Читать онлайн «РАССКАЗЫ ОСВОБОДИТЕЛЯ». Страница 66

Да, водителю танка с механической коробкой передач нелегко. Да, он безумно устает. Но промышленности и всей стране будет легче: танки можно будет продолжать производить в огромных количествах на простом оборудовании в недостроенных цехах.

7

Простота советского оружия удивляет каждого. Но советским военачальникам и этого было мало. Потому помимо оружия, которое производилось «для себя», Советский Союз выпускал так называемые «обезьяньи варианты» — специальные, еще более упрощенные модификации боевой техники для экспорта в зарубежные страны и для поставок в армии стран Варшавского договора, которым Советский Союз не хотел раскрывать особо секретное оборудование и технологии.

Однако в случае войны эти до предела упрощенные модификации боевой техники планировалось выпускать и для себя.

Например, несмотря на то, что советский танк Т-62 был одной из самых простых боевых машин в мире, в процессе его разработки была спроектирована еще более простая модификация этого танка для производства в условиях войны. Такой танк не имел стабилизатора орудия, оснащался совсем простой аппаратурой связи и управления огнем, его орудие наводилось вручную. Советские генералы полагали, что в условиях военного времени лучше иметь такие танки, чем не иметь никаких.

Однажды я видел упрощенную версию БМП-1, брошенную в песках арабами. Самым важным ее отличием было отсутствие механизма заряжания. У нас нажимаешь на кнопочку, барабан вращается, находит нужный тип боеприпаса для 73-мм орудия и подает его в ствол. В упрощенном варианте все это надо было делать вручную. В машинах, поступавших на вооружение Советской Армии, на внутренних стенках были закреплены панели из материала, который называли пеносвинцом. В ядерной войне такие панели должны были снизить воздействие радиации на экипаж и десант. Они также снижали разлет осколков внутри машины при попадании в нее снаряда. В упрощенном варианте БМП-1 ничего этого не было. Оптика, средства связи и все остальное внутреннее оборудование было более простым и дешевым.

Такие упрощенные экспортные варианты советской военной техники попадали в руки западных военных специалистов и они, естественно, получали превратное представление о реальных возможностях этих машин. А ведь это были пустышки, вроде копилок без денег.

Советский Союз поступал мудро, производя и накапливая первоклассное оружие в количествах, достаточных для первых нескольких недель войны, и одновременно выпуская его упрощенные варианты на экспорт. В мирное время промышленность получала опыт производства обоих вариантов каждого образца оружия. Упрощенные варианты уходили на экспорт и поставлялись в братские страны под видом самых современных. В случае большой войны промышленность должна была переключиться на производство только экспортных версий, на этот раз уже для собственной армии.

*  *  *

Советские инженеры всегда искали самые простые технические решения не только в области военной техники. Вот пример из космонавтики. Известно, что если поместить шариковую ручку в невесомость, то она либо писать не будет, либо из нее вытечет вся паста и измажет интерьер космического корабля, ибо не действуют в невесомости те силы, которые действуют на Земле. Перед американскими конструкторами была поставлена задача создать ручку, которой можно было бы писать в космосе. Задача оказалась сложной. Но американцы народ деловой, предприимчивый, технически подкованный. Ручку создали. Стоила она дорого: средств истратили немерено, а нужно было этих ручек совсем немного, массовым производством всех затрат на разработку не окупишь.

Предприимчивые американцы своего не упустят. Затраченные средства надо вернуть. Но кому еще может понадобиться ручка, пишущая в космосе? Только русским. Кроме них и американцев в те времена никто больше в космос не летал. Рассказывают, что тогда американцы обратились к русским с предложением купить эту уникальную технологию.

— А нам ручки в космосе не нужны, — ответили русские, — мы в космосе карандашами пишем.

С тех пор ручки, которыми можно писать в условиях невесомости, продаются в американском Национальном музее авиации и космонавтики. В качестве сувениров. Будете в Вашингтоне — купите на память. Вещь уникальная.

1

Во второй половине XIX века технический прогресс шел с невиданной ранее скоростью. Люди выдумывали всякие умные штуки, в том числе и ради истребления друг друга.

Мины люди применяли давно. Но мина — оружие оборонительное. Зарыли в землю, враг прошел, наступил, взорвался. Или установил под водой, прошел вражеский корабль, напоролся, утонул.

Жаль только, что море большое. Он мимо пройдет, не заметит. Жди, пока напорется. Чтобы не приходилось ждать, решено было сделать мины оружием наступательным. К небольшому кораблику крепили на носу длинный шест, на конец шеста прилаживали мину, ночью подходили к вражескому кораблю, упирались тем шестом с миной во вражеский борт и мину подрывали. Потом сообразили тот шест перед атакой размещать под водой. И врагам взрыв подводный куда хуже, чем надводный, и атакующим больше шансов на спасение.

Так и пошло. Топили вражьи корабли, нередко гибли вместе с ними. Тогда кому-то в голову идея пришла сделать мину плавучей и приладить к ней моторчик, допустим, на сжатом воздухе. И пусть плывет к вражескому кораблю. Так появились торпеды.

Тут и XX век наступил. Русско-японская война. Порт-Артур, русский город, крепость и военно-морская база на китайской земле блокированы японцами. Местность сильно изрезана. Японские траншеи рядом, в сорока шагах. Артиллерией по ним садить невозможно — своих побьешь. Да и снаряды над головами летят, тех, кто в траншеях, не задевая. Тупик: высунешься из траншеи — убьют. Потому старались не высовываться.

Что же делать?

А на складах Порт-Артура — множество шестовых мин, уже никому не нужных, ибо флот на торпеды перешел. Чтобы добру не пропадать, командир батареи капитан Гобято Леонид Николаевич решил использовать шестовые мины для обстрела вражеских позиций. 47-мм морскую пушку (их на складах хранилось много) он поставил на колесики, ствол под большим углом задрал вверх. Через дуло вставил вышибной заряд, затем вставлял короткий шест, на конце которого была надкалиберная мина — то есть мина, диаметр которой больше диаметра ствола.

И стрелял.

Отсюда и пошло странное название — миномет: штука эта поначалу плевалась морскими шестовыми минами.

Запомним главное: Россия — родина минометов.

2

Первая мировая война дала мощный импульс развитию минометов во всех воюющих странах. Вскоре после Первой мировой войны появилась конструкция миномета, которая до сих пор остается классической. Как в 1930-х годах, так и сегодня большинство минометов представляют собой обыкновенную трубу, один конец которой глухой, а второй — открытый. Глухой конец упирается в опорную плиту, а открытый под большим углом направлен вверх, его поддерживают две тонкие ножки. Грубо говоря, это все. Если кто-то начнет придираться, то согласимся: ладно, еще у миномета есть прицел, казенник со спусковым механизмом, простейший подъемный и поворотный механизмы, а после Второй мировой войны на некоторых минометах стали ставить предохранители от двойного заряжания.

Миномет — любимое оружие советских командиров.

Если мы сопоставим огневую мощь миномета и его стоимость, простоту производства и обслуживания, надежность, долговечность, то вынуждены будем признать: это самое эффективное оружие. Конечно, существует, еще более простое оружие. Я имею в виду лом и кувалду. Однако, как ни старайтесь, у вас не получится швырнуть кувалду даже на пару километров. А если и получится, то вряд ли вы швырнете десяток кувалд за одну минуту.

А советский 120-мм миномет образца 1938 года способен за минуту бросить 15 мин весом 15,9 килограммов каждая на расстояние 5700 метров. Если в батарее четыре миномета, то за минуту батарея способна обрушить на противника почти тонну взрывчатки и раскаленных осколков. Если же в батарее шесть минометов, тогда полезный груз — почти полторы тонны в минуту.

Попытаемся представить: минут двадцать работает 240-й минометный полк 6-го гвардейского механизированного корпуса — девять огневых батарей. Пусть даже не с максимальной скорострельностью.

Каково оказаться под таким огнем? Поэт Александр Трифонович Твардовский эти впечатления выразил в стихах:

Хуже, брат, как минометный

Вдруг начнется сабантуй.

Миномет швыряет мины под углом от 45 до 85 градусов. Траектория очень крутая. Это позволяет бить врага в окопах и траншеях, в оврагах и балках, в лесах и на обратных скатах высот. Бой в городе. Вы по одну сторону от большого дома, противник — по другую. Чем достать противника? Ничем. Кроме миномета.