Читать онлайн «Священная тайна Церкви». Страница 131

Некоторые из подлежащих суду имяславцев в апреле 1914 года начинают съезжаться в Москву. 9 апреля из Переяславского Вознесенского монастыря прибывает иеромонах Имеретий (Рощин). Он встречается с епископом Модестом, епископом Трифоном и обер–прокурором Синода В. К. Саблером [1817]. 16 апреля несколько прибывших для суда афонских иноков встречаются с митрополитом Московским Макари–ем на Троицком подворье [1818].

В то же время 12 имяславцев во главе с иеросхимонахом Антонием (Булатовичем) отказываются от всякого участия в суде. 25 марта 1914 года Булатович направляет Императору Николаю II письмо, в котором предлагает создать независимую специальную комиссию из духовных и светских лиц и дать возможность высказаться обеим сторонам. В случае невозможности созыва подобной комиссии отец Антоний просит дать высочайшее повеление производить суд, руководствуясь не Синодальным посланием, а Катехизисом, Священным Писанием и словами Святых Отцов [1819]. Булатович заявляет, что, если суд Московской Синодальной конторы будет руководствоваться»заведомо неправославными»суждениями Синода об имяславии, он и его единомышленники будут вынуждены заявить о своем отделении от Синода. Булатович, в частности, пишет:

Суд над нами обставлен так, что он не в силах вынести какого‑либо справедливого решения по главному догматическому вопросу о том, есть ли Имя Божие по природе — Бог, или — тварь? Есть ли Имя Божие — Божественная сила, или нечто не существующее реально? Есть ли Имя Божие — освящающая в Таинствах Святыня или ничто? Синодальная контора не имеет права войти в расследование этого догматического вопроса, но, согласно той инструкции, которую дал ей Святейший Синод, должна нас только судить — «за измышление нового учения об Имени Божием»<…>Если суд Московской Синодальной конторы состоится в таком виде, в каком он предположен Святейшим Синодом, то это неминуемо доведет догматический спор до такого обострения, в котором невозможно уже будет примирить мнения, но возможно будет лишь разделение, а к каким дальнейшим бедствиям это приведет Россию, это ведает один лишь Бог; одно лишь нам известно, что отступление от истинных догматов навлекало на страну и на народ великий гнев Божий и тяжкие кары, от коих да избавит Царствие Господь [1820].

11 апреля Булатович и его единомышленники направляют в Синод заявление, в котором извещают о своем разрыве с официальной Российской Церковью:

Мы, нижеподписавшиеся, заявляем Святейшему Синоду, что мы всегда неизменно пребывали и ныне пребываем в учении Святой Православной Церкви и не допускаем себе ни на йоту отступить от вероучения Святой Церкви Православной, понимая его так, как оно изложено в Православном Катехизисе и в Творениях Святых Отцов и как оно доселе понималось Церковью. Ныне же Святейший Синод привлекает нас к суду за»измышление», якобы,«и распространение богохульного и еретического учения о Божестве Имени Божия». Не можем мы согласиться с основательностью этого обвинения, будто исповедание Божества Имени Божия есть учение богохульное и еретическое, ибо оно находит многочисленные подтверждения в творениях Святых Отцов Церкви.

18 мая 1913 года Святейший Синод обратился к нам с Посланием, в коем высказал свои мнения о Имени Божием, которые явно противоречат Православному Катехизису и Отцам Церкви<…>

В наших прошениях Святейшему Синоду мы неоднократно указывали на неправославие этих тезисов и просили пересмотреть и исправить их<…>Однако, Священный Синод не только не внял нашим прошениям, но, продолжая пребывать при тех же мнениях, осудил наше согласное с святоотеческим учением почитание Божества Имени Божьего как ересь и наименовал нас, православных иноков, несправедливым и оскорбительным названием»имябожников». Заключая из этого, что вышесказанное неправильное учение о Имени Божием не есть случайно вкравшаяся ошибка, но принято отныне Синодом бесповоротно, как догмат, мы с прискорбием и с горестью вынуждены, ради сохранения чистоты веры Православной, отложиться от всякого духовного общения с Всероссийским Синодом и со всеми единомышленными с ним впредь до исправления означенных заблуждений и впредь до признания Божества Имени Божия, согласно со Святым Катехизисом и со Святыми Отцами.

Посему мы заявляем также, что на суд Московской Синодальной конторы явиться оказываемся [1821].

Это заявление было заслушано на заседании Синода 16 апреля [1822]. После заседания в прессу просачивается информация о том, что Синод готовит новое дело против афонцев, причем им теперь уже грозит отлучение от Церкви. Согласно газетным сведениям, иеросхимонах Антоний (Булатович) должен быть официально признан ересиархом и обвинен в кощунстве, что повлекло бы возбуждение против него уголовного дела [1823]. Надо полагать, что такой сценарий был бы по душе архиепископам Антонию (Храповицкому) и Никону (Рождественскому). Однако дело имяславцев теперь находится в руках других иерархов, которые настроены на мирное разрешение конфликта.

Очевидно, что после 16 апреля Синод оказывается в еще более двусмысленном положении, чем был до сих пор. С одной стороны, о каком суде над имяславцами может идти речь, когда они фактически откололись от Церкви? С другой стороны, продолжается давление со стороны общественного мнения, широких политических кругов, а также высшей государственной власти в лице Императора. 30 апреля обер–прокурор В. К. Саблер официально представил Синоду записку, полученную им от Государя 15 апреля [1824]. В записке говорилось:

В этот Праздник Праздников, когда сердца верующих стремятся любовью к Богу и ближним, душа моя скорбит об Афонских иноках, у которых отнята радость приобщения Св. Тайн и утешение пребывания в храме. Забудем распрю — не нам судить о величайшей святыне: Имени Божием, и тем навлекать гнев Господень на родину; суд следует отменить и всех иноков, по примеру распоряжения митроп[олита] Флавиана, разместить по монастырям, возвратить им монашеский сан и разрешить им священно–служение [1825].

Эта записка, очевидно, является реакцией Государя на адресованное ему письмо иеросхимонаха Антония (Булатовича) от 25 марта, которое цитировалось выше: мысль о том, что непочтение к имени Божию может навлечь гнев Божий на Россию, безусловно, заимствована Государем у имяславцев. В апреле же Николай II направляет письмо митрополиту Московскому Макарию с благоприятным мнением об имяславцах [1826].

Под давлением Государя Императора Синод начинает идти на уступки. В частности, в Определении № 3479 от 22–25 апреля 1914 года Синод постановляет, что»засвидетельствование привлеченными к суду афонскими монахами о своей преданности Православной Церкви, точном следовании ее догматам и учению, отречении от имябожни–ческого лжеучения и послушании богоустановленной иерархии может быть удостоверяемо и без письменного акта, который требовался по данным Московской Синодальной конторе указаниям от Святейшего Синода, устным свидетельством, с целованием Святого Креста и Евангелия» [1827]. В разъяснение этой уступки указывалось, что афонские монахи»испытывают обычный в простых людях страх перед подписями изложенных на бумаге документов», а также страшатся данной ими на Афоне клятвы»не подписываться впредь ни к каким обещаниям и исповеданиям» [1828].

Данной инструкцией, полученной от Синода, и руководствовалась Московская Синодальная контора при производстве»суда над имябож–никами», состоявшегося 24 апреля 1914 года. Из 25 подлежавших суду иноков в Московскую Синодальную контору на утреннее заседание явились лишь шесть: иеромонах Имеретий (Рощин), монахи Антоний (Шумский), Варсонофий [1829], Долмат (Давымук), Константин (Янков) и послушник Парфений (Давымук). Малочисленность подсудимых восполнялась многочисленностью судей, в числе которых были: митрополит Московский Макарий, член Синода архиепископ бывший Тверской Алексий (Опоцкий), настоятель Симонова монастыря епископ Михаил, епископ Иоанникий, настоятель Заиконоспасского монастыря епископ Евфимий, епископы Дмитровский Трифон (Туркестанов) и Серпуховский Анастасий (Грибановский), наместник Троице–Сергие–вой Лавры архимандрит Товия, наместник Чудова монастыря архимандрит Арсений (Жадановский), помощник начальника канцелярии Святейшего Синода С. Г. Рункевич и прокурор Московской Синодальной конторы Ф. П. Степанов [1830].

О том, как проходил»суд над имябожниками», мы имеем противоречивые свидетельства. С одной стороны, в донесениях Московской Синодальной конторы № 1261 от 24 апреля, № 1302 от 28 апреля и № 1442 от 8 мая говорится о том, что и на самом судебном заседании, и на исповеди через духовника контора разъясняла монахам ложность»новых лжеумствований об именах Божиих, возвещаемых схимонахом Иларионом, Антонием (Булатовичем) и их единомышленниками, которые справедливо называются имябожниками», после чего принимала их в общение и снимала наложенные прежде Синодом наказания [1831]. Об отрицании имяславцами»лжеумствований, рассеиваемых Булатовичем», говорится также в донесении митрополита Макария Святейшему Правительствующему Синоду от 28 апреля 1914 года [1832].