Читать онлайн «Оптинские были. Очерки и рассказы из истории Введенской Оптиной Пустыни». Страница 113

В Братском соборе о. Андрей дал Нине Андреевне комнату и послушание – убирать храм. Сыновья иногда забирали ее оттуда, но она возвращалась опять. Ей казалось, что убиенный сын, о. Трофим, с ней тут и помогает ей и в духовной жизни, и в трудах. А самый большой ее труд был – молитва за некрещеных детей своих. По ее молитвам Господь и детей ее, и других родственников, тоже некрещеных, привел к вере, и однажды в храм преподобного Андрея (Рублева) явились четырнадцать человек родни – креститься. Летом 1997 года Нина Андреевна снова поехала в Оптину Пустынь с двумя внучками. 18 августа ее одели в подрясник и дали послушание трудиться в пекарне.

Стоят на кладбище монастыря три креста с неугасимыми лампадками. Здесь лежат тричисленные оптинские новомученики. Сюда часто приходят монахи и паломники, все, кто верит, что по их молитвам убиенные иноки помогут им, испросят им помощи от Господа.

И помощь действительно бывает. Эта чудесная помощь – духовная реальность.

Уже прошли годы после убиения новомучеников – отцов Василия, Ферапонта и Трофима, – за это время произошло много чудес по молитвам людей и на их могилках, и в других местах, вдали от Оптиной. Их помощь часто бывала на удивление скорой… Они не оставляют нас. Но они не только скоропослушные помощники в бедах земных – они наставники наши в молитвенной жизни по заповедям Господним.

«Через день после погребения было явлено чудо, – пишет инокиня Е. П., – на могилах новомучеников стали мироточить все три креста. Я видела это сама. Было сильное благоухание, а капельки текли, казалось, из трещинок, но на деле выступали из крестов прямо так. Все приходили помазываться. Помазалась и я, начав с той поры молиться уже не только о. Трофиму, но всем троим. Вот один из случаев помощи новомучеников. 29 августа 1995 года наша матушка игуменья благословила меня съездить в Оптину строго-настрого наказав, чтобы я вернулась в тот же день. В Оптиной я задержалась… спохватилась уже в семь вечера. Помолилась я на могилках Оптинских старцев и новомучеников, попросила их помочь мне добраться до Шамордина. Раба Божья Фотинья вызвалась меня проводить. Идем мы в сумерках через лес, кругом безлюдье, как вдруг вышли из кустов трое мужчин с гитарой и стали к нам приставать… Мы с Фотиньей очень испугались и договорились шепотом молиться: она Оптинским старцам, а я – новомученикам. Призывала их поименно. Сзади вдруг стало тихо… Смотрим, а эти трое как сквозь землю провалились. Стали мы в радости благодарить старцев и новомучеников, а тут нас нагнала машина из Оптиной и довезла до деревни Прыски. Полдороги проехали, но до Шамордина еще шагать и шагать, а стемнело уже… Стали снова молиться убиенным братьям, – вдруг навстречу нам едет машина и тормозит возле нас: „Куда подвезти? Садитесь“. Шофер ехал совсем в другую сторону, но будто специально на трассу выехал, чтобы, развернувшись, отвезти нас в монастырь. „За кого молиться? – спрашиваем шофера. – Скажите ваше имя“. А он улыбается: „Василий Блаженный“. Это имя отца Василия в монашеском постриге, и мы поняли, кто нам помог».

Нина Андреевна, мать о. Трофима, рассказала отцу М. следующую историю: «Сестра о. Трофима приехала в Оптину Пустынь и какое-то время жила здесь. У нее возникла необходимость купить платок и что-нибудь на ноги (у нее была обувь, неудобная для храма). Пришла она на могилку и в простоте говорит: "Братик, я пойду в магазин купить платок и тапочки". Пришла она в магазин и стала выбирать платок, нашла по своему вкусу какой-то пестренький и хотела его взять. И вдруг явственно услыхала голос о. Трофима: "Нет, этот не бери. Возьми вон тот". И она видит однотонный скромный платок и, потрясенная, покупает его. Потом она купила и тапочки и пошла в храм уже в церковном виде».

Иеромонах И., которому о. Василий подарил привезенный ему из Иерусалима крест, рассказал, что в том же 1993 году, 9 августа, «за пять дней до праздника Изнесения Честных древ Животворящего Креста Господня, мы обратили внимание, что на кресте о. Василия в моей келлии довольно обильно выступило миро – три или четыре капли на теле Господа с левой стороны, чуть ниже ребер. Благоухания не было, но капли выступали очень крупные, как капли дождя. Миро не высыхало больше двух недель и сейчас следы заметны… Это, я думаю, чудо, которым Господь подтвердил, что забрал к себе праведника».

Прихожанка храма Троицы Живоначальной в Троицком-Голенищеве Е. сообщает: «В августе 1993 года, во время посещения Оптиной Пустыни, я взяла камешек с могилы иеромонаха Василия. В феврале 1997 года я заметила, что камешек мироточит, иногда слышится легкое благоухание. Большую часть времени камешек остается сухим, а периодически появляются блестящие пятнышки от 1 до 7 мм в диаметре. Жидкость, выступающая на поверхности, по консистенции более вязкая, чем вода, но менее вязкая, чем масло».

Еще свидетельства о чудесах. «Я, Нина Бейчук, 58 лет, из города Байрам-Али (Туркмения), приехав в Оптину Пустынь, тяжело заболела. Температура к ночи поднялась выше сорока, я вся горела огнем. С вечера я исповедалась у схимонаха Илия, помолилась Господу, Божией Матери и преподобному Амвросию, побывала на могилках убиенных иеромонаха Василия и иноков Трофима и Ферапонта. Вижу в тонком сне, что пришли ко мне и молятся о моем здравии преподобный Амвросий, батюшка Илий и какие-то три монаха… Что самое удивительное, я вижу их нераздельными, словно сросшимися: они стоят, слившись друг с другом в плечах… Вскоре я крепко заснула. Проснувшись, я почувствовала себя совершенно здоровой. Произошло это в ночь с 4-го на 5-е октября 1993 года».

«Я, Депутатова М. Н., проживаю в Москве, 1912 года рождения. У меня были онемевшие пальцы на руках – бескровные, ничего не чувствовавшие, и от них было плохо с сердцем. Я потерла их земелькой с могилки о. Василия Оптинского и исцелилась, и пряла шерсть в монастыре после этого. Вернулась чувствительность. Руки стали слушаться, – это чудо. Благодарю Господа и его святого мученика иеромонаха Василия. Я знала его при жизни его в монастыре».

«24 октября 1998 года, – пишет жительница города Козельска Л. В. Т., – на Собор оптинских старцев, я пошла после Литургии на могилки новомучеников. К могилкам подошел паломник и, как-то странно и неловко прижимая к себе бумагу попросил меня набрать в эту бумагу земли с могил новомучеников. "Разве вы сами не можете?" – удивилась я. Но тут взглянула на его руки, и мне стало стыдно: кисти его рук были бледно-восковые и, как у мертвеца, совершенно обескровленные. Он не мог владеть ими. Я, конечно, тут же стала набирать ему земельки с могилок и говорю: "Да вы хоть приложите руки к могилкам". Наклонился он над могилкой о. Василия, водит руками по земле. Вдруг засмеялся и сел на лавочку возле могилки о. Василия, показывая мне порозовевшие пальцы: "Смотрите, – говорит, – руки живые, а врачи хотели мне их отнять". Чудо исцеления произошло буквально у меня на глазах… Чтобы засвидетельствовать свое исцеление, паломник А. Н. А. после возвращения из Оптиной сходил к врачу, а вскоре мы получили от него письмо с вложенной в него медицинской справкой». «24 октября 1998 года, – писал исцеленный, – я стал размышлять, что угодники Божий, новомученики иеромонах Василий, инок Трофим, инок Ферапонт – святые. И решил набрать земли с их могилок… Я положил руку на могилку о. Василия и стал молиться ему о помощи. В течение пяти минут я почувствовал, что кисть руки потеплела, а в последующие десять минут пальцы порозовели и кровообращение восстановилось. В тот же день я работал в монастыре на послушании – возил на тачке дрова от разобранного сарая. Работал голыми руками, но руки не замерзали. О своем исцелении я рассказал послушнику В., показав имевшиеся у меня при себе документы из Калужской больницы о моем заболевании».

«После убийства на Пасху мне, по благословению старца, – рассказывает инок М., – достался окровавленный кожаный пояс инока Ферапонта. Однажды в Москве о. Георгий (Полозов), настоятель храма в честь иконы Божией Матери «Знамение», что на Речном вокзале, попросил меня дать им на время пояс новомученика, объяснив, что они попали в трудное положение. При храме была православная гимназия, но помещения для нее не было, и старцы благословили им строить гимназию. Но у храма, во-первых, не было денег, а главное – им не выделяли землю под строительство. И когда они стали хлопотать о разрешении на строительство гимназии, то восстали такие антиправославные силы, что во всех инстанциях, и даже самых высоких, они получили категорический отказ. Конечно, они много молились, а уже в безвыходной ситуации решили обратиться за помощью к новомученику Ферапонту Оптинскому Мне рассказывали, что когда они внесли в алтарь пояс новомученика, то сразу почувствовали исходящую от него благодать. Стали они молиться новомученику Ферапонту о помощи, и свершилось чудо – храм выстроил прекрасную двухэтажную гимназию».