Читать онлайн «Всемирная история: В 6 томах. Том 1: Древний мир». Страница 121

Иран

Зороастризм. Новая религия возникла в VII–VI вв. до н. э., примерно в одно время с иудаизмом и также на базе новаторского преображения традиционных верований и картины мира. Основатель зороастризма Заратуштра жил, видимо, на востоке Ирана в VII в. до н. э., в областях былой общности авестийских ариев, вскоре после крушения их объединения под ударами кочевников. К тому времени иранцы выделяли два рода богов: ахур, защитников и строителей природного и человеческого космоса, и дайвов (дэвов), сеющих хаос и смерть. Это деление восходит еще к общеиндоиранскому времени (ср. классы дэвов и асуров у индоариев), когда эти божества не противопоставлялись друг другу по критерию «добрые-злые». Однако к середине II тысячелетия до н. э. иранцы и индоарии независимо друг от друга ввели ценностное содержание такого деления: боги одного из классов стали рассматриваться как «добрые» (распространяющие радость, жизнь, созидание), а другого — как «злые» (насаждающие смерть, страдания и разрушения). При этом иранцы к первым относили ахур, а ко вторым — дайвов, индоарии же мыслили наоборот. Соответственно, наиболее могущественные и однозначно благодетельные боги, например Митра — бог солнца и человеческой справедливости, охранитель клятв, зачислялись разными народами в противоположные категории: у иранцев Митра — ахура, у индоариев — дайва. Все индоиранцы почитали Яму (Йиму), первопредка человечества и владыку царства мертвых, поклонялись также Ветру, Солнцу, Луне и Огню. Ложь (Драуга) и Правда (Арта) считались у иранцев особыми мировыми началами, питательными стихиями соответственно злых и добрых божеств.

Вероятно, традиционным воззрениям иранцев принадлежит и мысль о том, что каждая из групп богов имеет верховного предводителя: так, Ахура-Мазда возглавлял ахур, Ангхро-Манью — дайвов. Сами иранцы почитали богов обеих групп: добрых, чтобы те даровали им добро, злых, чтобы те не причиняли им зла или обращали зло на их врагов. Именно против этой практики выступил со своей проповедью Заратуштра. В отличие от большинства религиозных реформаторов он не утверждал онтологических богооткровенных догм и стремился поменять не столько картину мира, существовавшую у иранцев до него, сколько их ценностную ориентацию в рамках этой картины.

Согласно учению Заратуштры, сутью движения всей Вселенной является противоборство равных по силе богов Ахура-Мазды и Ангхро-Манью, т. е. доброго и злого начал. Все зло и боль в мире существуют по желанию Ангхро-Манью, все радости и жизнь — по воле Ахура-Мазды: «Два изначальных духа принесли: первый — жизнь, второй — разрушение жизни. Между ними дайвы сделали выбор: они выбрали духа разрушения и все вместе портят жизнь людей. Оба изначальных духа явились, как пара близнецов, добрый и злой — в мысли, в слове, в деле». Для людей недостойно и гибельно почитать — из страха или ради сиюминутной выгоды — дайвов, всеобщих врагов, стремящихся лишь к хаосу и разрушению. Человек должен занять свое место в битве вселенского Добра и Зла, участвуя в ней тремя орудиями: добрым словом, добрыми помыслами и добрыми делами, и признавая верховным владыкой одного лишь Ахура-Мазду, отрекаясь от всякого общения с дайвами и их адептами; лишь такой человек обеспечит себе воздаяние в загробном мире. Хозяйственные занятия оседлых авестийских ариев, к миру которых принадлежал Заратуштра, и разрушительные для этого мира нашествия кочевников существенно сказались на его проповеди: прилежное занятие земледелием и бережное отношение к скоту объявлялись важными добродетелями, а кочевники — дайвопоклонниками и инструментом Ангхро-Манью. Зороастризм запрещал человеческие жертвы и требовал от своих последователей соблюдать жесткий принцип взаимного ненападения. В целом он был проявлением типичной для «осевого времени» тенденции к этизации картины мира и религиозной практики.

Хотя представители традиционной системы культа оказывали новому учению сопротивление (по преданию, сам Заратуштра был убит жрецом старой веры), оно победило в Иране быстро и почти бескровно. Большинство иранских обществ сами отказались от культа дайвов; Ахура-Мазда отныне почитался как их верховный бог и единственный повелитель. К середине VI в. до н. э. зороастризм распространился в Мидии, и его основными носителями на западе Ирана стали мидийские жрецы-маги (собственно маги были племенем шестиплеменной конфедерации мидян, которому было доверено исполнение жреческих функций от имени и во благо всей конфедерации и которое в итоге выделило жреческое сословие магов).

Ок. 520 г. до н. э. персидский царь Дарий I возвел зороастризм в ранг государственной религии Ахеменидской державы и уже в Бехистунской надписи приписывает все свои победы воле Ахура-Мазды. Однако этическая составляющая в понимании зороастризма при подобной адаптации оказалась быстро сокращена: если в основном тексте Бехистунской надписи Дарий заявляет, что Ахура-Мазда помогал ему, так как сам он, Дарий, был носителем правды, а его враги — обманщиками, то в приписке, добавленной к надписи через несколько лет, помощь Ахура-Мазды объясняется уже просто тем, что Дарий поддерживает культ Ахура-Мазды а его враги — нет. Около 485 г. до н. э. его преемник Ксеркс запретил культ дайвов в одной из областей империи, где его еще практиковали (очевидно, это была недавно присоединенная страна) и составил об этом особую, так называемую «антидэвовскую» надпись. Помимо Ахура-Мазды в Иране особо почитались Митра, считавшийся одним из его главных слуг, и повелительница рек и плодородия Ардвисура-Анахита.

Священной книгой зороастризма является «Авеста». Дошедший до нас вариант «Авесты» оформился во времена позднейшей персидской династии Сасанидов, в III в. н. э., но содержит фрагменты текста и традицию куда более древних эпох; древнейшая часть «Авесты» — «Гаты», или ритмические проповеди Заратуштры, восходят к текстам VII в. до н. э., если не ранее; в других частях «Авесты» встречаются реликты мифологических представлений и исторического эпоса ариев-иранцев II — начала I тысячелетия до н. э. «Авеста» написана на особом, очень архаическом «авестийском» языке (самом древнем из письменных иранских языков). Датировка и интерпретация содержания «Авесты» — предмет нескончаемых споров в науке. Значительная часть ее сюжетов связана с легендарной историей авестийских ариев — ираноязычной общностью, которая на рубеже II–I тысячелетий до н. э. обособилась в районе Амударьи-Хильменда и именовала себя арья, а свою территорию Арйанам-Вайджа («Простор Ариев») и Арйошйана («Страна Ариев»). Цари-жрецы авестийских ариев (кави) и их борьба с северными соседями авестийских ариев кочевыми племенами тура (особенно с их вожаком, «туром-негодяем Франграсьяном»-Афрасиабом), в том числе за гений царственности — хварн, нашли очень яркое отражение в «Авесте». За преданиями об этой борьбе стоит историческая реальность первой половины I тысячелетия до н. э., а «линия фронта» борьбы ариев и тура, пролегавшая между Амударьей и Сырдарьей, хорошо известна археологически как граница между южным и северным вариантами раннего железного века Средней Азии.

Еще более древний пласт «Авесты» отражает древнейшую общую прародину ираноязычных племен, рисуя мир поделенным на семь частей, в центре которых помещалась Хванирата — родина иранцев (соответствует пространству от Алтая до Волги и Амударьи), на севере соседящая со странами, включающими «край полярной ночи».

Все ранние содержательные пласты «Авесты» уже к VI в. до н. э. были переработаны в рамках зороастризма в духе проповеди Заратуштры. Например, творение ряда природных явлений (сурового климата и т. д.), а также осуждаемых зороастризмом ритуальных, политических, идеологических и хозяйственных явлений (обрядов трупосожжения, наличие неарийских правителей в арийских странах и даже самого кочевого образа жизни, неверие, нестойкость в вере и т. д.) было приписано Ангхро-Майнью, который изобрел и внедрил их в противовес благим деяниям Ахура-Мазды, «назло» последнему.

Иерархическую надобщинную власть царей исконный зороастризм, по-видимому, недолюбливал (как и иудаизм!), но начиная со времен Ахеменидов именно праведный царь, руководствовавшийся зороастризмом, блюдущий и охраняющий его основы, а если нужно, то и утверждающий его силой принуждения и оружия, становится одной из центральных фигур зороастрийской идеологии.

В македонско-парфянское время зороастризм утратил статус официальной государственной религии, но продолжал существовать в различных местных вариантах, активно поглощающих народные представления. Зороастризм и зороастрийский или развивающийся под зороастрийским влиянием культ Ахура-Мазды — «маздаяснийская вера» — были приняты царями Парфии наряду с культами самых разных прочих божеств (включая эллинистические), а какой-либо общегосударственной ортодоксии не существовало вовсе.