Читать онлайн «Июнь. 1941. Запрограммированное поражение.». Страница 38

Польско-германская война продолжалась немногим более месяца. 28 сентября капитулировал гарнизон и рабочие отряды Варшавы, сильно разрушенной бомбардировками и артогнем. 29 сентября капитулировала крепость Модлин, 2 октября сдался гарнизон военного порта Хель. Последней сложила оружие группа войск под командованием генерала Клеэберга в составе около двух дивизий. Это произошло 6 октября около Коцка, восточнее Демблина.

В ожесточенных боях с вермахтом поляки потеряли порядка 620 тыс. человек, в том числе: убитыми и пропавшими без вести — 66 300, ранеными — 133 700, пленными — 420 тыс. Кроме того, ушли за границу, главным образом, в Румынию, Литву и Венгрию — 84 600 человек. Немцы уничтожили и захватили 2218 орудий и минометов, 391 самолет. Соответственно, потери германских сухопутных войск в людях составили: 46 985 человек, в том числе: убитыми — 10 572, пропавшими без вести — 3409, ранеными — 30 322. Потери немцев в вооружении и боевой технике составили: орудий и минометов — 248, танков — 229, самолетов — 564, автомашин — 4588 [238]. По другим данным, немцы в Польше потеряли 819 танков [239], из них безвозвратно — 236, в том числе: 89 Pz.I, 83 Pz.II, 7 Pz.35(t), 7 Pz.38(t), 26 Pz.III, 19 Pz.IV и 5 командирских [240].

Потери Польши в людях на территории, где действовали советские войска, составили порядка 481 200 человек, в том числе: убитыми — 3500, пропавшими без вести и ранеными примерно 20 тыс., пленными — 457 700; в вооружении: орудий и минометов — 900, самолетов — 300 [241].

В связи с отсутствием организованного сопротивления со стороны поляков потери советских войск оказались незначительными. Например, 8-я сд, действующая с 17 по 26 сентября в первом эшелоне 4-й армии, потеряла убитыми 8 и ранеными — 14 человек. Потери в бою танковых бригад, приданных 4-й армии, в период с 17 сентября по 4 октября составили: в 29-й тбр — 3 танка (в то же время на марше по техническим причинам вышло из строя 62), в 32-й, соответственно — 4 и 61. Боевые потери танковых бригад обоих фронтов составили 42 танка (главным образом, подбитыми), тогда как по техническим причинам и в результате аварий из строя вышло 429.

Всего наши войска в походе в Западную Белоруссию и Западную Украину потеряли 3379 человек, в том числе: убито и умерло на этапах санитарной эвакуации — 852, пропало без вести и попало в плен — 144, санитарные потери составили — 2383 [242]. Подругам, уточненным данным, Красная Армия потеряла несколько больше — 3858 человек, в том числе 1173 погибли и умерли от болезней и ран, 302 — пропали без вести, 2002 — были ранены, а остальные 381 — заболели [243].

О характере и напряженности боевых действий в полосах двух фронтов можно судить по следующим цифрам. Войска Белорусского фронта потеряли 1145 человек (0,56 % от общей численности), в их числе: погибло и умерло — 490, пропало без вести — 13, ранено (контужено) — 642. Потери Украинского фронта оказались больше: погибло и умерло на этапах санитарной эвакуации — 683 человека, пропало без вести — 289, санитарные потери — 1741, всего — 2713 (1,01 % от общей численности) [244]. Безвозвратные потери Красной Армии в вооружении составили: орудий и минометов — 6, танков — 17, самолетов — 6, автомашин — 36 [245].

Молотов в докладе на заседании Верховного Совета СССР 31 октября 1939-го, перечислив богатые трофеи, взятые Красной Армией в ходе сентябрьского похода в Польшу (более 900 орудий, свыше 10 000 пулеметов, 300 самолетов, 300 тысяч винтовок и прочее), занизил потери наших войск в людях:

«Общее количество жертв, понесенных Красной Армией на территории Западной Белоруссии и Западной Украины, составляет: убитых — 737, раненых — 1862, то есть в целом — 2599 человек ‹…›. Перешедшая к нам территория Западной Украины вместе с территорией Западной Белоруссии составляет 196 тысяч квадратных километров, а ее население — около 13 миллионов человек, из которых украинцев — более 7 миллионов, белорусов — более 3 миллионов, поляков — свыше 1 миллиона, евреев — свыше 1 миллиона ‹…›» [246]

Красная Армия взяла в плен более 452,5 тыс. польских военнослужащих, в том числе войсками Белорусского фронта (с 17 по 30 сентября) — 60 202 (офицеров — 2066), Украинского фронта (с 17.9 по 2.10) — 392 334 (офицеров — 16 723) [247]. В число пленных, как оказалось позже, входили не только военнослужащие, но и полицейские, жандармы и даже лесники — все, кто носил какую-то форму. Командиры запрашивали, что делать с пленными, куда их отправлять. Транспорта для их отправки в тыл, естественно, не хватало.

Так, на ст. Барановичи, забитой эшелонами с материальными средствами для войск, в октябре скопилось несколько эшелонов с пленными польскими солдатами и офицерами. М. Мельтюхов приводит примеры расстрелов пленных. Видимо, это были отдельные случаи самоуправства, за которые вряд ли кого-нибудь наказали. Следует отметить, что с момента установления соприкосновения наших войск с германскими происходил неорганизованный обмен польскими военнопленными: немцы передавали их нашим войскам, но зачастую отказывались принимать их от нашей стороны. Не ясно, по какому принципу отбирались пленные — по месту жительства? В последующем наше командование решило принимать от немцев столько пленных, сколько последние готовы принять от нас. Хотя отмечались случаи, когда поляки предпочитали сдаваться в плен немцам, нежели советским войскам.

После заключения с Германией 28 сентября 1939 года «Договора о дружбе и границе» все боеспособные части вермахта были переброшены на Запад. На оккупированной территории остались в основном второразрядные соединения, укомплектованные контингентами старых возрастов, и охранные части.

Выводы из польской кампании. Агрессия против Польши была важнейшей частью разработанного Гитлером плана построения тысячелетнего рейха. Больше всего на свете он боялся, что в последний момент какой-нибудь посредник сумеет уговорить или заставить Польшу принять германские требования мирным путем, как это произошло с Чехословакией в Мюнхене. Гитлеру нужна была победоносная война. Во-первых, он хотел опробовать мускулы выпестованного им вермахта, испытать новую организацию его частей и соединений, проверить в настоящем деле новейшую боевую технику, а главное — стратегию и тактику блицкрига. Польша для стратегов Гитлера стала своего рода испытательным полигоном для проверки теории «молниеносной войны» и вопросов использования в ней видов вооруженных сил и родов войск в стратегической операции. Только в случае успеха блицкрига у Германии, с ее недостатком материальных ресурсов, необходимых для ведения длительной войны на истощение, появлялась надежда силой завоевать себе господство в Европе.

Другой целью Гитлера было вернуть немецкому народу и его армии веру в собственные силы, которая пошатнулась после поражения Германии в Первой мировой войне, а заодно и посеять страх в рядах своих будущих противников. Убедительная победа должна была способствовать и небывалому росту его личного престижа. Все эти задачи были выполнены в полной мере, но ход войны оказался не таким гладким, как хотелось бы нацистскому руководству и каким его постаралась представить всему миру геббельсовская пропаганда.

Военные действия в Польше выявили коренные изменения в содержании и характере операций начального периода войны. Мобилизация и развертывание вооруженных сил противоборствующих сторон были осуществлены еще в предвоенный период с принятием целого комплекса мер по обеспечению маскировки и дезинформации противника. При этом именно Германия преуспела в этом отношении, упредив Польшу в развертывании войск. Это позволило вермахту нанести внезапные сильные удары заранее созданными группировками с массированным применением танковых и моторизованных соединений. Германское командование использовало в первом эшелоне максимум сил и средств, что позволило создать на избранных направлениях главных ударов групп армий многократное превосходство над противником в силах и средствах. Оперативные резервы для наращивания усилий создавались за счет переброски из Германии вновь отмобилизованных соединений. Это стало возможным благодаря тому, что союзники Польши на Западе не выполнили в полной мере своих обещаний.

Блицкриг — это прежде всего танковая война. ОКХ впервые в боевых условиях использовало для прорыва обороны противника и развития успеха такие крупные высокоподвижные формирования, как танковые дивизии и моторизованные корпуса. Боевые действия выявили огромные оперативно-стратегические возможности танковых войск, тесно взаимодействующих с военно-воздушными силами. Удары авиации, согласованные по времени и месту с наступлением наземных войск, позволили в короткие сроки взламывать оборону противника на всю глубину, обеспечивать ввод в прорыв подвижных войск и быстро развивать успех. В результате увеличилась глубина и темпы проведения наступательной операции, появились условия для быстрого маневра в оперативной глубине по охвату (обходу) и окружению крупных группировок врага.