Читать онлайн «Рамаяна». Страница 92

Глава 41. Марича продолжает увещевать Равану

На властное требование царя демонов Марича отвечал твердо и бесстрашно:

— Какой негодяй посоветовал тебе вступить на путь, который приведет тебя к гибели вместе с твоими детьми, родственниками и советниками, о Равана? О царь, что это за злобное созданье, завидующее твоей благой удаче, пытающееся открыть перед тобой врата смерти? Несомненно, это твой враг, в своем бессилии поражающий тебя руками более сильного противника. Какой негодяй злых намерений толкает тебя на путь самоуничтожения? Советники, не отговаривающие тебя от дурных замыслов, достойны смерти и тем не менее живут. Неправедные министры, поддерживаемые царем, который идет на поводу своих желаний, вступают на путь зла. Ты просто слеп. По милости монарха, министры обретают справедливость, пользу, удовольствие и славу, но этих достоинств нет там, о Равана, где царю не достает добродетели, и его подданные страдают, не имея ничего, кроме неудачи. О лучший среди победителей, царь — опора праведности и доброго имени своих подданных, поэтому он всегда защищает их. Под правлением жестокого, властного и невоздержанного монарха государство не будет спасено, о повелитель ночи. Министры, которые советуют насилие, погибнут вместе со своим господином, подобно колеснице, которую беспечный возница гонит в бездну. Многие благочестивые люди в этом мире, верные своему долгу, погибли вместе со своими родственниками из-за чужих ошибок. Жестокий тиран не способен защитить своих подданных, как шакал не может защитить стадо оленей. Исполины, которыми ты правишь, — глупый, безжалостный раб своих желаний — обречены. Жаль не меня, на которого нежданно обрушилось это бедствие, но тебя, который скоро вместе со своей армией встретит смерть. Моя миссия завершена, я умру под ударами твоего противника. Будь уверен, я погибну, как только предстану перед Рамой, но знай также, что похищение Ситы будет стоить жизни тебе и твоим родным. Если тебе удастся с моей помощью украсть Ситу из хижины, тебе придет конец, так же как Ланке и всем демонам. Хотя я желаю тебе блага и пытаюсь помочь, ты отвергаешь мои слова, подобно смертнику, который в свой последний час не внемлет совету друзей.

Сказав Раване такие горькие слова, Марича, полный дурных предчувствий, добавил:

— Пойдем, но знай, что как только я предстану перед тем воином, вооруженным стрелами, мечом и луком, который он направит в меня, моей жизни придет конец! Более того, кто противостоит Раме, не вернется живым! Он отправит тебя по дороге смерти, ты не устоишь под силой его ударов. Чем я могу помочь тебе в этом злом замысле? И все же, я готов. Процветания тебе, о ночной бродяга!

Довольный Маричей, Равана тепло обнял его и медовым голосом сказал:

— Такое великодушие достойно тебя! Теперь, когда ты охотно уступил моей просьбе, я вижу, ты воистину Марича! Прежде другой демон говорил со мной. Вместе со мной взойди мою летающую колесницу, выложенную камнями, запряженную мулами с головами гоблинов. Очаровав Ситу, как я тебе говорил, беги оттуда, и как только она останется одна, я унесу ее! — Да будет так! — отвечал сын Татаки. Равана поднялся на свою колесницу, напоминающую небесный корабль и стремительно покинул уединенную обитель. Обозревая многие деревни, леса, горы, реки, царства и города, они наконец достигли леса Дандака, где стояла хижина Рамы. Сойдя с золотой колесницы, повелитель демонов сопровождаемый Маричей, увидел обитель Рамы и, взяв спутника за руку, сказал:

— Вот хижина Рамы в тени пальм. Теперь исполни то, ради чего мы прибыли сюда! Послушный воле Раваны, Марича в тот же миг принял облик оленя и стал бегать туда-сюда перед хижиной Рамы. Демон принял чарующий и удивительный облик: кончики его рогов были усеяны драгоценными камнями, шкура в пятнах, а рот походил на красный лотос, с ушами лазурного оттенка, вытянутой шеей, животом цвета сапфира, боками цвета мадхука, сияющий как волокна цветка канджа, с изумрудными копытами, стройными ногами бедрами, которые переливались всеми цветами радуги. В один миг этот демон превратился в восхитительную лань переливчатого оттенка, усеянную всевозможными драгоценными камнями, неописуемой красоты. Весь лес и мирная обитель Рамы озарились сиянием удивительной лани, в которую превратился Марича. Чтобы привлечь взгляд Ваидехи своей мерцающей окраской, он бродил в траве средь цветов. Его шкура была усыпана сотнями серебряных пятен, от чего он казался особенно прекрасным, когда гулял, пощипывая зеленые побеги деревьев. Приближаясь к пальмовым деревьям, он медленно шел между деревьями карникара, иногда появляясь перед Ситой во всей своей красе. Эта прекрасная молодая лань гуляла близ ашрама Рамы, по желанию подбегая и отдаляясь, иногда исчезая вдали и вновь появляясь поблизости, игриво прыгая или прижимаясь к земле, следуя за стадом оленей или ведя его за собой. Всеми путями этот демон в облике лани, описывая тысячи игривых кругов, пытался привлечь внимание Ситы. Молодые олени подходили, обнюхивали его и разбегались во все стороны, но демон, прежде с радостью убивавший их, теперь никого не трогал, не желая раскрывать себя. Тем временем с сияющими глазами Ваидехи собирала цветы, забавляясь среди деревьев карикара, ашока и кута, которые она так любила. Гуляя и срывая цветы, эта нежная царевна, не достойная жить в лесу, увидела молодую лань, усыпанную драгоценными камнями, жемчугами и алмазами. Увидев эту лань с прекрасными зубами и губами, серебряной шкурой, Сита широко открыла глаза от изумления и радости. Восхитительная лань, глядя на возлюбленную супругу Рамы, продолжала играть и бегать перед ней, освещая лес, и Сита, дочь Джанаки, с растущим восторгом взирала на невиданное восхитительное созданье.

Безупречной красоты, златокожая Сита, собирая цветы, увидела удивительную лань с золотыми и серебряными пятнами и в величайшей радости позвала своего господина и Лакшману, которые не расставались со своим оружием:

— О царевич, иди скорей вместе с младшим братом! Она звала снова и снова, не сводя глаз с лани.

Рама и Лакшмана, те два льва среди людей, устремили глаза свои на Ситу и увидели сверкающую гостью, которая гуляла близ нее. Пораженный Лакшмана воскликнул:

— Несомненно, это демон Марича принял облик лани. Цари охотившиеся в лесу и соблазнившиеся его обманчивой красотой, погибли от его руки. О Рама, эта ослепительная лань, чье сияние затмевает солнце, — творение магии. Таких ланей не бывает на земле, о повелитель мира, это лишь коварный мираж.

Однако, Сита с радостной улыбкой перебила его и, полностью очарованная иллюзией, сказала:

— О сын царя, эта чудесная молодая лань завладела моим сердцем! Молю, поймай ее, великий воин, и она разделит со мной мои игры. Вокруг нашей хижины по лесу бродит много прекрасных созданий, чарующих сердце своей красотой, таких как чамары, шримары и рикши, небесные пришаты, ванары и киннеры развлекаются здесь, но, о длиннорукие герои, полные изящества и силы, никогда прежде я не видела в природе создания, которые своим сиянием и живостью был равен этой удивительной лани. Своим тонким и многоцветным телом, сверкающим драгоценными камнями, она осветила весь лес вокруг меня сиянием луны. Какая красота! Какое сияние! Какое изящество! Эта чудесная лань с изящными членами полностью покорила меня. Если ты поймаешь ее, она станет настоящим чудом в нашей обители, а когда наше изгнание закончится, она украсит собою царский дворец.

О повелитель! Царевич Бхарата и мои матери изумятся, увидев эту лань небесной красоты. Если ты не сможешь поймать ее живьем, то шкуре ее не будет цены, о лев среди людей. Я счастлива буду сидеть на этой золотой шкуре, устланной травой куша. Я прошу прощения, это жестокое желание может показаться недостойно женщины, но красота этой лани восхищает меня!

Это грациозное создание с золотой шкурой, рогами, сверкающими драгоценностями, сияющее словно восходящее солнце или Млечный путь, очаровало самого Раму, который вняв просьбе Ситы, уступил ее желанию и весело бросил Лакшмане:

— О Лакшмана, заметь как эта лань влечет Ваидехи! Из-за своей красоты она сегодня расстанется с жизнью. Ни в лесу, ни в саду Нандана, ни в уединении Чаитраратха, ни где-либо на земле таких ланей не бывает. Посмотри, как бы она ни чистила свою бархатную шкуру, она блестит. Открывая рот, она показывает язык, подобный яркому пламени в жаровне или молнии в облаках, с головой украшенной изумрудами и хрусталем, с ее перламутровым животом — чье сердце устоит перед ее неописуемой красотой? Кто устоит, увидев это божественное видение, сияющее как золото, усыпанное драгоценными камнями?