Читать онлайн «Магия и тайна Тибета». Страница 44

Заметим: в западных странах телепатия существует как понятие и предмет изучения, и потому причины ее возникновения, как представляется, те же, что открыты тибетцами. Учителя-мистики заявляют, что мастерство телепатии зависит от искусства в совершенстве владеть своим сознанием, – это позволяет производить намеренно сильные «однонаправленные мысли», от чего зависит все явление.

Восприемник частью сознания находится в постоянной готовности вибрировать на коротких телеграфных волнах – это считается почти таким же трудным делом, как и способность посылать эти волны. Для начала восприемнику необходимо «настроиться» на того, от кого он ожидает послания.

Затем усилием воли достигается концентрация сознания на одном-единственном предмете; она продолжается до того момента, когда все другие предметы исчезнут из поля его сознания. Это основа ламаистского духовного обучения; кроме того, оно включает психофизические тренировки с целью развить способности находить различные «потоки энергии», пересекающиеся друг с другом в разных направлениях.

Некоторые утверждают, что телепатия, как и туммо, и другие сходные достижения – естественное порождение духовных тренировок и, следовательно, не нуждается в отдельном изучении. Этим объясняется и способность всех великих гомченов и дубченов[117] общаться со своими учениками, на каком бы расстоянии от них они ни находились.

Однако кто-то видит это явление в другом свете: соглашается, что приобретение мастерства в процессе духовных тренировок дает умение в мелких техниках, таких, как телепатия; и если кто-то не сумеет достигнуть высот на мистическом пути, то, по крайней мере, он правильно культивирует телепатию или другие сопутствующие способности.

Мистики-наставники согласны с этим утверждением, и многие из них в той или иной степени учат своих послушников телепатии. С другой стороны, немало тибетских отшельников приобретают телепатические способности без специальных тренировок, чтобы улавливать телепатические сообщения своих гуру. Это считается наилучшим доказательством преданности учителю. Есть и такие, кто спонтанно приобретает способности передавать сообщения.

Что касается тех, кто специально развивает у себя телепатические способности, главную линию их тренировок можно коротко описать так.

Во-первых, необходимо пройти через изучение всех практик, связанных с переходом в транс «однонаправленности», то есть научиться концентрировать сознание на одном-единственном предмете и совершенно игнорировать существование всех других.

Затем освоить дополнительные практики, суть которых – «освободить» сознание от всех размышлений и установить в нем полнейшую тишину и черноту.

Теперь очередь анализа и уменьшения различных влияний, вызывающих внезапные, явно необъяснимые психические или физические ощущения или настроения, например внезапное чувство радости, грусти, страха или воспоминания о людях, вещах или событиях, явно не связанных с тем, что происходит вокруг.

Когда ученик посидит и позанимается какое-то время один, он может медитировать вместе с учителем в тихой, темной комнате, – оба концентрируют свои мысли на одном и том же предмете. В конце обусловленного периода ученик рассказывает учителю о фазах своей медитации; они сравниваются с фазами медитации учителя, отмечаются все соответствия и различия.

Вслед за этим, приостановив, насколько возможно, деятельность своего мозга, отбросив все размышления и ментальные представления, послушник наблюдает за мыслями, которые возникают в его сознании сами собой, неожиданно и не связаны ни с одним охватившим его чувством или какой-то заботой; он отмечает появившиеся образы, и снова, в конце медитации, мысли и образы сообщаются ламе-учителю, а тот проверяет, соответствуют ли они телепатически переданным ученику.

На этом этапе учитель передает ученику мысленные приказы, пока тот рядом с ним. Если они правильно принимаются и ученик отвечает соответствующим действием, упражнения продолжаются, а расстояние между учителем и учеником постепенно увеличивается.

В Тибете верят, что дубчены способны, если пожелают, читать мысли других. Если учитель владеет такой способностью, ему ни к чему учить своих учеников посылать ему телепатические сообщения, ведь даже само такое намерение он сразу уловит. А владеет ли он ею на самом деле или нет, все равно вынужден вести себя так, будто владеет. Следовательно, ученики практикуются в передаче сообщений друг другу. Двое или более послушников собираются для этого под руководством учителя, – тренировка их во многом напоминает описанную выше.

Послушники проверяют свои успехи, посылая друг другу неожиданные сообщения в то время, когда принимающий послание занят другими делами или не думает о получении такого сообщения.

Пытаются также пересылать телепатические сообщения людям, с которыми во время тренировок никогда таким образом не связывались и которые ничего не знают о телепатии. Некоторые экспериментируют с животными.

На такие тренировки уходят годы. Невозможно представить себе, сколько занимавшихся ими добились результатов. Но какие бы полезные плоды ни извлекли они из учения, самые почитаемые среди учителей-мистиков не поощряют такого рода занятия. Усилия, требуемые для приобретения таких сверхнормальных способностей, потрачены, считают эти учителя, на неинтересный детский спорт.

Вероятно, следует считать доказанным, что великие отшельники-созерцатели способны общаться телепатически со своими учениками; некоторые утверждают даже, что любой святой рассматривает эту способность как побочный продукт глубокого проникновения в психические законы и духовного самосовершенствования.

Говорят еще, что, когда, поставив себе цель достичь просветления, человек совершает различные медитации, для него стирается четкая грань между «собой» и «другими» как совершенно разными сущностями и он лишается точки контакта, – вот тут ему легко удается овладеть телепатией.

Открытие – во время длительного самоанализа – «таких точек контакта» приводит к сфере, в которой ограниченное существо исчезает и воспринимаются только непрерывные обмены (мыслями). Такие психические и мистические опыты трудно описать словами. Каким бы ни было соотношение правды и вымысла в таких теориях, предпочитаю избегать подобных обсуждений. Скажу тем не менее одно: такие факты общения учителей-мистиков с учениками, как дождь писем с потолка или появление у адресата под подушкой, неизвестны в ламаистских мистических кругах. Когда вопросы относительно таких фактов задаются отшельникам-созерцателям, ламам-эрудитам или высшим ламаистским священникам, те с трудом верят в серьезность поставленных вопросов и воспринимают их как неуместные шутки.

Помню изумление ламы из Ташилхунпо[118], когда я рассказала ему, что некоторые филинги[119] верят в такие способы связи с умершими и даже с тибетскими учителями – мистиками.

– И это люди, которые завоевали Индию! – воскликнул он, совершенно изумленный такой ограниченностью этих грозных в других отношениях англичан.

Полагаясь на свои наблюдения, занявшие несколько лет, возьму на себя смелость сказать, что в Тибете созданы наиболее благоприятные условия для телепатии и для других психических явлений вообще. Каковы же эти условия? Самонадеянно пытаться дать им определения, поскольку сама природа этих психических явлений все еще неясна.

Может быть, играет роль высокогорное расположение страны; еще надо принять во внимание тишину, которой окутана страна, – невероятную тишину; позволю себе воспользоваться таким выражением: она слышится за голосами самых бурных горных потоков.

И снова упомяну о безлюдности, малонаселенности: здесь нет больших толп людей, чья умственная деятельность создает завихрения психической энергии, возмущающей эфир. Кроме прочего, важно здесь спокойствие тибетцев, чьи умы не заполнены, как наши, заботами и размышлениями.

По тем или иным причинам, но телепатия, как сознательная, так и бессознательная, встречается в Тибете, по моему мнению, довольно часто.

Судя по моему собственному опыту, я, не сомневаюсь в том, несколько раз принимала телепатические послания от лам, под руководством которых занималась умственными или психическими практиками. Может статься даже, количество таких посланий больше, чем я подозреваю. Однако вспоминаю лишь несколько случаев, когда лама, после того как посылал сообщение, справлялся у меня через некоторое время, поняла ли я его.

Кроме общения по вопросам духовного содержания, – тут важна не только телепатия, но и общность мыслительного процесса, протекающего сходным образом у учителя и у ученика, – происходили и процессы совершенно иного рода, – расскажу о двух случаях.