Читать онлайн «Спецназ ГРУ. Пятьдесят лет истории, двадцать лет войны.». Страница 125

Дальнее патрулирование проводится на расстоянии 15-20 км от ППД силами от взвода до батальона. Патрульное подразделение доставляется в район вертолетами. В его задачу входит обнаружение партизан, определение характера их действий и уничтожение собственными силами с привлечением авиации и спецподразделений. Патрулирование ведется только в светлое время суток по проверенным дорогам, просекам, руслам рек. В ночное время подразделения занимают круговую оборону на возвышенности.

Опыт Вьетнама показал, что наиболее эффективно решали задачи патрулирования малые подразделения, в задачи которых входило лишь ведение разведки.

С 1969 года до окончания войны американцы широко использовали разведывательно-диверсионные подразделения из военнослужащих сухопутных войск и морской пехоты. Основными задачами этих групп были разведка, диверсии, нападения на объекты партизан, а также формирование отрядов самообороны из местного населения. Подготовкой подразделений занимались рейнджеры и «зеленые береты».

Нечто подобное командование 40-й ОА пыталось осуществить в Афганистане. В 1981 году для обучения пехотных подразделений и подразделений ВДВ тактике спецопераций были направлены инструкторы из бригад спецназа. Однако опыт оказался неудачным. Рекомендации инструкторов не воспринимались всерьез.

Причиной тому было предвзятое отношение со стороны обучаемых и их командиров к спецназу. Один офицер ВДВ, мой хороший знакомый по Рязанскому училищу, интересовался, почему у нас есть результат, а у них нет. Я спросил его, как они ходят в засаду. Оказалось, выходят ротой со всем скарбом, лагерь разбивают прямо на месте десантирования. Удаление уходящих в засаду групп от лагеря — 1-2 км. Когда он узнал, что с места десантирования до места засады мы совершаем марш 15-20 км, то был искренне изумлен.

Спецназ США во Вьетнаме решал следующие задачи:

— ведение разведки против партизанских формирований, сил сопровождения и других нерегулярных сил противника;

— участие в активных действиях против партизан в тыловых районах и зонах коммуникаций;

— выявление и уничтожение лидеров партизанского движения;

— постановка радио, световых и других маяков для обозначения районов действий партизан;

— обучение личного состава регулярных войск способам противопартизанской войны;

— обучение личного состава для формирования подразделений специального назначения армий союзников и оказания помощи в их оснащении;

— проведение психологической войны в районах, контролируемых партизанами, а также уничтожение посевов, скота и местных жителей под видом действия партизан.

Тактика разведдиверсионных и групп специального назначения сводилась к следующему: 5-7, а иногда 12 человек скрытно выводились к месту действий. Партизаны, их базы и дневки выявлялись путем глубоких (до 40-50 км) рейдов, наблюдением с использованием средств телевидения, подслушиванием, использованием осведомителей и опросом (допросом) местных жителей. В отличие от советского спецназа в Афганистане РДГ и группам спецназначения США при выявлении партизанских баз запрещалось вступать в бой. Собранные сведения докладывались в штаб по радиостанции, командир группы давал рекомендации по наиболее эффективному уничтожению партизан. Ему на месте было виднее — нанести удар самолетами, вертолетами, артиллерией или высадить аэромобильный десант. Для целеуказания и корректирования БШУ и артиллерийских ударов группы создавали наблюдательные пункты — чаще всего в кронах деревьев на расстоянии до 1000 м от объекта.

Спецназ США вел и психологическую войну. Но первую скрипку в ней играли группы психологической войны. Их операции, направленные на подрыв морального духа и воли повстанцев, были неотъемлемой частью военно-политических мероприятий американского командования.

В пособиях по психологической войне сформулирован постулат: «Чтобы пропаганда достигла сознания противника, она должна быть похожа на правду. Пропаганда должна быть пропитана правдоподобием, покрыта правдоподобием, должна звучать и выглядеть как можно правдоподобнее, но правдой ей быть вовсе не обязательно». В зависимости от источника пропаганда подразделялась на три класса. «Белая» — из правительственных и других официальных органов через открытые каналы. «Серая» — из «неофициальных источников». Ведется от имени независимых организаций, эмигрантских союзов, ассоциаций и фондов. «Черная» — шантаж, провокации, слухи и т. п., в том числе и якобы исходящие от повстанческих организаций. К «черной» пропаганде относится и вещание секретных радиостанций.

Основные направления психологической войны таковы: запугивание партизан военной мощью и техническим оснащением правительственных войск и ослабление их воли к дальнейшему сопротивлению; подрыв единства партизанского движения и его связи с населением; расшатывание авторитета партизанских лидеров и партий, возглавляющих движение сопротивления; политическая переориентация идеологически неустойчивых элементов среди партизан и местного населения, привлечение их к сотрудничеству с американцами.

В психологической войне выделялись три основных направления: радиопропаганда, печатная пропаганда, пропаганда действиями. Так как партизаны не слушали американские радиопередачи, их транслировали через мегафоны с вертолетов и самолетов, круживших над местами базирования на высоте, недосягаемой для ПВО. Через громкоговорители на полную громкость транслировали также рев диких животных, звуки бомбежки, плач детей, что должно было выводить окруженных из состояния психического равновесия. Передавались и обращения родственников повстанцев, призывы о сдаче и т. д.

Для печатной пропаганды использовались книги, листовки, журналы, газеты. Особый упор делался на листовки, которые содержали такие, например, обращения: «Ты оставил без защиты семью, печаль поселилась в сердцах твоих ближних и родных, они знают, что должны готовиться к скорби по поводу твоей смерти и к тому, что ты будешь позорно похоронен в могиле, за которой никто не будет ухаживать».

На листовках с пропагандистским материалом печатался пропуск для сдачи в плен или для возвращения к месту жительства.

Пропаганда действиями проводилась спецподразделениями, переодетыми в гражданское платье и действующими под видом партизан. Они уничтожали деревни в районе действия партизан, убивали местных жителей, мародерствовали, грабили. Потом радио и печать разоблачали «преступления партизан».

Мероприятия психологической войны связывались с программой «Умиротворение», которая проводилась по нескольким направлениям. Определялась степень надежности местных жителей в районах деятельности партизан и выявлялись неблагонадежные. Для привлечения на свою сторону малоимущих слоев населения проводились аграрно-экономические мероприятия. Создавались отряды самообороны. Местные жители переселялись в районы, удобные для контроля военной администрации.

Последняя мера позволяет создавать зоны неограниченных бомбардировок и массового применения отравляющих веществ, подрывать инфраструктуру партизанского движения, нарушать сложившиеся связи и отношения, что лишает партизан возможности пополнять ряды.

Как видим, психологическая война — это целый комплекс мероприятий, осуществляемых не только военными, но и государственными структурами, все действия которых направлены на достижение победы над партизанами. В Афганистане чем-то подобным пытались заниматься боевые агитационно-пропагандистские отряды (БАПО). Выглядело это примерно так. Отряд на двух БТР-70 и автомобиле, оборудованном громкоговорителями, прибывал в отдаленный населенный пункт. Жители собирались на деревенской площади, и начиналась раздача муки, галош и листовок. Последние шли нарасхват: жители брали их на растопку. После акта «доброй воли» наш советский пропагандист произносил речь, а какой-нибудь афганский комсомолец ее переводил. Речь начиналась примерно так: «Товарищи дехкане! В период развитого социализма, преимущества которого неоспоримы...». Что из этого мог понять человек, даже не догадывающийся о том, что такое социализм и какие его преимущества? Митинг, с которого уйти было нельзя, протекал в гробовой тишине непонимания и неприятия слушателей.

Духи делали просто, но гениально. Собрав через пару дней после приезда БАПО жителей того же кишлака, они включали магнитофон, где на кассету наговаривал понятные всем истины известный мулла. Речь была построена в форме вопросов и ответов. Спрашивал проповедник и сам тут же отвечал: «Кто такие шурави и почему мы их должны убивать? — Шурави — это неверные собаки, пришедшие на нашу землю, убивающие и грабящие нас, насилующие наших жен и дочерей, оскверняющие наши святыни...». И так далее. Просто и понятно, рассчитано именно на данную аудиторию.