Читать онлайн «История мировых цивилизаций с древнейших времен до конца XX века. 10—11 кл.: Пособие для общеобразоват. учеб, заведений». Страница 92

Вместе с тем форсированные методы управления экономикой (независимо от того, что они во многом диктовались объективными причинами) вели и к серь­езным потерям. Возникла, например, опасная диспро­порция между уровнями развития промышленности и сельского хозяйства, которое быстро превратилось в отсталую отрасль экономики и перестало обеспечивать потребности страны в продовольствии. Понеся серьез­ный урон в годы принудительной коллективизации, деревня в дальнейшем постоянно подвергалась на­сильственной перекачке огромных ресурсов и средств в «приоритетные» сферы экономики, по сути дела, став их придатком. Уровень жизни населения, особен­но крестьянства, был весьма низким. Капиталовложе­ния в легкую промышленность, производящую пред­меты массового потребления, были на несколько по­рядков ниже, чем в тяжелой промышленности.

В СССР был проведен широкий круг важных и принципиально новых социальных преобразований. Однако в условиях тоталитарного режима возможнос­ти, заложенные в этих преобразованиях, были реали­зованы далеко не полностью. И все же сделано было не­мало. Вскоре после Октябрьской революции были уп­разднены сословия, женщины получили равные права с мужчинами, введены бесплатное медицинское обслу­живание и образование, восьмичасовой рабочий день, система охраны труда женщин и подростков. Даже в самые трудные годы большие средства вкладывались в сферу науки и духовного развития общества. Значи­тельные усилия были направлены на ликвидацию без­грамотности: если в 1913 г. лишь 27% жителей России умели читать и писать, то к концу 30-х гг. этот показа­тель вырос до 80%. Система бесплатного образования и преимущества, предоставленные рабочим и крестья­нам при поступлении в вузы, впервые в истории Рос­сии открыли возможность реализовать свои творческие способности огромной массе людей.

В результате произошла существенная переориен­тация в системе ценностей: стали значительно выше, чем прежде, оцениваться созидательный труд масс, их роль в истории. Вполне естественно, что в этих новых условиях подавляющее большинство членов общества искренне ощущали свое единство с государственной властью и активно участвовали в социалистическом строительстве. Однако, как уже говорилось в разделе о тоталитаризме, социальными благами пользовалось в СССР далеко не все население (крестьяне, например, и в этом отношении оказались в наиболее ущемленном положении); творческая инициатива личности искус­ственно приспосабливалась к задачам, определяемым государством; в условиях репрессий и искусственно раздуваемой борьбы с так называемыми «классовыми врагами» индивид не был социально защищен в глав­ном — в личной свободе, неприкосновенности имуще­ства, а подчас и жизни. Сфера культуры была жестко идеологизирована, «классовый подход» применялся даже к науке, в результате чего было, например, при­остановлено развитие таких ее принципиально важ­ных направлений, как генетика и кибернетика.

В стране была создана внешне демократическая система управления (Советы народных депутатов), по­зволявшая осуществлять широкое народное предста­вительство в высших органах власти, выборы стали всеобщими, равными и прямыми, голосование — тай­ным. Однако деятельность Советов контролировалась центральной властью, а сами выборы в условиях одно­партийной системы и подбора кандидатов «сверху», по сути дела, носили безальтернативный недемократи­ческий характер.

Помимо названных и множества других диспро­порций, тоталитарный режим создавал в развитии страны принципиально важное противоречие между идеалом построения социализма, самого гуманного и справедливого общественного строя, и реальностью. Долгое время история как бы бросала СССР от одной экстремальной ситуации к другой (причем далеко не все из них возникали по объективным причинам), и это отчасти смягчало внутренние противоречия в об­ществе. Не только власти, но и массовое сознание «списывали» многие сложности развития на счет вековой отсталости России, необходимости борьбы с внешними и внутренними врагами и т. д. Однако та­кое положение не могло длиться вечно.

В результате победы СССР во второй мировой вой­не его позиции на международной арене значительно укрепились. Целый ряд стран Восточной Европы и Азии приступили к строительству социализма, в це­лом следуя советской модели, но не всегда автоматиче­ски копируя ее. Возникновение мощного социалисти­ческого лагеря во главе с СССР кардинально изменило геополитическую ситуацию в мире и послужило по­водом наряду с другими причинами для начала затяж­ной «холодной войны». В ходе этой «войны», длив­шейся до конца 80-х гг., социалистическая и капита­листическая системы активно соперничали в самых различных сферах — от вооружений и экономики до идеологии и культуры. В этой обстановке вплоть до смерти И. В. Сталина (март 1953 г.) наблюдалось яв­ное ужесточение тоталитарного режима в СССР и в его странах-союзницах.

Но, как и в 30-е гг., отрицательные стороны этой жесткой централизации (усиление давления на крестьянство, гонения на интеллигенцию и пр.) были сбалансированы положительными: в кратчайшие сро­ки восстановлено разрушенное войной хозяйство, уже в 1947г. отменена карточная система, появилась тен­денция к повышению уровня жизни населения (преж­де всего горожан). И все-таки в целом сталинский ва­риант тоталитаризма уже исчерпал свои внутренние возможности, и не случайно он завершился с физиче­ской кончиной вождя. Соратники Сталина осознавали необходимость серьезной коррекции прежнего жест­кого курса.

Обновление тоталитаризма?

И уже в августе 1953 г. возглавивший правительст­во Г. М. Маленков поставил вопрос о повороте эконо­мики лицом к человеку, о повышении благосостояния народа путем ускоренного развития сельского хозяй­ства и легкой промышленности. После 1953 г. были приняты меры по улучшению материального положе­ния крестьянства, проведены преобразования и в дру­гих областях жизни. Многое было сделано для расши­рения хозяйственной самостоятельности предприятий и колхозов. На XX съезде КПСС (февраль 1956 г.) бы­ли официально осуждены репрессии и культ личности Сталина.

Но можно ли сказать, что тогда, в середине 50-х гг., тоталитарный режим в СССР прекратил су­ществование? Нет, исчезла лишь «жесткая» разновид­ность режима, который пытался реформироваться из­нутри. Реформы 50-х гг., в целом направленные в сто­рону демократизации, в определенной мере оздо­ровили режим и позволили продлить его существова­ние. Новое руководство СССР во главе с Н. С. Хруще­вым всерьез верило в возможность победы в экономи­ческом соревновании с США, и темпы прироста про­дукции вплоть до середины 60-х гг. давали основания для подобных надежд.

Однако тоталитарная суть режима не изменилась ни при Хрущеве, ни после того, как в 1964 г. к руко­водству партией и страной пришел Л. И. Брежнев. Это проявлялось и в непродуманных волевых решениях, и в чрезмерном разрастании бюрократического аппара­та, и в грубых силовых акциях во внешней политике (вмешательство во внутренние дела Чехословакии, война в Афганистане и пр.). А нерациональное и не­редко некомпетентное использование богатейших природных ресурсов страны и ее экономического по­тенциала в целом в 70—80-е гг. привело к падению и фактической остановке темпов роста производства, а затем и к «откату».

Признаки серьезного экономического кризиса вы­нудили советское руководство во главе с М. С. Горбаче­вым во второй половине 80-х гг. предпринять меры к оздоровлению экономики и жизни общества в целом.

Но если в общественной сфере правящая партия по-' шла на значительные уступки (переход к альтернатив­ной системе выборов, сведение к минимуму политиче­ской цензуры и пр.), то попытки внедрения в плано­вую экономику рыночных элементов носили робкий и непоследовательный характер.

Тем не менее в результате этих шагов «сверху» был разбужен потенциал общества. Искусственное сдер­живание в течение ряда десятилетий самых разных инициатив породило своего рода эффект «пружины». Собственнические инстинкты (в принципе вполне ес­тественные), освободившись от ряда административ­ных запретов, стали перехлестывать через край: не­управляемая тяга к обогащению вела к широкомасш­табной коррупции и росту преступности. В нацио­нальных республиках СССР возникли центробежные тенденции, нередко порождавшие тяжелые конфликт­ные ситуации. Между тем ожидаемого подъема в эко­номике так и не произошло.

В этой обстановке в декабре 1991 г. по инициативе руководства России, Украины, Белоруссии и других союзных республик было принято решение о прекра­щении существования СССР. На его территории воз­никло 15 (по числу бывших республик) самостоятель­ных государств. Все они переживают сейчас болезнен­ный и слржныи период перехода от социалистической экономики к рыночной, происходит своего рода «врас­тание» посттоталитарных обществ в современную ин­дустриальную цивилизацию.