Читать онлайн «Краткий курс истории России с древнейших времён до начала XXI века». Страница 81

–  Урожайность хлеба в традиционных районах крепостничества оставалась на том же уровне, что и в Древней Руси: урожай лишь втрое превышал количество посеянного зерна.

– Сохранялся низкий уровень развития техники. Крестьяне на своих наделах и помещичьих полях продолжали применять деревянную соху с металлическим наконечником и трехполье, как и много веков назад. Отдельные помещики предпринимали попытки технической модернизации, но она была невозможна в условиях крепостного права – в результате многие «модернизаторы» разорялись. Новые машины приносили лишь убытки в условиях, когда на них трудились крепостные крестьяне. Для работы на молотилках и веялках использовался относительно дорогой труд наемных рабочих из тех же крестьян.

1.3. Разложение крепостного хозяйства.

•  Господство натурального хозяйства ослабевало в связи с развитием всероссийского аграрного рынка, втягивавшего в свой оборот все сословия, не только помещиков, но и, в некоторой степени, крестьян.

•  Наделение крестьян землей и основными средствами производства все чаще нарушалось по мере прекращения ведения крестьянами собственного аграрного хозяйства. В Нечерноземье это проявлялось в массовом отходничестве, а в черноземных губерниях – в непомерном увеличении барщины и развитии месячины.

В первом случае крестьянин фактически терял связь с землей, а во втором – лишался значительной части или всего своего надела.

•  Личная феодальная зависимость крестьянина от помещика сохранялась, но ослабевала в отношении крестьян-отходников. Они превращались на время в наемных рабочих, испытывавших как внеэкономическое принуждение помещика, требовавшего выплату оброка, так и экономическое принуждение хозяина-нанимателя.

Некоторые историки придерживаются мнения, что крепостное хозяйство переживало лишь социальный кризис, но в экономической области речь шла скорее о застое без падения производства и даже при его некотором его росте.

• Кризис крепостного хозяйства проявлялся в ухудшении экономического положения помещиков. Барщинный труд становился все менее эффективным и производительным. С развитием крестьянских промыслов падали цены на их изделия, рост промышленности ограничивал сбыт крестьянских товаров и, соответственно, уменьшались доходы помещиков от денежного оброка.

В итоге многие имения и крепостные оказывались заложенными и перезаложенными (за полвека число заложенных крепостных увеличилось с 6 до 60 %).

• Кризисные явления проявились и в попытках государства смягчить зависимость крестьян от помещика, несколько облегчить их положение (прекращение раздачи государственных крестьян помещикам, указы Александра I о «вольных хлебопашцах» (1803), об отмене права помещиков ссылать крестьян в Сибирь (1809), более 100 соответствующих указов Николая I, запрещавших продажу крестьян без земли, в счет долгов помещика, перевод крестьян в дворовые, указ об «обязанных крестьянах» (1842) и др.).

Некоторые из мер имели экономическое значение, но наиболее значительные из них или не относились к крепостным (указ 1801 г., разрешавший приобретение ненаселенной земли всем свободным сословиям, включая мещан, казаков и государственных крестьян; реформа государственных крестьян 1837–1841 гг.), или касались лишь западных губерний (отмена крепостного права в Эстонии и Латвии в 1804–1819 гг.; «инвентарная реформа» в Литве и Белоруссии).

В целом государство не изменило ни социальную, ни экономическую ситуацию. Крепостные помещичьи крестьяне к середине прошлого века составляли 37 % населения Российской империи, а в центре страны – почти 2/3. Крепостной гнет не уменьшился существенно. В земледельческих губерниях 90 % помещичьих крестьян работало на барщине, в Нечерноземье – около 1/3.

• В результате крепостное право окончательно стало тормозом экономического роста. Оно мешало развитию предпринимательства, препятствовало формированию рынка рабочей силы и позволяло помещикам паразитировать на рыночных отношениях, используя крестьянское отходничество и расширение барщины. Это сдерживало качественные изменения и совершенствование как крупного, так и мелкого аграрного хозяйства.

Крепостной строй, в этом смысле, оставался самой острой экономической проблемой России, а в социально-политической сфере он становился опасным для всего Российского государства.

2.1. Промышленность росла намного быстрее сельского хозяйства. Возникало множество новых предприятий. За полвека количество промышленных предприятий умножилось в 7 раз, а число рабочих – в 6 раз. Создавались новые отрасли – хлопчатобумажная, шелкоткацкая, шерстеобрабатывающая, сахарная и др. В отдельных отраслях (прежде всего – в текстильной) начался промышленный переворот. Увеличивалась доля наемного труда.

В то же время развитие сдерживалось и затруднялось крепостным правом, мешавшим притоку в промышленность рабочей силы и созданию мелких крестьянских предприятий, и сословными ограничениями, бесправием большинства населения Российской империи.

2.2. Мелкая крестьянская и ремесленная промышленность господствовала в производстве товаров массового потребления. Она давали свыше 80 % продукции всей обрабатывающей промышленности страны. В Центральном промышленном районе, в который входили Московская, Владимирская, Ярославская, Тверская, Нижегородская и еще 5 губерний, возникало все больше промышленных сел, где все население занималось ремесленным производством (Иваново, Кимры, Вичуга, Богородское, Павлово, Балахна).

Крестьяне сбывали свой товар через перекупщиков, но некоторые из них сами организовывали продажу своих изделий. В ряде случаев крестьянское производство приводило к накоплению значительных капиталов, расширению дела.

2.3. Крупная промышленность. В первой трети XIX в. еще активнее развивались мануфактуры.

• Опережающими темпами увеличивалось число купеческих и крестьянских предприятий , применявших наемный труд. Если в конце XVIII в. вольнонаемных насчитывалось 1/3 от всех промышленных рабочих, то к 1861 г. – более 4/5.

Прежде всего эти процессы затронули текстильное, особенно хлопчатобумажное производство. Здесь уже в начале прошлого века наемными было более 80 % работников, а к середине столетия – более 95 %. Эта отрасль, где подавляющее большинство предприятий принадлежало купцам и бывшим крестьянам, развивалась наиболее динамично, только в первой четверти века число предприятий увеличилось в 2 раза, а число рабочих – в 8 раз.

•  Казенная и дворянская промышленность. В тяжелой и некоторых отраслях легкой промышленности применялся в основном принудительный труд (в черной металлургии, суконной промышленности – 70–75 % рабочих). Эти отрасли практически перестали развиваться.

Так, несмотря на покровительственные меры государства (ссуды, заказы, запрет импорта аналогичной продукции и т. д.), производство чугуна в течение первых десятилетий XIX в. не увеличивалось. Высокая стоимость продукции, низкий технический уровень, непроизводительный крепостной труд привели стратегическую российскую промышленность к застою и кризису. Отмена в 1840 г. посессионного права (в виде разрешения переводить посессионных работников в мещане или государственные крестьяне) не смогла исправить положение: предприятия, применявшие труд посессионных рабочих, разорялись.

Еще менее производительными являлись вотчинные мануфактуры, остававшиеся все же многочисленными и относительно прибыльными в связи с использованием почти дармового труда крепостных. Более того, число вотчинных рабочих увеличилось в первой половине века в 6 раз, но производительность труда здесь еще упала.

2.4. Промышленный переворот – создание крупной промышленности, основанной на использовании техники и наемного труда, – в России начался в 1830—1840-е гг. и продолжался до 1880—1890-х гг. Он осуществлялся:

–  организационно-технически – происходила замена ручного труда машинным, началось систематическое применение машинной техники на крупных предприятиях быстро развивавшейся промышленности;

–  социально – формировались новые общественные группы: слой предпринимателей – собственников и управленцев (буржуазия), слой инженерно-технических работников (техническая интеллигенция) и наемный рабочий класс (пролетариат).

• Первые попытки применения машин в текстильном и горном производстве проводились почти одновременно – на рубеже веков. Но переход от мануфактуры к фабрике начался в первой половине XIX в. именно в легкой промышленности.