Читать онлайн «Хасидские предания». Страница 84

Этим трем мистическим движениям, которые я типологически

сопоставляю здесь между собой, присуща общая особенность,

заключающаяся в том, что легенды создаются и разрабатывают-

ся устно и лишь позднее записываются", - в отличие от теорий,

которые излагаются на бумаге их создателями либо передаются

ученикам для записи. Характерным исключением является ос-

нователь хасидизма, который, по-видимому, устную речь катего-

рически предпочитал письменной.

Из суфийской литературы можно привести в качестве особо

примечательного примера жизненную историю вышеупомянуто-

го аль-Халладжа. Человек, записавший ее на основании устного

рассказа своего сына, жил более ста лет спустя после смерти

этого мученика. Подобные биографии вращаются вокруг выска-

зываний суфийских наставников и относятся к тому "подтверж-

даемому жизнью" жанру, в котором изображается фигура "со-

вершенного человека". Насколько позволяют судить наши зна-

ния, ничего принципиально иного не было достигнуто со стороны

литературной формы в дошедших до нас легендарных биографи-

ях других суфийских наставников.

В дзэн-буддизме рассматриваемый мною процесс протекает

совершенно иным образом, но в конечном счете в том же самом

русле. Первоначальное, устойчивое ядро литературы коана пред-

ставляет собой уже в раннюю эпоху "передаваемое из уст в уста"

сообщение о ситуации, складывающейся во взаимоотношениях

между приверженцами дзэн-буддизма, разговаривающими друг

с другом. Это та "туча участников", о которой мы слышим. На

протяжении многих поколений кто-нибудь из монастырской бра-

тии постоянно записывал особенно важные с его точки зрения

"провозглашения", и постепенно складывались сборники - сна-

чала маленькие, а потом побольше. Вместе с обретением ими

"литературной" формы к ним добавлялись написанные состави-

телями пояснения, песни, а столетия спустя после начала тради-

ции подобных рассказов мог появиться и трактат. Характерно,

что позднее этот путь попытались дискредитировать в качестве

"дзэнского размышления над анекдотами".

Похожую структурную двойственность мы снова обнаружи-

ваем в хасидизме, причем здесь она становится особенно замет-

ной. Целостные доктрины записываются в подавляющем боль-

шинстве самими основателями этих учений либо передаются ими

для записи своим ученикам. Сообщения о происшествиях, цент-

ральное место в которых занимают высказывания наставников,

напротив, передавались в устной форме в основном, конечно, еще

при их жизни и лишь спустя некоторое время записывались. Здесь

' И с этой точки зрения путь францисканства иной (но не в "мистическом"

смысле), а как сказано, оно типологически не принадлежит к рассматриваемым

религиозным явлениям: его легенды сочиняет и редактирует орден.

перед нами поздний, но убедительный пример стремления устной

традиции этого рода сохранить жизненный дух наставления бла-

годаря обнаружению его взаимосвязи с ситуациями, в которых

он возникает, подобно искре, высекаемой из стали. Как бы мы ни

стремились в истории человеческих верований передать факти-

ческий характер произнесенного слова будущим поколениям в не-

искаженном виде, как бы мы ни старались спасти от опасности

воплощения в "непредвзятой" понятийной форме, все же мы

оставляем его в рамках породившего его события, мы передаем

его из поколения в поколение как составную часть личностного

процесса, от него неотделимую. Это, конечно, несравнимо с уст-

ной речью, воздействие которой порой усиливается с помощью

тона и жеста. Правда, всевозможное побочное содержание уг-

рожает вторгнуться в рассказ в ходе его передачи, и как только

это осознается, вскоре появляется желание записать услышанное,

чтобы не допустить дальнейших искажений. Затем рано или

поздно следует сбор и объединение сходных между собой матери-

алов. В хасидизме имена первых рассказчиков стараются по

возможности предпослать отдельным легендам.

Поздняя запись, позднее обнаружение, даже поздняя публика-

ция циклов мистических легенд не имеют поэтому никакой до-

казательной силы в пользу утверждения их сомнительности в ка-

честве источника. Основной сборник легенд о Баал Шеме вышел

из печати, например, спустя 55 лет после его смерти. Что это

может означать для решения вопроса о их "возникновении"?

Специфическая достоверность устной традиции в истории ре-

лигий еще недостаточно осмыслена (несмотря на важные факты,

имеющиеся в моем распоряжении).

КОММЕНТАРИИ

ХАСИДСКИЕ ПРЕДАНИЯ.

ПЕРВЫЕ НАСТАВНИКИ

(Tales of the Hasidim. The Eriy Masters)

В настоящем издании впервые публикуется на русском языке. Пере-

вод выполнен М. Л. Хорьковым по изданию: Buber М. Tales of the

Hasidim. The Early Masters. N. Y., 1947.

С. 18. "Цадиким" (цадик - праведник, мн. ч.: цадиким) - лидер

хасидской общины. При переводе была сохранена авторская форма

употребления множественного числа на иврите.

Равви (учитель, наставник) - понятие равви означает в этих текстах

преимущественно главу местных хасидов. Иногда равви был также

и равом (см. примеч. к с. 47).

Рыманов - названия городов даются в легендарной традиции, так

как зачастую затруднительно указать их современную локализацию.

С. 19. Маггид (проповедник, мн. ч.: маггидим) - некоторые маггиды

были странствующими проповедниками, другие назначались общиной;

последние время от времени тоже становились странствующими пропо-

ведниками. Понятие "маггидим" указывает также на тот дух, которым

отмечены избранные и благодаря которому им открываются и тайны

учения, и завеса будущего.

Диаспора (гола) - рассеяние Израиля среди других народов.

С. 23. Per se (лат.) - самого по себе, как такового.

С. 26. Представлено по три поколения - в издании дан перевод на

русский язык первого тома двухтомного собрания хасидских преданий

М. Бубера, охватывающего времена трех первых поколений хасидов

и названного Бубером "Первые наставники".

Каббалистическое учение (каббала - предание) - средневековое

религиозно-мистическое учение в иудаизме (см. также примеч. к с. 299).

С. 27. Саббатианское движение - израильское мессианское движение

последней трети XVII в., охватившее ряд стран и получившее широкое

распространение после того, как в 1665 г. Саббатай Цви (см. примеч.

к с. 88) объявил себя мессией.

Тора (учение, закон) - иудейские священные свитки из кожи, на

которых написано "Пятикнижие"; учение и закон как писаный (библей-

ский), так и устный (традиционный).

Искра Божия - во время изначального творения, предшествовавше-

го сотворению нашего мира, божественная световая сущность взор-

валась и ее "искры" ниспали в низшие миры, облачившись в "раковины"

вещей и всех творений нашего мира.

Доктрина Шехины - божественная ипостась, Шехина, присутствую-

щая в мире и разделяющая с Израилем изгнание (Божественное Присут-

ствие среди людей).

Каввана (мн. ч.: кавванот) - устремленность к Богу при совершении

религиозного или любого другого действия. В Каббале кавванот означа-

ют перестановки при произнесении Божественного Имени, целью кото-

рых является преодоление разделенности с силами Высшего Мира.

С. 28. Злое Начало - уклонение ко злу, противоположное стремле-

нию к добру. Оно не считается злом, как таковым, но возникает при

неправильном использовании человеком своих сил и способностей. Все

действия человека связаны с его чувствами и страстями. Человек призван

служить Богу всеми своими устремлениями - к добру и ко злу, - на-

правляя свои страсти ко благу и святости.

С. 31. Йом-Kwiyp (День Искупления) - последний из Дней Благогове-

ния (см. примеч. к с. 81), которые начинаются Новым годом. Это день

поста и непрерывной молитвы об искуплении.

Благословение новой луны - церемония под открытым небом, кото-

рая проводится по случаю появления на небе новой луны, что означает

начало нового месяца по иудейскому календарю.

Небесный Иерусалим - связан с земным Иерусалимом. Святилище

Небесного Иерусалима связано с Храмом на горе Сион.

Праздник Радования в Законе (Симхат Тора) - праздник в день,

следующий за Суккотом (см. примеч. к с. 121). В этот праздник вынима-

ют свитки Торы и в торжественной процессии носят по Дому Молитвы.

С. 32. Третья трапеза - главная субботняя трапеза. Ей предшеству-

ет послеполуденная молитва (см. примеч. к с. 79). Третья трапеза сопро-

вождается пением и беседой с цадиком.