилучший выбор. Русоволосый техасец, выходец из обедневшей немецкой аристократии, он отличался мягкостью речи, решительностью и способностью сдвигать горы своей спокойной уверенностью. Неудивительно, что он внушал подчиненным преданность и доверие, что оказалось особенно удачным тогда, когда Вашингтон еще не разработал четкую стратегию войны на Тихом океане.

Тем не менее, Вашингтон настаивал на осуществлении авианалета на Токио, чтобы поднять моральный дух американцев. Рейдом бомбардировщиков «митчелл» Б-25 среднего радиуса действия, которым впервые предстояло взлетать с авианосца, должен был командовать подполковник авиации США Джеймс Дулиттл. Вице-адмирал Уильям Ф. Халси вышел в море 8 апреля 1942 г. с авианосцами Enterprise и Hornet. Он поддерживал нанесение ответного удара, но Нимиц сомневался в целесообразности операции, требовавшей рискнуть таким количеством бомбардировщиков ради неясного результата. Он также беспокоился, хватит ли ему сил для противодействия следующему японскому наступлению, ожидавшемуся где-то в районе Соломоновых островов и Новой Гвинеи. Речь шла о юго-западной части Тихого океана, где американскими войсками командовал генерал Макартур.

Коммандер (капитан второго ранга) Джозеф Рошфор, начальник отделения дешифровки в Перл-Харбор, помог в 1940 г. взломать японский военно-морской код. Этот офицер, будучи большим оригиналом, обычно ходил в мягких шлепанцах и красном смокинге, он не смог предсказать нападение на Перл-Харбор, поскольку японский флот строго соблюдал режим радиомолчания. Ныне же, к счастью для ВМС США, Рошфор сумел расшифровать радиограмму о том, что японцы планируют в мае высадиться на юго-восточном побережье Новой Гвинеи и захватить аэродром Порт-Морсби. Это позволило бы их ВВС контролировать Коралловое море и атаковать северную Австралию, когда вздумается.

Огромные расстояния в Тихом океане, требующие дозаправки в море, представляли серьезные трудности для обеих сторон. Каждое оперативно-тактическое авианосное соединение США из двух авианосцев с кораблями сопровождения должно было включать хотя бы один танкер, который японские подводные лодки и старались уничтожить в первую очередь. Но по мере того как военные действия набирали обороты, именно американские подводные лодки выиграли состязание, уничтожив много японских транспортов и танкеров. На счету американских подлодок было 55 процентов всех потопленных японских судов, что лишило морские и сухопутные силы противника огромного количества топлива и военного снаряжения.

Вице-адмирал Халси, руководивший первым налетом на Токио, стал безусловным кандидатом на роль командира, которому предстоит возглавить первый крупный контрудар по японцам. 30 апреля 1942 г. он вышел в море с 16-м оперативно-тактическим соединением. Но, как и подозревал Нимиц, 17-му оперативно-тактическому соединению под командованием вице-адмирала Фрэнка Дж. Флетчера, которое уже действовало в Коралловом море, предстояло выдержать основное сражение еще до прибытия Халси.

3 мая японские силы высадились на Тулаги, на Соломоновых островах. Японцы не сомневались, что сокрушат любые американские военно-морские силы в Коралловом море к югу от Новой Гвинеи и Соломоновых островов. Узнав, что еще одно японское соединение взяло курс на Порт-Морсби в Новой Гвинее, Флетчер при поддержке австралийских и новозеландских боевых кораблей взял курс на северо-запад. С обеих сторон царили полная неразбериха и путаница. Американские самолеты с авианосца Lexington обнаружили японский авианосец Shohu и потопили его. Японские летчики в свою очередь потопили американские эсминец и танкер, посчитав их частью авианосного соединения.