Читать онлайн «1941. Вяземская катастрофа». Страница 89

В районе Ново-Высокое сосредоточилась танковая группа «Лев». К этому времени танковые полки обеих танковых дивизий, понесшие большие потери, были выведены в резерв в готовности к маневру для отражения атак русских как с запада, так и с востока. 4-й пехотный полк 6-й танковой дивизии, действуя в отрыве от ее основных сил, занял рубеж в тылу 7-й — фронтом на восток, обеспечивая ее от возможного удара с востока и северо-востока (см. схему 12).

Характерно, что с занятием назначенного рубежа немцы сразу же организовали разведку до линии Горскино, Анчуки, Лобановка, но выход на эту линию мог быть осуществлен только по приказу дивизии. Несмотря на желание как можно быстрее разгромить окруженные войска, например, нанесением встречных рассекающих ударов, немецкое командование предпочло на северной стороне котла перейти к обороне на подготовленном рубеже. Немецкое командование рассчитывало, заменив танковые дивизии пехотой, быстрее подготовить их к наступлению на Сычевку и Ржев. Но главная причина заключалась в больших потерях в танках. Так, согласно боевому донесению, 6-я танковая дивизия в течение 8 октября потеряла: 54 человека, в том числе 4 офицера, 2 миномета, два противотанковых орудия (37-мм и 50-мм), 11 танков, в том числе 10 T-35(t) и один T-IV (танки выведены из строя в результате прямых попаданий снарядов). При этом дивизия захватила: 350 пленных, 8 поврежденных танков (в том числе один тяжелый), 6 минометов, 16 ручных и 6 станковых пулеметов, винтовок — по числу пленных (в основном неисправных)[257].

Неудивительно, что попытка частей 19-й армии и группы Болдина прорваться пятью колоннами на фронте 11–12 км (судя по всему, осуществить одновременный их выход не удалось) сквозь такое плотное кольцо окружавших ее соединений противника не удалась. Авангарды колонн не смогли преодолеть оборону противника и понесли потери. А колонны главных сил обеих группировок были остановлены, а потом просто распались. Интересно, что никто из участников тех событий не говорит об использовании при выходе из окружения оставшихся в строю танков. А их было, как мы знаем, не менее 50. Видимо, они двигались в голове колонн.

По крайней мере, это отмечено в документах противника:

«9.10. К утру разведывательная группа выявила в районе Свистово и в лесной зоне к западу от него скопление войск противника — до батальона пехоты и пять танков. По противнику был нанесен артиллерийский удар. Около 12.00 противник атаковал наши позиции между Авдеево и Реутово (оба пункта в 5 км юго-западнее Ломы. — Л.Л.) и прорвал передовые рубежи обороны. Контратакой роты из состава батальона 114-го пехотного полка при поддержке зенитных орудий 6 и 9 батарей 411-го полка, 4-й батареи 51-го полка „Nebelwerfer“ (6-ствольных минометов) линия обороны была восстановлена.

Разведка установила также местонахождение колонн противника на участке Лобановка — Богородицкое. По ним был нанесен артиллерийский и минометный удар. Около полуночи продолжались бои с противником — до роты пехоты (разведка) атаковали позиции 2-го батальона 114-го полка. Атаки противника отражались пехотой при артиллерийской поддержке, в том числе и огнем прямой наводкой. <…> Атаки полка противника при поддержке танков с юго-запада на участке 6-й танковой дивизии отбиты. Встретив сопротивление, противник сразу отступил. 9-я армия отразила попытки противника вырваться из котла при поддержке танков на его восточном участке»[258].

Попытки прорваться различными силами (вероятно, по инициативе некоторых командиров) продолжались и в ночь на 10 октября и днем.

Из донесения 4-го пехотного полка:

«В ночь с 9 на 10.10 позиции 1-го батальона подвергались непрерывным атакам различных русских групп численностью в 30–50 человек каждая, выходивших из вяземского котла. Все их попытки прорыва были отбиты с большими для них потерями.

Собственные потери: 3 убиты, 7 ранены.

Взято в плен: 366 человек, в том числе 1 женщина.

Захвачено: 257 винтовок, 120 ручных гранат, 8500 винтовочных патронов.

В приложении пересылаем несколько русских оригинальных карт и тетрадь с карандашными пометками, принадлежавшую, по всей видимости, комиссару, и содержащую весьма интересные записи по различной тематике. В них, в частности, говорится, что вермахту в самое ближайшее время предстоит крах и что в немецких войсках нет уже больше резервов горючего»[259].

Частями 6-й танковой дивизии противника за период с 7 (то есть со дня окружения) по 10 октября было взято в плен 1639 рядовых и сержантов, 11 офицеров. Захвачено: 11 поврежденных танков (один тяжелый), 80 орудий, большей частью поврежденных, 6 минометов, 27 пулеметов и другое стрелковое оружие, в основном неисправное, 24 повозки с лошадьми. А всего с начала наступления части дивизии взяли в плен 4400 человек, уничтожили и захватили 98 танков, 122 орудия, 17 минометов, 129 пулеметов и 439 грузовых автомашин[260].

Из промежуточного донесения штаба 9-й армии за 10.10.1941 на 18.25:

«<…>Вдоль разграничительной линии между 6-й и 7-й танковыми дивизиями произошли тяжелые бои с противником, пытавшимся идти на прорыв. Противник отброшен с большими потерями. При поспешном отходе он бросил на дороге около 80 орудий. Трофеи и пленные подсчитываются. Следует считаться, что противник будет продолжать попытки прорыва, особенно ночью.

<…> 8-й ак: 8-я пехотная дивизия достигла р. Вязьма восточнее Никулино. 28-я пд образовала небольшой плацдарм на Вязьме восточнее Борково.

<…> 5-й ак: 5-я пд вышла на линию Борисово — Авдеево. Противник перед нею находится в оборудованных окопах и траншеях (выделено мною. — Л.Л.). Часть подразделений дивизии развернута на север.

35-я пд, следуя за частями 56-го ак в направлении на юго-восток с намерением сменить части 6-й и 7-й тд, вышла на линию Ломы — Спас.

6-я и 7-я тд продолжают прикрывать продвижение наших частей. Линия фронта развернута на Богородицкое»[261].

В некоторых публикациях высказывается, в общем-то, правильная мысль, что попытка окруженных войск выйти из окружения в колоннах не могла иметь успеха. В серьезном труде Института военной истории об этом было сказано так:

«Прежде чем выбираться из окружения, следовало бы организовать оборону района, как это сделал П.А. Курочкин под Смоленском. Здесь же, под Вязьмой, предполагали осуществить прорыв с ходу, в процессе отхода, а это обрекало войска на заведомое поражение» [61].

Во-первых, говорить о попытке выхода 19-й армии из окружения с ходу, да еще в процессе отхода, неправомерно (на этом мы останавливались). И упоминание о генерале П.А. Курочкине в данном случае не совсем уместно. Под Смоленском была совершенно другая обстановка. Там наши войска находились в оперативном окружении. Немцам не удалось полностью перерезать пути отхода — сил 7-й танковой дивизии для этого не хватило. Войска группы Рокоссовского удержали коридор для выхода войск 16-й и 20-й армий и переправы через Днепр.

Немцы сделали из своей относительной неудачи соответствующие выводы. Так, 22 сентября штаб 4-й армии отмечал, что большинство операций на окружение («котловых сражений») имели тот недостаток, что в их ходе обычно было задействовано недостаточное количество частей, «участвующих в окружении войск противника, удержании линии фронта и дальнейшем сжимании „котлов“ <…>. В результате русским, хорошо знавшим местность, удавалось ночью вырываться буквально тысячами из растянутого кольца окружения. Вследствие этого и число пленных было значительно меньше предполагаемого»[262]. Так что не случайно для окружения в районе Вязьмы немцы выделили максимальное количество сил и средств, чтобы создать достаточно плотный внутренний фронт окружения.

Во-вторых, рассуждать подобным образом можно только с позиций сегодняшнего дня. Решение выходить из окружения колоннами было принято на основе имевшихся в то время данных, в том числе полученных и от командования Западного фронта, и под его давлением. Эти попытки выходить чуть ли не в походном порядке привели к излишним потерям и лишь насторожили противника.

В послевоенное время генерал В.Р. Вашкевич, анализируя обстановку, сложившуюся в окружении северо-западнее Вязьмы, записал (в личном архиве сохранились его записи): «Лукин организовал бегство двумя колоннами, при этом задач дивизиям не поставил. Все делалось в спешке. Прикрывать выход главных сил должна была 2-я сд на р. Вязьма. Приказ на прорыв был отдан после трех суток бесцельного панического метания от одной крайности к другой».

Наконец, о какой обороне идет речь? В северной части «котла» противник особой активности не проявлял. В ночь на 10 октября немцы навели переправы через Днепр, и соединения 5, 8 и 27-го армейских корпусов 9-й полевой армии вышли к р. Вязьма в ее верхнем течении, образовав западную сторону котла. При этом части 8-го армейского корпуса, наступавшие севернее автострады, пока не предпринимали особых попыток прорыва позиций на ее восточном берегу. В эти дни противник вообще не предпринимал никаких решительных действий против частей, окруженных севернее автомагистрали. Лишь на флангах 2-й стрелковой дивизии, прикрывавшей окруженную группировку с запада, у деревни Лаврово и южнее автомагистрали, продолжались стычки разведывательных подразделений.