Читать онлайн «Русь - Россия - Российская империя. Хроника правлений и событий 862 - 1917 гг. - 2-е издание». Страница 58

Царь Федор постоянно искал помощи и совета у Бориса, которому было тогда 32 года. Он был красивым, сообразительным, умным, обольстительным и красноречивым, умевшим повелевать. Знали также власть Годунова над царицей Ириной, своей сестрой. Обычно Ирину сравнивали с Анастасией. Знали власть жены над мужем-царем, который искренне любил Ирину. Если бы Борис Годунов родился наследником престола, то заслужил бы славу одного из лучших государей. Но рожденный подданным, с необузданной страстью к господству, он не мог одолеть искушений там, где зло казалось для него выгодой — и проклятье веков заглушает в истории добрую славу Бориса.

31 мая 1584 г. состоялось венчание Федора на царство. Как водилось тогда, новый царь одаривал своих приближенных. Борис Годунов стал «ближним великим боярином», конюшим, наместником Казанского и Астраханского ханств. Ему были даны лучшие земли. Теперь Годунов вместе со своими тоже разбогатевшими родственниками мог выводить до 120 тысяч воинов. Он был уже не просто временщик и любимец, а властитель в государстве. Борис с рвением устремился к великой цели: делами для общественной пользы он хотел оправдать доверие царя, заслужить любовь народа и признательность отечества. По существу, Борис стал истинным правителем. Он правил государственным рулем, повелевал именем царя, но действовал по своему усмотрению и по совету близких ему людей.

Именем царя были сменены «худые» воеводы, увеличили жалованье чиновникам. Следовало восстановить честь оружия и спокойствие России. Начали с Казани. Годунов больше умом, чем мечом, усмирил мятежных черемисов. Утихомирив Казанское царство, он вторично покорил Сибирь. Еще не зная о гибели Ермака, Годунов послал к нему на усиление воевод со стрельцами. Новые отряды встретились с остатками казаков Ермака. Объединив силы, они двинулись к реке Тобол. Воспрянувший было духом после ухода казаков Ермака из Сибири Кучум был прогнан в Барабинскую степь молодым и задиристым ханом Сейдяком.

Атаман Никита Мещеряк разбил Сейдяка и, раненного, взял в плен. Таким образом, дело Ермака было завершено — Мещеряк окончательно покорил Сибирское ханство. Воевода Ефим Воейков уничтожил последний отряд Кучума (1598 г.). Город Искер опустел, и основанный в 1587 г. Тобольск превратился в новую столицу Сибири. Была заложена цепочка городов, связывающих Пермь и Уфу с Сибирью. Первым русским городом в Сибири стала Тюмень (1586 г.); в 1592 г. были основаны города Пелым, Березов, Сургут, в 1594 г. — Тара, в 1596 г. — Нарым и Кетский Острог.

Кроме войск, Годунов посылал в Сибирь и земледельцев из Перми, Вятки, Каргополя, Москвы. В то время Сибирь давала в казну страны ежегодно 10 тысяч черных лисиц, 500 тысяч белок. Кроме того, поставлялись бобры и горностаи.

Во внешних делах Борис Годунов следовал правилам лучших времен Иоанна Грозного. Продолжались сношении с Англией и Литвой.

После 16 или 17 месяцев спокойного правления против Годунова составился заговор. Слабодушный князь Мстиславский, обманутый Шуйскими, Воротынскими и Головиными, стал главным в этом деле. Заговор раскрыли — и Мстиславского постригли, сослав в Кириллову обитель (Кириллово-Белозерский монастырь). Шуйских не коснулись. Казней не было. Даже сын Мстиславского, князь Федор Иоаннович, остался в Думе первым, или старейшим, боярином.

Царь Федор хотел возвратить в страну изгнанников Иоанна — князя Гаврилу Черкасского, Тимофея Тетерина, Давида Бельского (свойственника Бориса Годунова) и других. Федор простил всех беглецов, кроме несчастного Андрея Курбского (он умер в 1583 г.), а также Михаила Головина, который бежал в Литву и там выдал тайны России.

Царь послал к Баторию посольство, но оно было принято литовцами холодно. В итоге переговоров Россия и Литва заключили мир на 2 года. Возобновились дружественные отношения с датчанами, достигли перемирия со Швецией. Россия постоянно остерегалась Крымского ханства. Хан Магмет-Гирей не раз посылал отряды татар в юго-восточные пределы России. Одновременно Федор и бояре внимательно следили за действиями Турции.

Почти сто лет Россия и Грузия не имели государственных сношений. В этой прекрасной земле, угнетаемой турками и персиянами, правил тогда кахетинский князь, или царь, Александр, который просил Федора взять страну под свою опеку. С того времени (примерно с 1587 г.) Федор в свой официальный титул внес добавление «государь земли Иверской, Грузинских царей и Кабардинской земли, Черкесских и Горских князей», хотя реальных возможностей защитить далекие южные земли у Московского государства тогда не было.

Россия вела переговоры и с Персией. Так, в течение первых лет царствования Федора (или правления Годунова), проводилась Россией внешняя политика — не без хитрости и не без успехов, более осторожно, чем смело, с помощью угроз и обещаний, не всегда искренних. Русские не шли на войну, но готовились к ней, везде усиливали рать, проводили воинские смотры.

Внутри царства все было относительно спокойно. Правительство занималось переписью людей и пашенных земель, налоговой политикой, заселением пустующих земель, постройкой городов. В 1584 г. московские воеводы Нащекин и Волохов основали на берегу реки Северная Двина город Архангельск. Астрахань укрепили каменной стеной. Оживилось строительство в Москве. Основан город Уральск — около 1584 г. шестьсот или семьсот волжских казаков выбрали себе место жительства на берегах реки Яик. Это было время расцвета в истории донских и волжских казаков. От Азова до Искера гремела слава их удальства, раздражая турецкого султана и Крымского хана. Казаки смиряли ногаев и утверждали власть московских царей за Уралом, в Сибири.

В этих обстоятельствах, благоприятных для величия и целостности России, когда все доказывало ум и деятельность правительства, то есть Годунова, именно он стал ненавистен многим из бояр. Борис желал казаться скромным. Обычно он сидел четвертым от царя. Народ жалел царя Федора и ненавидел Годунова. Неприязнь потомков Рюрика, особенно Шуйских, к Годунову росла.

Митрополит Дионисий, Шуйские, их друзья решили от имени всей России просить царя Федора, чтобы он развелся с бесплодной супругой, отпустив ее, и взял бы другую, чтобы иметь наследника. Выбрали, как пишут, и невесту: сестру князя Федора Мстиславского, отец которого, низверженный Годуновым, умер в Кириллово-Белозерской обители в 1586 г. Написали грамоту и утвердили ее целованием креста.

Но Борис, имея множество преданных ему людей, узнал об этом заговоре. Без гнева, без укоризны он пытался усовестить митрополита. Дионисий извинился, дал слово не разлучать супругов. Годунов обещал не мстить виновникам заговора. Несчастную княжну Мстиславскую, как опасную соперницу Ирины, постригли в монахини.

Годунов пользовался и низкими средствами для достижения своих целей. Однажды слуга Шуйских пришел во дворец и сообщил, что его господа в заговоре с московскими купцами и думают изменить царю. Шуйских взяли под стражу. Были взяты также князья Татевы, Урусовы, Колычевы и другие. Собрался суд, допрашивали обвиняемых и свидетелей, но никто не подтвердил клеветы доносчика. Однако суд не оправдал подозреваемых. Шуйских удалили, князя, боярина Андрея Иоанновича, главного виновника, сослали в Каргополь, князя Иоанна Петровича — в Белоозеро, у князя Василия Федоровича Скопина-Шуйского (старшего в роду) отняли наместничество и не разрешили жить в Москве. Других виновников сослали в Буйгород, Галич, Шую, Вологду, Нижний Новгород, Сибирь. Семи купцам, участвовавшим в заговоре против Ирины Годуновой, на площади отсекли головы. Пока еще не трогали митрополита, но он не захотел быть робким зрителем происходящих событий. Митрополит перед лицом царя назвал Годунова клеветником, тираном, доказывая, что Шуйские и его товарищи невиновны. То же самое говорил и архиепископ Крутицкий Варлаам. Вскоре Дионисия заточили в Хутынский монастырь, а Варлаама — в Новгородский. Борис дал указание удавить двух главных Шуйских — Андрея Иоанновича и знаменитого князя Иоанна Петровича. Так погиб герой Пскова, которого знала вся Европа.

С этого времени начались злодейства Бориса Годунова. Смирив двор опалой Шуйских, духовенство — свержением митрополита, а граждан столицы — казнью знатных московских гостей, окружив царя и заняв Думу своими близкими родственниками, Годунов уже не видел никакого сопротивления, никакой для себя опасности до конца жизни царя Федора.

Современники царя так описывают его быт. Федор вставал обычно в четыре часа утра и ждал духовника в спальне, полной икон, освещенной днем и мочью лампадами. После встречи с духовником, он шел к жене Ирине. В девять часов утра Федор слушал литургию, в одиннадцать — обедал, после обеда спал не менее трех часов, затем снова шел в церковь к вечерне. Все остальное время до ужина царь проводил с супругой, шутами и карликами, развлекаясь их кривляниями или слушая песни. Иногда Федор любовался работой своих ювелиров, золотарей, живописцев. Вечером, готовясь ко сну, он опять молился. В праздничные дни царь забавлялся медвежьей травлей.