Читать онлайн «Византийское государство и Церковь в XI в.: От смерти Василия II Болгаробойцы до воцарения Алексея I Комнина: В 2–х кн.». Страница 73

4) Мелитина. Фема, названная так по имени главного города,[1478] лежала на восток от «Поевфратских городов», по течению реки Евфрата, которой была охвачена с трех сторон; река Евфрат отделяла ее от западных границ Диарбекра, владения Мерванидов, Фема, несмотря на то, что была пограничной, принадлежала к разряду простых. В начале царствования Мономаха мелитинским стратигом был патриций Лев Лампрос, обвиненный в заговоре и пострадавший.[1479] Можно предполагать, что при том же императоре Мономахе на должность мелитинского стратига был назначен Лев Торник.[1480] Упоминается также мелитинский стратиг при Романе Диогене, не названный, впрочем, по имени, может быть потому, что он обнаружил позорную трусость во время нападения на фему турок.[1481]

5) Месопотамия, фема–дукат, лежала на северо–восток от Мелитин–ской фемы, по другую сторону Евфрата, южные ее границы были смежны с северными границами Диарбекра. Дукой этой фемы, учрежденной еще в конце IX в.,[1482] при Мономахе назначен был Григорий Магистр, сын Васага, из рода Баглавуни, после того как он передал императору свои владения в Великой Армении.[1483] Как месопотамский дука, он, вместе с правителями соседних фем, принимал участие в битве с турками при Габудру, закончившейся пленом Липарита (1048). По свидетельству армянского писателя (Аристакеса), управление Месопотамией было отдано ему в наследственную собственность и условия этого пожалования изложены были в хрисовуле. Поэтому по смерти Григория Магистра (1066) владение его в Месопотамии и титул дуки получил старший его сын, Вахрам.[1484] Однако же византийское правительство скоро поставило свою власть в Месопотамии на прочную почву. В момент восстания Вотаниата против Парапинака Месопотамской фемой управлял уже грек, Никифор Палеолог,[1485] отец Георгия Палеолога, свояка Алексея Комнина.

6) Тарон, на восток от Месопотамии, по северным границам Диар–бекра. Эта фема и по времени, и по способу образования, и по положению в ней византийской власти, сходна с месопотамской фемой.[1486] В Таро–не, подобно тому как в Месопотамии, звание стратигов было достоянием армянского владетельного дома — принадлежало потомкам Григория Таронита. Но Византия стремилась к совершенному подчинению себе Тарона и не упускала случая, чтобы усилить здесь свою власть. В XI в. она достигла того, что не исключительно потомки Григория заведовали управлением, но время от времени назначались и люди посторонние. Так, в царствование Феодоры правителем (стратигом) Тарона был Феодор, сын Аарона,[1487] умерший от раны, полученной в одной стычке с турками.[1488] После Феодора, не состоявшего в прямом родстве с армянским домом, при Исааке Комнине, Константине Дуке и Михаиле Парапинаке управление Та–роном опять находилось в руках армянина, Торника,[1489] который удачно действовал против турок в пользу Византии[1490] и погиб по козням Филарета Вахрама.[1491] Из городов Таронской фемы важное стратегическое значение имел Манцикерт. Он находился под управлением особого византийского коменданта (игемона). В конце царствования Мономаха таким игемоном был патриций Василий Абукаб, прославившийся мужественной защитой города от султана Тогрульбека, в 1053 г.[1492] При преемнике Тогрульбека, султане Алгт–Арслане, Манцикерт был взят турками,[1493] в 1071 г. отнят у турок императором Романом Диогеном,[1494] но лишь несколько дней оставался под греческим владычеством: после роковой битвы, при р. Царе (недалеко от Манцикерта), окончившейся пленом греческого императора, город опять попал в руки турок.

7) Верхняя Мидия, или Васпуракан, фема–катепанат, лежавшая на восток от озера Ван и с трех сторон охваченная мусульманскими владениями, с юга Курдистаном, с востока Адербиджаном, с севера Теви–ном. Эта провинция армянского владетельного дома Ардзруниев поступила в число византийских фем при Василии II, которому была передана в 1021 г. Сеннахарибом, в обмен на владения в Каппадокии.[1495] В новообразованную фему назначен был стратигом сначала патриций Василий Аргир, а когда он оказался неспособным, протоспафарий Никифор Комнин.[1496] Комнин остался на должности при Константине VIII и за участие в заговоре ослеплен.[1497] При Романе III правителем Васпуракана был патриций Николай Хрисилий, ознаменовавший свое управление отнятием у сарацин и присоединением к феме города Перкри (недалеко от приобретенного Комнином Арджиша, на востоке).[1498] При восшествии на престол Михаила Пафлагона Хрисилий был смещен и на его место переведен катепан Эдессы Георгий Маниак.[1499] Но для Маниака и катепанат Васпуракана был переходной ступенью к занятию места в еще более важной феме (в Италии); по удалении его с должности правителем Васпуракана сделан, по–видимому, патриций Никита Пигонит (Бигонид).[1500] При одном из этих стратигов — Маниаке или Пигоните, вероятнее при первом, — город Перкри вновь был захвачен сарацинами и стоявший в нем греческий гарнизон перебит. Однако же сарацины владели городом не более года, и Никита Пигонит его отнял.[1501] При Константине Мономахе катепаном был патриций Стефан Лихуд, племянник[1502] первого министра, Константина Лихуда.

Около 1047 г. он был разбит турками, возвращавшимися с Кутулмишем (родственником Тогрульбека) из–под Мосула, взят в плен и уведен в Хорасан, в город Геру.[1503] После него катепаном Васпуракана назначен был вест Аарон, сын Владислава и брат Прусиана Болгарина, имевший резиденцию не в Арджише (по примеру предшественников), а в Ване (город при озере Ван). При нем фема много пострадала от турок. Сначала Аарон, в соединении с Катакалоном Кекавменом, правителем Ания, нанес туркам поражение.[1504] Следующая затем битва при Габудру, в сентябре 1048 г., имела сомнительный исход, несмотря на то, что Аарону помогали, кроме Катакалона Кекавмена, месопотамский дука Григорий Магистр и грузинский князь Липарит (взятый турками в плен).[1505] Когда наконец сам султан Тугрульбек двинулся на Империю, в 1053 г., города Васпуракана (Перк–ри и др.) стали переходить во власть турок, переправленные в Азию македонские войска ничего не могли сделать (по случаю смерти Мономаха), и есть основание предполагать, что приобретения турок в Васпуракане остались за ними на будущее время; в числе условий мирного договора, заключенного Феодорой с султаном, был, между прочим, пункт, по которому области и города, находившиеся прежде во власти сарацин (в том числе, следовательно, Перкри и Арджиш), были отданы туркам.[1506] Византийская фема прекратила свое существование.

8) Иверия, фема–катепанат, а после присоединения к ней Ания фема–дукат, лежала к северу от Васпуракана и с восточной стороны граничила с сарацинским владением Тевином. Подобно Васпуракану, она получила свое начало при Василии II, раньше, однако же, чем Васпуракан, — была образована из земель, завещанных Василию II иверийским царем, куро–палатом Давидом (t 1000 г.). С первого момента своего существования иверийская фема сделалась могущественным средством распространения византийского влияния на Грузию, и чем далее, тем все более возрастала и раздвигала свои границы за счет грузинских и армянских владетелей. Во второй год царствования Константина VIII правителем этой фемы послан был из Византии евнух Никита, удачно действовавший в пользу своего правительства. Он убедил некоторых иверийских магнатов отказаться от своих владений и отправиться в Константинополь; те сдались на убеждения, в Константинополе ласково были встречены, получили чины, подарки, а также деревни и города в наследственную собственность, прежние же их владения присоединены к иверийской феме.[1507] Уступка владений в пользу Византии при Константине VIII не закончилась — из времен Романа III мы знаем об уступке крепости Анакофы Алдой, вдовой Георгия, царя абхазского, которая достигла этим того, что сын ее Димитрий получил чин магистра.[1508] При Михаиле Пафлагоне катепаном Иверии был Михаил Ясит, которому приходилось вести счеты с грузинским царем Багратом IV,[1509] недружелюбно смотревшим на приобретения, какие делала Византия. Ясит оставался катепаном Иверии и при Мономахе; он же первый был облечен титулом дуки, после приобретения города Ания, куда затем перенесена была и резиденция фемы. Первый шаг к приобретению Ания сделан был еще императором Василием II, который, вмешавшись в распрю между братьями Иоанном (или Семпадом II) и Ашодом IV за обладание Анием, получил от первого в 1022 г. письменное завещание, что Аний по смерти его, Иоанна, должен перейти во власть Византии. Когда в 1040 г. Иоанн умер, император Михаил Пафлагон предъявил права на Аний, на основании договора 1022 г., и выслал войско, которое осадило Аний, но взять не могло; происшедшая перемена на византийском престоле была причиной, что войска отступили. Мономах не оставил мысли завладеть Анием. С помощью разного рода интриг молодой царь анийский, Какиг II (сын Ашода IV), был вызван в Византию и здесь принужден отдать Аний Мономаху; взамен он получил чин магистра и владения Галонбегад и Визу (в Каппадокии).[1510] Заключен был формальный договор, и Ясит явился перед стенами Ания с договорной грамотой в руках, подписанной Какигом. Сначала жители не приняли его; потребовались военные усилия и искусство византийской дипломатии, чтобы заставить непокорных сдаться. Наконец, в 1045 г. Михаил Ясит основался в Ании как дука.[1511] Новому анийскому дуке пришлось пожинать плоды двусмысленной политики, которой держалось византийское правительство в вопросе о приобретении Ания. С союзником Византии по войне с Анием, Абул–Севаром, эмиром Тевина, относительно которого правительство не пожелало выполнять условий, произошло столкновение. Когда предпринятый против Тевина поход окончился неудачей, Михаил Ясит был лишен звания анийского дуки. Есть указание, довольно, впрочем, смутное, что в это время был послан для управления Иверией Лев Торник.[1512] Но если Торник и управлял, то самое короткое время. Скоро по удалении Ясита мы видим на его месте Катакалона Кекавмена, который продолжал до сентября 1047 г. борьбу с тевинским эмиром, пока его войско не было отозвано для защиты Византии от Льва Торника,[1513] затем Кекавмен принимал участие в двух битвах Аарона, васпура–канского катепана, с турками и наконец (около 1049 г.) получил новое назначение на место стратилата Востока.[1514] Кто после Катакалона Кекавмена занял место анийского дуки, мы не имеем сведений, знаем только о дуке, управлявшем фемой при императоре Константине Дуке, царствование которого было роковым для иверийско–анийской фемы. Этот император отдал место дуки в Ании армянину Баграту, прельстившись его предложением содержать войско и производить другие расходы за свой счет, без казенных субсидий. Баграт оказался несостоятельным, и продовольственная часть в войске, долженствовавшем охранять Аний, пришла в упадок. Между тем турецкий султан Алп–Арслан предпринял в 1064 г. поход в Иверию. Многие города были взяты, а в заключение был осажден и взят Аний. Столица фемы, около 20–и лет находившаяся во власти Византии, была потеряна навсегда.[1515] Была потеряна также значительная часть территории фемы. На первых порах Византия отчасти вознаградила себя за потерю присоединением лежавшего недалеко от Ания (на запад) города Карса с округом. Этот город был еще независимым под управлением одной ветви Багратидов. Управлявший им хитрый Какиг, сын Апаса Шахеншаха, сумевший обмануть Алп–Арслана, нашел более выгодным уступить свое владение Византии и взамен получить город Дза–ментау (недалеко от Мелитины) и некоторые другие города и деревни.