Читать онлайн «Кто стоял за спиной Сталина?». Страница 157

Первоначально в марганцевую промышленность устремилось много мелких предпринимателей, затем наметилась тенденция к концентрации капитала. В 1899 г. 292 фирмами было добыто 34,1 млн пуд. руды, более половины всей добычи приходилось лишь на 40 предприятий{7}.

Иностранный капитал долгое время предпочитал заниматься скупкой и экспортом марганца и лишь затем тоже стал внедряться в сферу добычи. Особое значение в этом отношении имел 1904 г., когда свою деятельность на Кавказе начало германское «Акционерное общество Шальского союза горнопромышленников и владельцев копей в Гельзенкирхене»[83]{8}.

Как явствует из протокола общего собрания этого общества от 25 марта 1912 г., накануне Первой мировой войны самый крупный пакет акций имел Дойче банк — 25 млн марок, за ним следовали Дисконтогезельшафт — 18 млн и Дрезденер банк — 9 млн. Эти три кредитных учреждения концентрировали в своих руках акции на 52 из 94 млн. марок и таким образом держали в своих руках контрольный пакет акций. Среди частных акционеров этого общества находились такие германские предприниматели, как Гуго Стиннес и Соломон Оппенгейм{9}. В финансовых кругах России существовало мнение, что «одним из крупнейших акционеров этого общества» являлся «германский кайзер Вильгельм II», причем по сведениям, которыми располагал наместник на Кавказе граф И. И. Воронцов-Дашков, акции германского императора были «записаны на имя бывшего директора общества Тиссена»{10}. Представителем Гельзенкирхенского общества в России являлся Иван Спиридонович Персинаки{11}, а доверенным лицом — присяжный поверенный Лев Моисеевич Берлин{12}.

Вначале Гельзенкирхенское общество, точно так же, как и другие иностранные фирмы, занималось экспортом марганца из России. Однако оно появилось на марганцевом рынке тогда, когда здесь уже не было свободных ниш, поэтому его утверждение было связано с ожесточенной конкурентной борьбой. Преодолевая сопротивление, Гельзенкирхенское общество смогло не только утвердиться на марганцевом рынке, но и занять на нем особые позиции. Если в 1905 г. этим обществом было закуплено и вывезено за границу 5 % всего экспортируемого марганца, то в 1913 г. более 35 %{13}. Одновременно оно становится на путь скупки рудоносных земель. К началу Первой мировой войны французы имели в Шоропанском уезде около 70 дес. рудоносной земли, англичане — около 80, Гельзенкирхенское общество — почти 500 дес.{14}.

Когда началась война и возник вопрос о секвестировании Гельзенкирхенского общества, оказалось, что его акции принадлежат недавно возникшему шведскому обществу Винтервинкенс{15}, которое, с одной стороны, было связано с банкирской фамилией Валенбергов в Стокгольме{16}, а с другой — с семьей Нобелей в Петербурге{17}.

Первоначально единственным кредитным учреждением на Кавказе, которое могло финансировать добычу и экспорт марганца, являлся Тифлисский коммерческий банк{18}. Затем возникли Потийское общество взаимного кредита и Кутаисское общество взаимного кредита. В 1903 г. специальное совещание при Министерстве финансов постановило: «Поручить организацию комиссионной продажи марганца и выдачи ссуд марганцепромышленникам за руду, удовлетворяющую требованиям установленной марки, двум банкам — Русскому для внешней торговли и Азово-Донскому; при этом последний с открытием в ближайшем будущем своих отделений на Кавказе должен будет взять на себя организацию дела на месте добычи руды и ее отправки в порты вывоза, а Русский для внешней торговли банк, имеющий отделения за границей, примет на себя организацию самого экспорта марганцевой руды за границу»{19}.

До начала 90-х гг. XIX в. в Чиатурах производилась открытая добыча марганца. Затем стали закладывать штольни. С этого момента здесь появились горные инженеры. Едва ли не первым из них стал приглашенный на службу в 1892 г. Пинчеровским синдикатом Георгий Гаврилович Деканозов{20}. Г. Г. Деканозов был участником упоминавшегося выше кутаисского съезда грузинских студентов в 1892 г., затем проходил по делу о «Лиге свободы Грузии»{21}, позднее являлся одним из видных деятелей партии социалистов-федералистов и принимал участие в известной Парижской конференции революционных и оппозиционных партий 1904 г.{22} Широкую известность его фамилия получила в 1906 г., когда Департамент полиции опубликовал брошюру «Изнанка революции», из которой явствует, что в 1905 г. Г. Г. Деканозов был причастен к получению японских денег на революционное движение{23}.

Судьбу Г. Г. Деканозова не следует считать уникальной. Дело в том, что среди чиатурских марганцепромышленников с самого начала довольно широко были распространены не только оппозиционные, но и революционные настроения.

Отчасти это было связано с тем, что некоторые марганцепромышленники в молодости отдали дань увлечению революционными идеями. Так, по утверждению М. Г. Цхакаи, марганцепромышленниками стали участники революционных кружков 90-х гг. в Тифлисе Ражден Каладзе и Варфоломей Мосешвили{24}. Некоторые марганцепромышленники сами принимали участие в революционном движении. В качестве примера можно назвать братьев Кекелидзе, трое из которых (Бартоломе, Георгий и Датико) входили в состав местной большевистской организации, причем Георгий в 1911 г. был убит жандармами, а Датико умер в 1928 г. членом ВКП(б){25}.

Как мы уже знаем, одним из создателей «Месаме даси» был Иосиф Павлович Какабадзе{26}. Он родился в 1864 г., закончил три класса духовного училища и в 14 лет начал свою трудовую жизнь{27}. Определенное влияние на его судьбу оказало то, что его братья Илья и Нестор стали предпринимателями. В 1899 г. в списке 292 владельцев марганцедобывающих предприятий они занимали 31-е место{28}. Иосиф Павлович тоже приобщился к марганцепромышленной деятельности, неоднократно бывал за границей, овладел иностранными языками{29}, в то же время он продолжал участвовать в революционном движении. В частности, при его посредничестве транспортировалась «Искра»{30}. После II съезда РСДРП Иосиф Какабадзе стал меньшевиком{31}.

27-е место в списке марганцепромышленников в 1899 г. занимал Сачино Ростомович Вашадзе{32}. Сам он к революционному движению не имел никакого отношения, зато в нем участвовали его сыновья Александр (р. 1887){33}, Галактион (р. 1880){34} и Кимонтэ (р. 1872){35}. Когда С. Р. Вашадзе стало известно о революционной деятельности его сыновей, он «хотел покончить самоубийством», но затем смирился, и это, вспоминал А. С. Вашадзе, позволило «нам его дом в период подполья сделать убежищем нелегально работающих товарищей и хранилищем нелегальной литературы». Здесь же одно время размещалась подпольная типография Чиатурской организации РСДРП{36}.

«С нашей семьей, — отмечал К. С. Вашадзе, — частую связь имели и квартировались даже следующие товарищи: 1. Буду Мдивани, 2. Котэ Цинцадзе, 3. Вано Ломтатидзе, 4. Августула, 5. Мелитон Пилия, 6. Нестор Чхикваидзе, 7. Степко Инцкирвели, 8. Братья Окуджава, 9. Женщины Галдавадзе и Сулаквелидзе, 10. Некодимос Брегвадзе и многие другие»{37}.

Двоюродным братом Галактиона и Кимонте Вашадзе был Карп Спиридонович Модебадзе{38}. Он родился в 1873 г. в семье священника-дворянина и вместе с братом Платоном имел в Чиатурах 100 дес.{39} После окончания Кутаисского духовного училища обучался в Тифлисской духовной семинарии, где сошелся с Рожденом Каладзе и Михой Цхакаи, в 1893 г. был исключен из семинарии за участие в ученической забастовке{40}. Под руководством Г. Г. Деканозова освоил профессию горного техника и стал работать на марганцевых рудниках, одновременно играя видную роль в местной социал-демократической организации. В конце 1905 г. участвовал в Чиатурах в объединенном штабе боевых дружин, а затем вынужден был эмигрировать, жил в Брюсселе и Париже{41}.

Размещавшаяся в доме Вашадзе типография была перевезена сюда из дома другого марганцепромышленника, Уплиса Сисиевича Чачанидзе, который занимал в 1899 г. 24-е место по добыче марганцевой руды{42}. Характеризуя свое отношение к революционному движению, он позднее писал: «В моем доме в подвале был печатный станок, а в винном погребе (мелани) склад оружия. Все это было найдено казаками во время обыска в 1905 г. Из-за этого меня безжалостно избили, сожгли мой дом и дом моего племянника Якова Чачанидзе, меня арестовали и посадили в Кутаисскую тюрьму, где я просидел шесть месяцев»{43}.