Читать онлайн «История России. Смутное время». Страница 106

Правда, в Новом летописце речь И. Филосовова передана несколько иначе. Он якобы сказал Сигизмунду следующее: «Москва людна и хлебна, и на то все обещахомся, что всем померети за православную веру, а королевича на царство не имати». (ПСРЛ. Т. 14. С. 128.)

Конечно, сейчас нам точно неизвестно, что сказал смоленский дворянин королю, но после его допроса Д. И. Мезецкий и Г. Грамотин сбежали от поляков и поехали с повинной в Москву.

Сизигизмунд попытался было захватить хотя бы Волоколамск, чтобы пополнить свои продовольственные запасы, но местные воеводы дали ему решительный отпор. В итоге он в спешном порядке был вынужден вернуться в Польшу, теряя по дороге воинов-наемников. Они гибли от голода и холода. Так бесславно закончились грандиозные планы Сигизмунда III по присоединению Русского государства к своей короне.

С самого начала ноября 1612 г. Д. Т. Трубецкой и Д. М. Пожарский от своего имени стали рассылать по городам грамоты, рассказывающие об очищении Китай-города и Кремля от поляков и необходимости созыва Земского собора для избрания нового царя. Многие из этих грамот дошли до нас.

Так, 6 ноября 1612 г. Трубецкой и Пожарский написали на Белоозеро о том, что поляки добровольно сдали Кремль 26 октября и позволили боярам выйти. «Седьмочисленные бояре» всячески оправданы: «сидели неволею», Ф. И. Мстиславскому поляки пробили голову, И. В. Голицына содержали «под охраной приставов». Он, видимо, заменил убитого брата Андрея.

Более обстоятельная грамота была написана 11 ноября в Сольвычегодск не только местному воеводе князю Г. И. Гагарину, но и торговым людям Строгановым, известным своим богатством. Руководители временного правительства намеривались попросить у защиточных промышленников денег и всевозможных припасов, поскольку необходимо было готовить царский дворец для будущего государя. Воеводы подчеркивали, что не собираются единолично управлять страной и просят помощь и поддержку от сольвычегодцев, чтобы «о всяких земских делах радеть и промышлять вместе и к нам к Москве о всяких делах писать почасту, и совет держать с нами обо всем по-прежнему, покаместа нам всем Бог даст на Московское государство государя по совету всей земли. А для земсково вопчево дела прислали б естя к нам усольцов пяти человек посацких людей добрых ото всех посацких и волостных людей, опричь вас, Строгановых; а к вам, Строгановым, отпишем, как вам к Москве бытии». Выборным людям от Сольвычегодска следовало прибыть в Москву не позднее 6 декабря — осеннего Николиного дня. Они должны были привезти окладные и неокладные налоги за два года с города, а также оброчные и данные деньги с уезда.

Вполне вероятно, что подобные грамоты были отправлены и в другие города. Известна сходная по содержанию грамота в Осташков, местному воеводе О. Т. Хлопову, правда, она дошла в пересказе шведов.

Наконец, 15 ноября Трубецкой и Пожарский отправили грамоту новгородскому митрополиту Исидору. Из нее становится известно, что воеводы именовались «по избранию всех чинов людей Российского государства у ратных и земских дел боярин и воевода Дмитрий Трубецкой да стольник и воевода Дмитрий Пожарский с товарищи».

В грамоте подробно перечислялись чины лиц, входящих в правительство: чашники, стольники, стряпчие, дворяне большие, приказные люди, дворяне из городов и т. д. Бояре почему-то не упоминались, хотя в ополчениях их было несколько человек. Далее было рассказано о создании Первого ополчения, но в числе его руководителей был назван только Д. Т. Трубецкой. В числе причин, по которым было сформировано это ополчение, названы «неправды» польского короля, который обещал дать на московский престол сына, но его не выполнил. Вместо этого посек и побил русских людей, разорил православные храмы и захватил Москву. Поэтому Трубецкой с боярами и дворянами в марте 1611 г. пришел к столице, осадил ее и вынудил поляков занять оборону в Китай-городе и Кремле.

Д. М. Пожарский назван в грамоте помощником Трубецкого, который сформировал дополнительные силы для ополчения в Нижнем Новгороде. Летом 1612 г. оба войска стали «промышлять единомышленно, заодин». Это помогло им разбить Ходкевича, пришедшего на помощь осажденным полякам. Потом ополченцы выбили интервентов из Китай-города, Кремль же сдался сам.

Авторы грамоты советовали Исидору вместе с ними порадоваться их победе над общими врагами польскими и литовскими людьми и быть с ними «в совете и любви» вместе с «королевским вельможнейшим воеводою Яковом Пунтусовым». Это говорит о том, что в это время у ополченцев были достаточно хорошие отношения с новгородскими властями, ратовавшими за избрание на московский престол Карла-Филиппа. Видимо, поэтому Трубецкой и Пожарский просили Исидора прислать на избирательный Земский собор своих представителей.

Поход короля Сигизмунда с сыном к Москве, очевидно, заставил ополченческих воевод вплотную заняться созывом Земского собора. Они поняли, что сами не смогут нормализовать ситуацию в стране, поскольку в легитимности их власти может усомниться любой человек. Поэтому уже 19 ноября 1612 г. на Белоозеро и в другие города была отправлена грамота с просьбой прислать выборщиков на собор «для царского обирания».

«На Белоозеро воеводе господам Степану Микифорову Чепчюгову да дьяку Богдану Ильину боярин воевода Дмитрей Трубецкой да стольник и воевода Дмитрей Пожарской с товарищи челом бьют.

По милости Всесильного в Троице славимого Бога и умолением Пречистой Богородицы и молитвами всех святых и радением и крепкою службою бояр и воевод, и стольников, и дворян, и всяких ратных людей дом Пречистой Богоматери и московских чюдотворцов многоцелебные мощи в царствующем граде Москве от польских и от литовских людей очистились, и бояре и всех чинов люди, прося у Бога милости, на Москве на Большом Цари-городе, и в Китае, и в Кремле городе сели. И приходили к нам, к Дмитрею Трубецкому да к Дмитрею Пожарскому, бояре и окольничие, и чашники, и дворяне большие, и стряпчие, и жильцы, и дворяне из городов, и всяких чинов люди говорили с нами, советовали, чтоб нам всем сослатца со всеми городы с вами воеводами и всякими людьми от мала и до велика и обрати на Владимерское, на Московское и на всякие великие государства Росииской державы государя царя и великого князя, кого нам государя Бог даст. И из городов взять к доброму совету к обиранию с посаду и с уезду з Белоозера 10 человек добрых, а срок им учиним Николин день осенний нынешнего года.

И вы б, господа, выбрав из ыгуменов, и ис пртопопов, и ис посадцких, и из уездных людей, и из дворцовых сел, и ис черных волостей десять человек лучших и разумных, и постоятельных людей и прислали б к нам, к Москве о Божьем и о земском о большом деле на договор, и дати вам от себя полной и крепкой достаточной приказ, чтоб им во всех вас место всяких людей и Белоозера, и уезду о государственном деле говорити бы вольно и бесстрашно и приказывали добре с великим наказанием, чтоб были прямы без всякие хитрости». (Новые акты Смутного времени. Акты подмосковных ополчений и Земского собора. 1611–1613 гг. М., 1911. С. 99.)

Московские воеводы, правда, не знали, что их грамота придет на Белоозеро только 4 декабря. Поэтому местные выборщики никак не могли поспеть в Москву к 6 декабря. Аналогичная ситуация, видимо, была и в других отдаленных городах. Поэтому начало работы Земского собора пришлось перенести на неопределенный срок.

Однако делегация от Новгорода Великого прибыла к указанному сроку. Во главе нее стоял дворянин Б. Дубовский, который потом составил донесение для шведских властей. По его версии, временное ополченческое правительство хотело избрать на московский престол Карла-Филиппа. К тому же, как отметил посол, военачальники и бояре смогли обуздать казачью вольницу. Они составили списки старых казаков, раздали им деньги и оружие и определили на службу. Таких оказалось 11 тысяч. Остальным казакам позволи построить дома в Москве и других городах и два года не платить налоги.

Несомненно, версия Дубовского о желании ополченцев избрать шведского принца была большим преувеличением, но его сведения об обуздании казачьей вольницы представляются вполне достоверными.

Грамоты, посылаемые из Москвы в города, свидетельствуют о том, что созыв Земского собора был сложным делом. Так, в грамоте от 31 декабря 1612 г. на Двину Трубецкой и Пожарский писали о том, что выборщики от многих городов не прибыли в столицу, поэтому «государское собирание продлилось». Но медлить с этим делом нельзя, поскольку в рязанских пригородах стоит «вор Ивашка Заруцкий с Маринкою и с сыном ее, прибрав к себе воров, холопей боярских и пашенных мужиков, пустошит землю Московского государства. Они ссылаются с польским королем, прельщают малодушных людей и вновь хотят овладеть столицей».