Читать онлайн «Житие Сергия Радонежского». Страница 107

Во дни благочестиваго царя государя и великого князя Михаила Феодоровича всеа Росии велможа нѣкий былъ съ царемъ в походе, чином же рында. И яко же обычай есть в дому Святы[я] Троицы во обители преподобнаго Сергия, на праздники по древнему чину посылашеся ото властей к бояромъ и к велможамъ и всякого чину государевым людемъ от трапезы преподобнаго Сергия чюдотворца пища и питие. И егда до сего таковая пища и питие донесена бысть, не вѣмы коим вражиим запинанием, вмѣсто благодарения изрече глаголы хулны и зело поносивъ властѣй, не в лѣпоту глагола и келаря королем нарѣкая, ругаяся в гордости своей. Егда же время изыти из монастыря, пред церковными дверми, внезапу вострепетав, падеся пред всѣми и многое время трясыйся и вопия. И по отшествии самодержцеве приложиша[911] его к чюдотворцове Сергиеве раке и молебное пѣние о немъ сотвориша. Той же оздравев, и прииде во умиление, каяся о своемъ дрзновении, и со властьми простився, отъиде в путь свой здрав, благодаря Бога и преподобных чюдотворцовъ Сергия и Никона. И оттоле по вся годы к чюдотворцу Сергию пѣшъ приходя и вѣру теплу держав и до умертвия своего. Обрѣтох же аз о семъ в писании прежних нѣких, яко бо той видѣвъ двух иноков, боголѣпных[912] образом. Первый второму повѣлѣ наказати его; той же жезломъ наказываше его, и сего ради, рече, вопия и трясыйся, донде же у гробницы святаго исцелѣвъ. Аз же видев писание и сие здѣ приложих написати.

11. О хожении с образом на спорную землю

В та же лѣта, изволением самодержца, Нижняго Новаграда уѣздъ описываше писцы и землю мѣряше. Егда же приѣхаша в Троицкую л. 54 вотчину Сергиева монастыряза рѣкою Кудмою села Ондрѣйкова в деревню рекомую Бурныковъку, и дияволскимъ навѣтомъ учинилася вражда межиусобная боярина Федора Ивановича Шереметева крестьяномъ с Троицкими крестьяны. И присудиша Троицкому крестьянину образ поднести, а боярскому крестьянину, принявъ образ, спорную землю с образомъ[913] отвести. И много враждующе межи себѣ, на правду никоими мѣрами боярские крестьяня не поступиша. И приемъ образъ явления Пречистые Богородицы, како явися преподобному Сергию чюдотворцу, боярский крестьянин поиде похваляся, хотя чюдотворцову[914] землю отвести по самые дворы и устремися прямо на средину поля. Монастырския же крестьяня, видевше сия, воздохнувше слезами облияшася, во умѣ своемъ призывающе чюдотворца Сергия. И пошел мало, с пути своего сниде и, возвратився[915] вспять, прииде на то же мѣсто, откуду иде: с полъдесятины мѣста кругом объиде, и возопи гласом велиим, да приимут у него образ, повѣда себѣ ослѣпша. Писцы же, испытавше его и видѣвше слѣпа суща, ужасошася и повелѣша образ поставити в селѣ Ондрѣйкове в церкве чюдотворца Сергия, а землю, покамѣста объиде, столбы поставиша и ямы выкопавше на память и на удивление чюдеси чюдотворца Сергия впредь живущимъ людемъ, да и прочии убоятся и накажутся не творити таковая. По днем же нѣких християнин той, плакавъ многодрзновения своего, и от того же Сергиева образа исцелѣв, прозрѣвъ очима и здрав бысть. Бѣсовскою же завистию оклеветан бысть боярину, яко бы нѣкоею хитростию или затейми по научению слепоту на ся изрѣк, и многи муки даша ему; инии же послѣ рекоша, и смертию скончася от тѣх мукъ. Сие же чудо обрѣтох в писмах прежних властей: писано бысть оттуду от соборного старца Исаи Печерскаго, самовидца ту бывшаго на спорной землѣ.

12. О послах, иже от моря спасени быша

В лѣта благочестиваго царя государя и великого князя Михаила Феодоровича всеа Росии дворянин нѣкий прииде на Москвѣ к архимариту Дионисию и келарю и старцом, повѣда бывшее чюдо на море чюдотворца Сергия. Бывшимъ нам, рече, от самодержца посланым в Персидскую страну посолствомъ к Персидскому шаху и пловущим нам моремъ, воста волнение велико и на многи дни бури вѣтреные уставишася, яко во шти седмицах в корабли ношахуся по водам. И от многих волнений морскихъ, паче же от неядѣния[916] утрудившимся, лежаще еле живы, отчаявшеся живота своего. И приспѣвшу, рече, празднику преподобнаго чюдотворца Сергия, и воспомянувшим нам о празднике святаго и о чюдесех его, и потщавшемся, отпѣша вечернюю службу, и от скорби мало облегчение приемши, и пище и питию коснувшимся, и мало препочившим, паки воставше и отпѣвше заутреню и часы и молебенъ преподобному чюдотворцу Сергию и призывающе его на помощъ, да помилует и спасет в бѣдѣ страждущих. Егда же им молебное пѣние совершившу, в той часъ посла Богъ милость свою: преста волнение морское и бысть тишина. И поидоша в путь свой со многою радостию и единым днемъ в пристанище свое достигоша, идѣ же им годно. И изшедъшим имъ на землю ис корабля, и мал часъ преиде, и воста паки вѣтръ, и волнение велико уставися, и корабль той от пристанища отторже и единым мегновениемъ и с кораблениками без вести сотвориша; токмо мы едини спасени быша молитвами святаго чюдотворца Сергия. Сия глагола, слезы многи изливая. Тогда же о семъ чюдеси не написано бысть, яко же и преже глаголахомъ, и о всѣх чюдесѣх преподобнаго Сергия не писаша. Ныне же по скаске соборнаго старца Аверкия написахом, поне же той у архимарита Дионисия в кѣлии жил и сему самослышецъ, какъ архимариту сказывал. И сего ради имя ему здѣ не описано, токмо прозвищем дворянин той Погожих.

13. О полковнике Лисовскомъ, како, хваляся на обитель святаго Сергия, и самъ погибе

Бысть убо ратное нахожение на Рускую землю: греха ради нашего изыде Полский и Литовский королевич Владислав, хотя повоевати Рускую землю и Московское государство доступити. И преже себя посылаетъ полковника своего Александра Лисовского со многими воинскими люд ми. Той же прииде на рубеж Рускаго государства и ста на нѣкоемъ поле, нача всѣх приводити ко кресту, тако же и самъ крестъ целовал, что в Росиийской землѣ православных християн мечю предавати безо всякие пощады, мужеский пол и до ссущих младенцовъ: аще бы, рече, и преже сѣкли бес пощады, не бы убоныне нам сопротивны. А на Троицкий Сергиевъ монастырь в безумии своем хваляся до конца разорити и мѣсто пусто сотворити. А того не помыслив на сердцы си окаянный, яко Богъ благодатию своею, их же хощет, милует, а их же хощетъ, во гневе своем ожесточит, яко же Ему Содѣтелю нашему годе есть. День же той бысть, в он же хваляся, праздникъ преподобнаго отца нашего Сергия, иже сентября в 25 день празднуется. И внезапу возбѣснѣвъ окаянный, начат кричати и терзатися, и нападе на него тоска велика, и на лошедь часто садяся и паки слазя, валяяся по земли, вопия и глаголя пред всѣми: О великий Сергие! ты мя не попустил! И во всѣмъ творя себѣ винна ко обители его и много тосковав, душу свою злѣ изверже. Сего же ради окаянный на Сергиеву обитель с похвалою грозяся, яко и преже з гетманом с Петром Сопѣгою под Троицкимъ Сергиевым монастырем полтора года стоявъ, промышляя о градоемстве, хотя монастырь разорити, в нем же Троичное имя Божества прославляется и Богородицу пѣсньми величаютъ и преподобных чюдотворцов Сергия и Никона на молитву призываютъ. И заступлением Пречистые Богородицы и молитвами преподобных Сергия и Никона, не токмо что монастырю его возмогоша зло что сотворити, но и многажды на лицы своемъ печать от ту сущих Сергиевых воинов прием, и со многимъ стыдом бѣжавъ и с прочими от его обители, оружия своя ратныя и сосуды градоемныя вся тогдапогубив. Ныне же окаянный ум свой и душу погубивъ, войско же его все разыдеся, видя на него гнѣвъ Божий бывший. И паки нѣцыи от его войска собрашася на кровопролитие православных християнъ, и избраша себѣ вмѣсто Лисовского полковника Чаплинского, и приидоша на Рускую землю, и многи грады проидоша воююще. И паки и того вскорѣ суд Божий постиже в Троицкой Сергиева монастыря отчине, не далѣе пятидесят поприщъ от монастыря его, глаголемая Вохна: ту убиенъ бысть от Сергиевых воин Рахманина Базлова с товарыщи, и войско его разыдеся. Намѣстник бысть Лисовскому и единъ обычай и гордость на православных имяху, сице и едину чашу гнѣва Божия испиша. Молитвами святого Сергия чюдотворцаот ихъ окаянных рукъ свободи Богъ православных християнъ. Видѣвше же сия, нѣцыи от их полку, Иван Полевъ, другии с ним нѣкоторыи, свидѣтели и самовидцы быша чюдеси преподобнаго Сергия и сих окаянных смерти, пришедше в монастырь святаго и возвѣстиша сия архимариту Дионисию и братии, и поработаша во обители святаго много лѣтъ: Иванъ Полевъ по цареву указу в губных старостах, а другий возложи на себя иноческий чин и прием диаконский чин, имя ему Васиян. И препроводиста живот свой, прославляюща[917] Святую Троицу и Пречистую Богородицу, и благодарение воздающе святымъ угодником Божиимъ Сергию и Никону.

К сему же неложное свидѣтелство обрѣтохомъ, от самодержца грамоту, и сию здѣ приложихом, да нѣкаконѣцыи разгордившеся, яко же и преже на Печатном дворѣ, сия в ложь вмениша и не напечаташа.