Читать онлайн «Иудаизм, христианство, ислам: Парадигмы взаимовлияния». Страница 90

607

См. Gilson Е. La Philosophic au moyen age. Paris, 1947. P. 91 f; Grabman M. Die Geschichte der scholastischen Methode. Freiburg im Breisgau, 1909. P. 111 f.

Перевод статьи: Pines S. The limitations of human knowledge according to Al-Farabi, Ibn Bajja, and Maimonides // Studies in Medieval Jewish History and Literature. Vol. I. Ed. by Isadore Twersky. Cambridge, MA: Harvard University, Center for Jewish Studies, 1979. P. 82-109

В этом контексте необходимо отметить, что Маймонид в Путеводителе растерянных утверждает, что патриархи и Моисей сочетали непрерывное умопостижение и созерцание с практической деятельностью.

Я планирую подготовить этот текст к публикации.

аль-Фараби — Абу Наср Мухаммед ибн Тархан (870—950) — философ и учёный, крупнейший представитель вост. перипатетизма. Многие годы своей жизни провел в Багдаде, где получил хорошее образование и впервые познакомился с трудами антич. мыслителей. Широкая образованность и учёность снискали ему славу «Второго Учителя» (после Аристотеля). Последние годы своей жизни он провёл в Алеппо и Дамаске, пользуясь уважением и поддержкой происмаилитски настроенного правителя Сейф ад-Дауля. Творческое наследие Ф. огромно (более 150 филос. и научных трактатов), а круг его интересов весьма широк (философия и логика, политика и этика, музыка и астрономия и т.п.). Наиболее известен его труд «Трактат о взглядах жителей добродетельного города». Начиная с Ф. вост. перипатетики стали рассматривать философию как науку, призванную служить не только истине (теоретическому разуму), но и благу (практическому разуму), а религия стала рассматриваться лишь как важное политическое искусство, имеющее не теоретико-познавательное, а прикладное значение. Ф. был убеждён, что философия может быть достоянием только «избранных», в то время как общество в основе своей рассматривалось в качестве «широкой публики». Теоретической основой решения вопроса о соотношении философии и религии служило учение о том, что философы приобщаются к истине на основе аподейктики (греч. — достоверный), а «широкая публика», неспособная к теоретическому мышлению, — на основе диалектики, софистики, риторики и поэтики. Опираясь на это учение, Ф. разработал теорию «добродетельного города», жизнь которого основана на «добродетельной религии» как аналоге истинной философии. Основные положения этого учения направлены на то, чтобы показать отсутствие противоречий между религией и философией, причём последняя рассматривается как падчерица первой. Основные идеи, изложенные в «Трактате...»: объединение метафизики и политики в одну систему; модель структуры «добродетельного города» рассматривается по аналогии со структурой иерархии Вселенной; глава «добродетельного города» одновременно и философ, и пророк; установление нисходящей иерархии при рассмотрении структуры мира и объяснении видов разума (от перворазума до деятельного разума) и восходящей иерархии при рассмотрении мира природы и человека (от первоматерии до приобретенного разума и от индивида и человеческого сообщества до главы города). Т.о., у Ф. метафизика дополняется неоплатонической концепцией эманации как «идеальной религии» добродетельного города, подражающей «истинной философии» и устанавливающей «согласие» между учением философов об извечности мира и креационизмом ислама. Необходимость же такого «согласия» была обусловлена нестабильной общественно-политической ситуацией в Арабском халифате в 10 в., когда перед философами появилась перспектива создания модели идеального гос-ва по образцу платоновского «Государства». Во главе «добродетельного города» должны были находиться философы, а идеологическую основу должна была составлять «добродетельная религия». Трактовка взглядов Ф. как смешение аристотелизма и неоплатонизма основана на том, что свои идеи в духе аристотелизма он излагал в эзотерических трудах. Основой понимания его истинных филос. взглядов является «Книга букв». Ф. оказал большое влияние на последующее развитие философии, а также музыки («Большой трактат о музыке» — важнейший источник о др.-греч. и вост. музыкальных культурах).

Философия: Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина. 2004.

В докладе, сделанном в Париже в 1976 г. на коллоквиуме по Аверроэсу, «La Philosophic dans l'Economie du Genre Humain selon Averroes: Une Reponse a al-Farabi». Он будет опубликован в материалах коллоквиума. (См. Multiple Averroes [Actes du Colloque Interational, Paris 1976], Paris, 1978. P. 189-207. Прим. nepeв.)

Аверроэс (Averrhoes), собственно Ибн-Рошд. знам. арабск. филос. пантеист и врач, 1126-1198. Известнейший комментатор Аристотеля, положивший начало так наз. мистико-пантеистическому направлению (аверроизм) в толковании Аристотеля, имевшему огромное влияние на схоластическую философию. Главная мысль философии А.- вечность материи и вечность мира, отрицание творения мира из ничего, единство индивидуального интеллекта с общим божественным и отсюда отрицание индивидуального бессмертия. Писал также по медицине и астрономии, из трудов А. самые замечательные - комментарии к сочинениям Аристотеля. Лучшее издание в Венеции (1552).

Яндекс.Словари › Брокгауз и Ефрон, 1907-1909

«Inter alia» (лат.). Прим. перев.

Буквально, «отделение». В манускрипте al-mawt al-mufar. qa. Я предлагаю читать al-maw t wa 'l-mafaraqua. Возможно также прочтение al- mufariq.

Baqā’ (я не до конца уверен в таком прочтении), «постоянство, постоянное существование».

Или «гражданского счастья», al-sa'ada al-madaniyya.

Другой возможный перевод: «во время первого изучения им философских текстов». Фразу можно также перевести следующим образом: «Абу Наср в действительности сделал эти замечания, сообразуясь с первичным пониманием всякого читателя».

О взглядах Ибн Баджи см. ниже.

Трудно согласовать это сообщение со свидетельством Аверроэса. Согласно латинскому переводу Большого комментария на De Anima (ed. F. Stuart Crawford, Cambridge, Mass., 1953. P. 433), аль-Фараби в своём Комментарии к Этике утверждал, что конечной целью человека является спекулятивное совершенство, perfecrio speculativa (kamal nazari). С одной стороны, это может означать, что в Комментарии аль-Фараби занимал по данному вопросу две противоречащие друг другу позиции. Ибн Баджа в рассматриваемом тексте также отмечает некоторую непоследовательность аль-Фараби в Комментарии. С другой стороны, смысл утверждения Аверроэса может заключаться в том, что человек не в состоянии достичь познания, превосходящего спекулятивное; последнее основывается на данных органов чувств и не является наивысшим видом познания. Ибн Баджа, кстати, использует термин nazari для обозначения знания, которым обладают физики.

Защитник мира (лат.), — Прим. перев.

Или «одному».

Имеются в виду античные авторы. Прим. перев.

Al-mufaraqa. Это слово может просто означать смерть.

Братья чистоты. — Прим. перев.

Или «чтобы ему служили».

Al-khayrat: bona.

Al-Madaniyya.

Al-jami', «все, большинство».

Фактически Ikhw an al-Sqfa' то и дело говорят о душе как о сущности, отделённой от тела, и о судьбе душ после смерти. Но их критики, возможно, не принимали такие утверждения всерьёз.

Кажется, что аль-Фараби не во всём Комментарии высказывал отношение, которое Ибн Баджа находил недопустимым. Ибн Баджа с одобрением ссылается на утверждение, сделанное аль-Фараби ближе к концу текста. В другом месте он также заявляет, что мнение аль-Фараби о понятии интеллекта в Risalat al- 'Aql (Послание о разуме, араб. — Прим. перев.) весьма отличается от его мнения в Комментарии.

Трактат о взглядах жителей добродетельного города (араб.). Прим. перев.

В некоторых дошедших до нас политических работах аль-Фараби, особенно в Tahsil al- Sa’ado (О достижении счастья, араб. — Прим. перев.), функция практического разума иногда представляется почти столь же важной, как и функция теоретического разума. Полное исключение последнего из системы, сформулированной в Комментарии к Этике, можно расценить как усиление или как откровенное признание этой тенденции.