Читать онлайн «История России. Смутное время». Страница 66

«Бысть бо тогда разорение Божиим святым церквам от самех правоверных… И тогда убо во святых Божиих церквах кони затворяху и псов во олтарех питаху. Освященные же ризы не токмо на потребу раздираху, но и на обущу преторгаху и драгими багры на плещу… и афедроны покрываху. И к коим же вещем святым не возможно приступати без говения со страхом, и тая ношаху блудницы и пияху с плясанием от сих, и бессловесные скоты украшахуся сими… Чин же иноческий и священнический вскоре смерти не предаваху, но прежде зле мучаще всячески… и таковых работами облагаху: и сторожи беяху им, и вина и пива варяху им, такоже и кормы людские и конские готовящее им, и пасяху стада им. Такоже иереов у мелива, и у возов, и у древосечества моряху; и блудниц стережаху, и работающее блудницам, и воду носяху им и дрова, и порты сквернавыя мыюще на них… И старыя и святолепныя мужи у ног их валяющееся, аки сиротки; и ругающееся им повелеваху песни пети срамные и скакати, и плесати, и непокаряющих же ся смерти предаяху.

И переменишася тогда жилища человеческая на зверская… Горы бо могли тогда явишася побиенных по правде и не по правде ратовавших… И крыяхуся тогда человецы в дебри непроходимыя, и в воде межу кустов отдыхающеся и плачущееся к создателю, дабы нощь сих объяла и поне мало бы отдохнути… Но ни нощь, ни день бегающим не бе покоя… и вместо луны многие пожары поля и леса освещеваху нощию… Нигде бо христиане земледельцы… не могущее жит семенных всяких сокрытии… и казаки и изменники, идеже, что останется таковых жит, то в воду и грязь сыплющее и конми топчюще… Идеже не пожгут домов, или не мощно взятии множества ради домовных потреб, то все колюще мелко и в воду мету; входы и затворы всякие рассекающее, дабы никому не жительствовать ту». (Сказание Авраамия Палицына. С. 271–273.)

В Троице-Сергиевом монастыре тоже узнали о поражении царских полков под Рахманцевым и стали готовиться к обороне. О том, как это происходило, можно узнать из «Сказания о пришествии под Троицкий Сергиев монастырь польских и литовских людей», написанного троицким келарем Авраамием Палицыным.

Авраамий Палицын происходил из дворянского рода Палицыных и в миру носил имя Аверкий Иванович. Год рождения его не известен. В молодости он служил воеводой в небольших городках. В 90-е гг. XVI в. он принял постриг, видимо, в Соловецком монастыре. Около 1607/08 гг. он стал келарем Троице-Сергиева монастыря. В его ведении оказались все хозяйственные вопросы этой богатой обители.

Во время нападения на монастырь тушинцев в сентябре 1608 г. Авраамий находился в Москве. Только после снятия осады он прибыл в обитель и был вынужден заниматься ее восстановлением после многочисленных обстрелов и боев. В это время в его руки, видимо, попали записи, которые вели монахи во время осады, и всевозможные документы. Позднее на основе них келарь создал свое «Сказание».

В Смуту Авраамий Палицын был активным политическим деятелем. Он вошел в состав Смоленского посольства, ездившего к королю Сигизмунду для решения вопроса о воцарении Владислава, активно поддерживал руководителей Первого ополчения, являлся посредником при переговорах руководителей Первого ополчения с воеводами Второго ополчения, был активным участником Избирательного собора 1613 г. и ездил к избранному царем Михаилу Федоровичу Романову в Кострому, принимал участие в защите Троице-Сергиева монастыря от войск польского королевича Владислава в 1618 г. После возвращения из польского плена Филарета был сослан в Соловецкий монастырь, где умер в 1626 г. (Державина O. A. «Сказание» Авраамия Палицына и его автор // Сказание Авраамия Палицына. С. 32–44; Морозова Л. Е. Смута начала XVII в. глазами современников. М., 2000. С. 200–248.)

По данным «Сказания», тушинцы подошли к монастырю 23 сентября (по старому стилю) 1608 г. Они расположились на Клементьевском поле и стали осматривать округу.

В это время оборону обители возглавлял князь Григорий Борисович Долгорукий. Его помощником был дворянин Алексей Иванович Голохвастов. При осуществлении всех мероприятий они советовались с архимандритом Иоасафом.

Г. В. Долгорукий-Роща вошел в историю военного дела как воевода, сумевший 16 месяцев оборонять общерусскую святыню — Троице-Сергиев монастырь от польско-литовских интервентов, имевших численное превосходство в 20 раз. Князь принадлежал к младшей ветви обширного рода князей Рюриковичей-Оболенских. Службу он начал в 1588 г. воеводой небольшого приграничного городка. До 1605 г. он находился вдали от столицы и царского двора. Только появление Лжедмитрия I позволило ему выдвинуться — за сдачу Курска он получил чин окольничего. Новый царь В. И. Шуйский сохранил за ним чин и активно его использовал в борьбе с И. Болотниковым. Сражения, в которых участвовал Долгорукий-Роща, были удачными. Поэтому в августе 1608 г. он был отправлен в Троице-Сергиев монастырь для организации его обороны от тушинцев. Под его началом было 600 профессиональных воинов. К ним присоединились 200 монастырских слуг и 700 человек из числа местных жителей, укрывшихся за монастырскими стенами. Им противостояло 30-тысячное войско гетмана П. Сапеги. Несмотря на то что противник имел значительный численный перевес, воевода Долгорукий твердо усвоил, что лучшим средством защиты является нападение. Он многократно устраивал вылазки, которые наносили тушинцам значительный урон. Под руководством Григория Борисовича монастырь выдержал все 16 месяцев осады. После ее снятия князь рассчитывал на щедрую награду от царя Василия, но вместо этого был только оскорблен. Первым наградной золотой был вручен Д. Жеребцову, который и по чину, и по вкладу в оборону монастыря был менее значимым, чем Долгорукий. Князь был вынужден подать жалобу в суд по делам местничества. Но из-за сложности ситуации в стране он не состоялся. По царскому указу Григория Борисовича отправили городовым воеводой в Вологду. Там он погиб 22 сентября 1612 г. от рук вольных казаков, занимавшихся грабежами северных городов в период ослабления центральной власти. (Сказание Авраамия Палицына. М., Л., 1955; ПСРЛ. Т. 14. С. 62, 82.)

Первый бой воеводы дали тушинцам прямо на Клементьевом поле. Они действовали так стремительно и мощно, что поляки и литовцы разбежались. Преследовать их было нельзя, поскольку можно было попасть в ловушку Поэтому Долгорукий и Голохвастов вернулись в монастырь. В нем в это время было много людей. Среди них были не только монахи и присланные из Москвы воины, но и жители окрестных сел, укрывшиеся от тушинцев за крепкими каменными стенами.

Воеводы встретились с монастырским начальством и обсудили с ними план своих дальнейших действий. В «Сказании» об этом писалось следующее:

«Осадные же воеводы, князь Григорей да Алексей, и дворяне приговорили с архимандритом Иоасафом из соборными старцы, что покрепити бы град осадою и всех бы людей привести к крестному целованию, и головам бытии старцом и дворяном, и разделити градские стены и башни, и ворота, и наряд устроити по башням, и в подошевных боех; да всяк кождо их ведает и хранит свою страну и место, и вся, яже на бранную потребу устрояют и с приступными людьми бьются с стены; а из града и на иную ни на которую службу да не исходить. А на выласку и в прибавку к приступным местом людей особ устрояют». (Сказание Авраамия Палицына. СПб., 1909. Стб. 138.)

На следующий день в главном монастырском соборе состоялся обряд крестоцелования. Суть его заключалась в том, что все обитатели монастыря на кресте поклялись «сидеть во осаде без измены». Первыми дали эту клятву Г. Б. Долгорукий и А. Голохвастов, за ними — все воины, монахи и жители окрестных сел. После этого, как заметил Авраамий Палицын, «и оттоле бысть во граде братолюбство велие, и вси со усердием без измены ратовахуся со враги».

В это время П. Сапега выбрал подходящее место для своего лагеря, окопал его рвом, насыпал валы и построил внутри два бревенчатых острога. Он понял, что сходу взять хорошо укрепленный монастырь не сможет, успех могла принести только длительная осада.

Я. П. Сапега принадлежал к знатному литовскому роду и приходился племянником известному польскому дипломату и канцлеру Льву Сапеге. Он родился в 1569 г. и на родине входил в число видных магнатов. В 1608 г. он прибыл в Тушинский лагерь с большим отрядом и получил титул гетмана. Лжедмитрий II поручил ему захват Троице-Сергиева монастыря, который являлся первоклассной крепостью и защищал подходы к Москве с севера. Однако Сапеге не удалось взять монастырь. Под давлением войск М. В. Скопина-Шуйского он отошел к Дмитрову. Там к нему прибыла Марина Мнишек, оставшаяся одна после бегства Лжедмитрия II в Калугу. Но Сапеге не удалось закрепиться в Дмитрове, и он отступил к Калуге. Видя плачевное положение самозванца, он уехал под Смоленск и поступил на службу к королю Сигизмунду III. По его поручению был направлен к Москве на помощь осажденному ополченцами польскому гарнизону. Выполнив задачу, он скончался в Москве в сентябре 1611 г.