Читать онлайн «Черная книга коммунизма». Страница 94

Во время Третьего конгресса, который собрал в Москве в июне 1921 года многочисленные уже сформированные коммунистические партии, директивы были сформулированы еще более четко. В «Тезисах о тактике» указывалось:

«Коммунистическая партия должна словом и делом прививать самым широким слоям пролетариата идею, что любой экономический или политический конфликт может при благоприятном стечении обстоятельств перерасти в гражданскую войну, во время которой задачей именно пролетариата станет захват политической власти».

Также и «Тезисы о структуре, методах и деятельности коммунистических партий» подробно разъясняли вопросы об «открытом революционном восстании» и о «боевых организациях», которые каждая коммунистическая партия должна была нелегально подготовить. Тезисы уточняли, что подобная подготовительная работа необходима именно потому, что «в такой момент не может еще идти речи о формировании регулярной армии».

От теории до практики — один шаг, который и был сделан в марте 1921 года в Германии, где Коминтерн планировал развернуть широкую революционную деятельность под руководством… Бела Куна, избранного к тому времени членом президиума Исполнительного комитета Коминтерна. «Мартовское наступление» в Саксонии, предпринятое в тот момент, когда большевики подавили Кронштадтское восстание, потерпело поражение, несмотря на применение весьма действенных средств (в частности, был взорван скорый поезд «Галле — Лейпциг»). Этот провал привел к первой «чистке» в рядах Коминтерна. Пауль Леви, один из основателей КПГ (Коммунистической партии Германии) и ее руководитель, за критику подобного рода авантюристических методов («путчизма») был исключен из партии. Находясь уже под полным влиянием большевистской модели, коммунистические партии, которые «институционально» считались всего лишь национальными секциями III Интернационала, все более попадали в такую политическую и организационную зависимость от Коминтерна, при которой оставался один шаг до прямого подчинения: именно в этой организации властно разрешались все конфликты между ними и определялась в конечном счете политическая линия каждой из партий. Это стремление к постоянному провоцированию вооруженных восстаний, которое в большой степени инициировалось Григорием Зиновьевым, критиковал сам Ленин, который, хотя и признавал, по сути, правоту Пауля Леви, все же передал руководство КПГ его противникам. Власть аппарата Коминтерна от этого только усилилась.

В январе 1923 года французские и бельгийские войска заняли Рур с целью заставить Германию выплатить репарации, предусмотренные Версальским договором. Одним из ощутимых последствий этой оккупации стало сближение националистов и коммунистов, сплотившихся против «французского империализма». Оккупация вызвала также пассивное сопротивление населения, поддержанное правительством. Экономическая ситуация, и до этого нестабильная, коренным образом ухудшилась; деньги катастрофически обесценивались, и в августе доллар стоил 13 миллионов марок! Забастовки, демонстрации, беспорядки сменяли друг друга. В этой революционной атмосфере 13 августа правительство Вильгельма Куно пало.[43]

В Москве руководители Коминтерна решили, что возможен новый Октябрь. Как только были преодолены разногласия по поводу того, кто возглавит эту революцию — Троцкий, Зиновьев или Сталин, — Коминтерн перешел к серьезной организации вооруженного восстания. В Германию были посланы эмиссары (Огюст Гуральски, Матьяш Ракоши) в сопровождении лиц, компетентных в вопросах гражданской войны (в их числе был и генерал Александр Скоблевски, он же Горев). Было намечено опереться на новое правительство Саксонии, сформированное в начале марта. В него наряду с левыми социал-демократами вошло и несколько коммунистов. Именно здесь коммунисты надеялись при помощи государственного аппарата завладеть необходимым количеством оружия. Спешно отправленный в Саксонию Ракоши готовился взорвать железнодорожный мост, соединявший эту землю с Чехословакией, с целью спровоцировать вмешательство этой страны и тем увеличить смуту.

Акция должна была начаться в годовщину большевистского путча. Волнение охватило Москву, которая, будучи абсолютно уверена в победе, сосредоточила Красную Армию на западной границе, чтобы прийти на выручку восстанию. В середине октября коммунистические лидеры вошли в правительства Саксонии и соседней Тюрингии, чтобы укрепить пролетарское милицейское ополчение (несколько сотен человек), состоявшее на 25 % из рабочих — социал-демократов и на 50 — из коммунистов. Но 13 октября при поддержке рейхсвера правительство Густава Штреземана ввело в Саксонии, отныне оказавшейся под его прямым контролем, чрезвычайное положение. Несмотря на это Москва, призвала рабочих вооружаться, и возвратившийся из Москвы Генрих Брандлер[44] решил объявить 21 октября всеобщую забастовку по случаю Конференции рабочих организаций в Хемнице. Этот маневр провалился — левые социал-демократы отказались следовать за коммунистами. Тогда те решили дать обратный ход, но из-за плохой связи информация не дошла до коммунистов Гамбурга, и утром 23 октября там вспыхнуло восстание: боевые группы коммунистов (от двухсот до трехсот человек) напали на полицейские участки. Однако повстанцы не смогли добиться своих целей. Полиция совместно с рейхсвером перешла в ответное наступление, и после боев, длившихся тридцать один час, восстание гамбургских коммунистов, оказавшихся в совершенной изоляции, было подавлено. Второй Октябрь, на который так надеялись в Москве, не наступил. Военный аппарат остался тем не менее, вплоть до 30-х годов, важной структурой КПГ, которую хорошо описал один из ее руководителей Ян Валтин (настоящее имя — Рихард Кребс).

После Германии ареной очередной попытки переворота стала Эстонская Республика. Эта маленькая страна уже второй раз подвергалась нападению Советов. Захватившие власть 27 октября 1917 года большевики были изгнаны оттуда немецкими войсками через три с половиной месяца, и буквально накануне вступления немцев в Ревель (Таллинн) 24 февраля 1918 года была провозглашена независимость Эстонии. Немецкая оккупация длилась до ноября 1918 года, когда после свержения кайзера немецкие войска были вынуждены отступить. Коммунисты тотчас снова взяли инициативу в свои руки: 18 ноября в Петрограде было создано эстонское правительство (Временный революционный комитет) и две дивизии Красной Армии вступили в Эстонию. Цель этих действий была ясно обозначена в газете «Северная коммуна»:

«Мы должны построить мост, соединяющий Россию Советов с пролетарскими Германией и Австрией. (…) Наша победа свяжет революционные силы Западной Европы с силами России. Она сделает неодолимой силу всемирной социальной революции».

В январе 1919 года советские войска были остановлены в тридцати километрах от эстонской столицы контрнаступлением эстонцев. Второе наступление Красной Армии также провалилось, и 2 февраля 1920 года был заключен Тартуский мирный договор, по которому Эстония была признана независимой. В захваченных ими местностях большевики занимались резней: 14 января 1920 года, накануне своего отступления, они казнили двести пятьдесят человек в Тарту и больше тысячи — в районе Раквере. После освобождения Раквере 17 января были разрыты три могилы, в которых было обнаружено 86 трупов. Расстрелянных 26 декабря 1919 года в Дорпаде заложников подвергали пыткам, ломали ноги и руки, иногда выкалывали глаза. 14 января, перед самым бегством, большевики из двухсот пленных успели уничтожить лишь двадцать человек, среди которых был архиепископ Платон. Жертвы можно было опознать с трудом: убивали ударами топора и прикладов, у одного офицера погоны были гвоздями прибиты к телу!

Побежденная советская сторона не отказалась от своих планов захвата Эстонии. В апреле 1924 года во время секретных переговоров «эстонских товарищей» с Зиновьевым[45] в Москве, было решено, что Коммунистическая партия Эстонии начнет готовить вооруженное восстание. Коммунисты создавали боевые команды (к осени в них насчитывалось около тысячи человек), свои ячейки в армии, ведя работу по ее деморализации. Предусматривалось начать восстание, затем поддержать его забастовкой. Эстонская коммунистическая партия, которая насчитывала около трех тысяч членов и подвергалась суровым репрессиям, 1 декабря 1924 года попыталась захватить власть в Таллинне с целью провозгласить Советскую республику. Главная задача этой республики состояла бы в том, чтобы немедленно потребовать присоединения к Советской России и тем самым оправдать вступление в Эстонию Красной Армии. Попытка провалилась в тот же день. Во время путча офицеры, сдавшиеся повстанцам и объявившие о своем нейтралитете, были расстреляны — по причине той же самой занятой ими нейтральной позиции: путчисты считали врагами всех, кто не с ними. Руководившему операцией Яну Анвельту удалось бежать в СССР. На протяжении многих лет он был чиновником Коминтерна, а затем исчез во время «чисток» 30-х годов.