Читать онлайн «Иисус, не знавший Христа». Страница 150

13:46: «Тогда Павел и Варнава с дерзновением сказали: вам первым должно было быть проповедано слово Б.; но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам…»

Это личное мнение проповедников, оно не подкреплено даже ссылкой на святой дух. Сомнительное обоснование для обращения к другим народам. Даже по логике Павла, речь идет только об одной синагоге в диаспоре.

13:47: «Ибо так заповедал нам Господь: ‘Я положил Тебя во свет язычникам, чтобы Ты был во спасение до края земли’».

Ис49:6: «Слишком легко тебе быть Моим слугой, чтобы поднять племена Иакова и восстановить спасшихся Израиля; Я дам тебя как свет народам, чтобы спасение Мое простерлось до края земли».

Уже понятно, что речь не идет об отвержении иудеев для обращения к язычникам.

Более того, Ис49:3: «Ты Мой слуга, Израиль, в ком Я прославлюсь». Ис49:7: «Так говорит Господь, Спаситель Израиля и Святой его, презираемому и отверженному народами.

Какое изумительное передергивание! Речь идет об Израиле, а Павел примеривает пророчество к себе.

Мф15:24: «Он же сказал в ответ: ‘Я послан только к погибшим овцам дома Израилева’».

13:49-50: «И слово Господа распространялось по всей стране. Но иудеи… воздвигли гонение на Павла и Варнаву и изгнали их из своих пределов».

Откуда у иудеев в Писидии такие возможности, чтобы изгнать христианских проповедников против воли всего местного населения?

13:51: «Они же, оттрясши на них прах от ног своих, пошли в Иконию».

И почему же Антиохии Писидийской должно быть плохо в день суда, если Павел все-таки учредил там церковь, и наведывался туда во время своего второго посещения Греции?

14:3: «творил руками их знамения и чудеса».

Мф10:1: «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь». То есть, возможностью творить чудеса Иисус специально наделил апостолов.

В этот момент апостолы еще не были наделены святым духом. То есть, чудеса творятся не святым духом, но некоторой специфической властью. Даже если Павел и, особенно, его приближенные, были наделены святым духом – нигде в Деяниях не указано, что они получили возможность творить чудеса каким бы то ни было образом, аналогичным тому, как такую возможность получили апостолы.

14:4: «Между тем народ в городе разделился, и одни были на стороне иудеев, а другие на стороне апостолов».

Поскольку язычники вряд ли по этому поводу присоединились к иудеям, а разделились только на два лагеря, получается, что все язычники стали христианами. Однако 14:5: «А когда язычники и иудеи хотели преследовать их…» Впрочем, если христиане не устраивали беспорядков, какое дело было язычникам до иудейских сектантов?

«Другие на стороне апостолов»: но ведь в Иконии не было апостолов, только Павел и Варнава. Павел тогда не считался апостолом. 15:2: «положили Павлу и Варнаве… отправиться по сему делу к апостолам…»

Вероятно, тогда термину «апостол» не придавался современный исключительный смысл. Так могли называть любого проповедника. Впоследствии церкви понадобилось выделить апостолов – основателей из числа прочих учеников.

14:9-10: хромой «слушал говорившего Павла, который, взглянув на него и увидев, что он имеет веру для получения исцеления, сказал громким голосом… стань на ноги прямо…»

Здесь очень интересное отличие от Евангелий. Иисус исцелял всех, даже неверующих – как в случаях со слепыми, которые не могли знать мессианских деталей, даже противящихся – как с бесноватыми, духов из которых он отправил в свиней.

Павел же, возможно, пользуется классическим внушением: он сперва убедился, что хромой «имеет веру для получения исцеления» – то есть, легко внушаем в теперешнем состоянии. Потом Павел обратился к нему громким голосом. Возможно, именно такие исцеления и послужили основой для искаженных евангельских описаний чудес Иисуса.

С этической точки зрения, трудно объяснить, почему Павел не исцелял неверующих (если, конечно, мог). Заодно, это было бы эффективным способом их обращения.

14:11: «Народ же, увидев, что сделал Павел, возвысил свой голос, говоря по-ликаонски…»

А откуда Павел знал это греческое наречие? Какой общий язык мог быть у Павла с греческим паралитиком, явно не знакомым с иностранными языками?

14:23: «Назначив {рукоположив} им старейшин в каждой церкви, они… предали их Господу, в которого они уверовали».

Но Павел в своих посланиях описывает церковь общинного типа: например, он рекомендует говорить по порядку, есть организованно. В этих церквях явно не было руководителей (пресвитеров – старших), которые бы ими управляли.

Здесь, возможно, экстраполяция возникшей позднее христианской традиции назначения путем возложения рук на голову посвящаемого. Впрочем, эта традиция заимствована у язычников, весьма вольно воспринимавших возможность передачи святого духа при таком контакте.

15:1-2: «Некоторые, пришедшие из Иудеи, учили братьев: если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись. Когда же произошло немалое разногласие у Павла и Варнавы с ними, то положили Павлу и Варнаве… отправиться по сему делу в Иерусалим к апостолам…»

То есть, Павел не обладал авторитетом даже в Антиохии, достаточным, чтобы разрешить разногласия со вновь прибывшими христианами? И «положили Павлу» – попросту, отправили Павла. Каково же было его положение в антиохийской церкви, что его могли так запросто отправить?

Само существование иерусалимской церкви более чем сомнительно и не подтверждено никакими минимально достоверными источниками. Евсевий, пытаясь объяснить очевидное противоречие – спасение членов конгрегации во время осады Иерусалима, – приводит довольно странную версию. По его мнению, они выехали в Декаполис (Пелла) в самом начале иудейской войны. Но едва ли кто-то в 66г. представлял себе масштабы будущих разрушений. На откровение им трудно было рассчитывать – к тому времени апостолы вряд ли были живы.

Представители иерусалимской церкви требовали от язычников обрезываться и соблюдать заповеди: стать иудеями – прозелитами. Соответственно, они считали, что Иисус обращался и принес спасение только иудеям. У них не было никакой информации от Иисуса о возможности обращения язычников в секту поклонников Иисуса, а не в иудаизм. Если этого не знали даже в иерусалимской церкви, можно ли представить себе другое объяснение, кроме как то, что христианство без иудаизма было придумано церковными администраторами позднее, и без всякой связи с учением Иисуса?

15:3: Павел и Варнава по пути из Антиохии в Иерусалим «проходили Финикию и Самарию, рассказывая об обращении язычников, и производя радость великую во всех братиях».

Но они должны были проходить и Галилею – родину многих учеников. Неужели во враждебных Финикии и Самарии христиане получили поддержку, а в Галилее – нет? Видимо, автор этой части Деяний не был знаком с географией Иудеи (хотя знал географию Греции).

15:5: после рассказа Павла об обращении язычников, «поднялись некоторые из секты фарисейской, уверовавшие, и сказали: «Им необходимо быть обрезанными и приказать им, чтобы соблюдали закон Моисеев».

Возможны различные объяснения.

Проще всего, конечно, предположить, что автор плохо представлял себе фарисеев и считал, что они тоже христиане.

Если принять тезис за правду, то придется признать, что тогдашнее христианство было совместимо с учением фарисеев. Значит, либеральное отношение Иисуса к Закону (субботе, чистоте) было вставлено позднее.

Вспомнив, что Павел называл себя фарисеем, можно прийти к иному – хотя и маловероятному -выводу. Фарисеи в тот период могли быть весьма не похожи на тех, которые описаны в раввинистических текстах. Они не так уж строго относились к исполнению Закона и, аналогично другим сектантам, более или менее свободно трактовали Писание.

Впрочем, наиболее вероятно, что весь эпизод целиком фальсифицирован автором, не особенно задумывавшимся о достоверности.

15:7: «После длительного обсуждения, поднялся Петр…»

Видимо, наиболее авторитетные учители должны были выступать, наоборот, в начале.

15:8: Петр: «Б. дал им {язычникам} свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам…»

Опять и опять Деяния описывают распространенность, неисключительность святого духа. Но это полностью разрушает концепцию крещения Иисуса – для того, чтобы на него сошел святой дух (в виде голубя). Если теологическая деятельность Иисуса началась после его крещения и ниспослания ему святого духа, то какова же ценность этого события, если духом массово облекались и иудеи, и даже язычники. Иоанн в четырех (!) главах 14-17 описывает ниспослание апостолам святого духа как нечто совершенно исключительное, объясняемое только их избранностью.