Читать онлайн «Руководство по истории Русской Церкви». Страница 73

2. Расширение пределов Московского патриаршества.

Внешнее расширение пределов Русской церкви.

Этот процесс в начале описываемого времени был задержан бедствиями смутного времени. На северо-западной окраине Руси произошло даже значительное их сокращение от потери Россией Ингрии и Карелии, по Столбовскому миру (1617 года) уступленных Швеции. Православие много пострадало здесь еще в смутное время; шведские войска, постоянно здесь двигавшиеся, разорили множество церквей и монастырей. Были разрушены древние обители Коневская и Валаамская; монахи успели спасти только мощи Вааламских чудотворцев и разошлись по другим монастырям. Завладев этим краем, шведское правительство принялось распространять в нем протестантство. Но зато во второй половине XVII столетия Московское патриаршество значительно увеличилось присоединением к нему Киевской митрополии.

Присоединение Малороссии.

В Малороссии с 1648 года поднялось еще небывалое по размерам казацкое восстание против польского владычества под предводительством знаменитого гетмана Богдана Хмельницкого. Для успокоения этого опасного восстания поляки, по Зборовскому трактату, обещали православным восстановить все их права, митрополиту дать место в сенате, города, в которых были православные школы, освободить от пребывания иезуитов, обещали даже подумать об уничтожении унии в Украине и Литве. Но когда восстание несколько поуспокоилось, все эти обещания были забыты. Второе восстание Хмельницкого кончилось неудачно, и в новом Белоцерковном трактате об унии и сенаторстве митрополита не было уже и помину; вся польская Русь очутилась в прежнем невыносимом положении. Тогда тысячи переселенцев устремились из нее на восток, в Московское государство. К Москве же обратился наконец и сам Богдан, и в 1654 году Малороссия присягнула на московское подданство. Последовавшая затем война России с Польшей кончилась тем, что по перемирию 1655 года Польша должна была уступить России всю Малороссию и Белоруссию. После этого в Смоленске, Полоцке, Могилеве, Вильне и других городах завоеванного края началось повсеместное восстание православия и истребление унии с католичеством. В Москве надеялись, что после возвращения этих искони русских земель вскоре должны будут снова соединяться между собой и обе доселе разделенные половины Русской церкви; патриарх Никон титуловался уже патриархом всея Великия и Малыя и Белыя России; но последствия долго не оправдывали этой надежды.

Подчинение Киевской митрополии Московскому патриарху.

В вопросе о своем подчинении Москве западная Русь разделялась на две партии. Народная масса и простые казаки всегда стремились под царя православного; им сочувствовало белое духовенство. Но шляхетство и казацкая старшина тянули к шляхетской Польше; этой партии сочувствовало высшее духовенство, для которого номинальная зависимость от константинопольского патриарха была выгоднее действительной зависимости от патриарха московского. Митрополит киевский, преемник П. Могилы, Сильвестр Коссов долго не изъявлял покорности царю и московскому патриарху; отговариваясь страхом польской мести, он даже и после присяги киевлян царю пред боярами продолжал просить царя, чтобы малороссийская иерархия была на прежних правах оставлена в ведомстве греческого патриарха. Преемник Сильвестра (с 1657 года) Дионисий Болобан решительно отказался принять посвящение в Москве и явно тянул к Польше, приверженцем которой был и гетман Выговский. Скоро оба они совсем перешли в польское подданство. Управление западно-русскою церковью, вместо Дионисия, в Москве порешили возложить пока на наместника. С согласия царя Питирим (управлявший патриаршеством) определил на эту должность известного царю нежинского протопопа Максима Филимонова, посвятив его (1661 г.) после пострижения с именем Мефодия в епископа Мстиславского. Но его наместничество не было признано ни греческим патриархом, ни многими западными иерархами. Митрополит Дионисий не признавал даже его епископства и посвятил другого епископа на ту же мстиславскую кафедру, Иосифа Тукальского. Много повредил Мефодию и Никон, наложив за его посвящение анафему на Питирима.

После измены Выговского Малороссия разделилась на две половины — польскую за Днепром и русскую по левую сторону Днепра; пошли междоусобия и измены гетманов. Общая смута отозвалась и на церковных делах. После смерти Дионисия в 1663 году на западной стороне Днепра одной партией был избран в митрополиты епископ Иосиф Тукальский, другой — Антоний Винницкий Перемышльский. Неизбежная смута между ними не разыгралась только потому, что в следующем году Иосиф попался в плен к полякам и 2 года томился в тюрьме. На восточной стороне продолжал управлять церковными делами Мефодий, но войдя во вкус независимой иерархической власти, и он вскоре перешел на сторону польской же партии, несмотря на то, что всем своим значением обязан был Москве. Когда гетман Брюховецкий стал хлопотать о присылке настоящего митрополита из Москвы, Мефодий вместе с Иннокентием Гизелем, печерским архимандритом, и с другими лицами из монашествующего духовенства решительно объявили, что все они запрутся в своих монастырях, и разве их за ноги оттуда выволокут, тогда только в Киеве будет московский митрополит. Противомосковской партии много помогало распространившееся тогда по Малороссии недовольство Москвой за Андрусовский мир, по которому Россия уступила полякам все свои литовские завоевания и всю заднепровскую Малороссию, оставив за собой только один Киев, и то на два года. Гетман Заднепровья Дорошенко поддался Турции, надеясь освободиться от польской неволи с ее помощью, как прежде Хмельницкий освободился с помощью Москвы. Турецкая партия усилилась и на восточной стороне, так как прошел слух, что царь и остальную Малороссию хочет отдать под унию и короля. К ней пристали и Мефодий с Брюховецким, потому что Дорошенко посулил за это первому независимую митрополию, а последнему — гетманство на обеих сторонах Днепра. Но лишь только Брюховецкий изменил, променяв царя на султана, как Дорошенко убил его, желая сам остаться гетманом над обеими сторонами. Обманул он и Мефодия. Еще раньше этого он освободил из плена Иосифа Тукальского. Последний немедленно снял с Мефодия сан и приговорил его к заточению. Мефодий бежал в Москву, но и здесь подвергся заточению в монастыре за измену.

На восточной стороне Днепра, однако, не хотели повиноваться Иосифу; всеми церковными делами управлял здесь, вместо Мефодия, старший из епископов Лазарь Баранович Черниговский. Несмотря на то, что константинопольский патриарх единственным законным митрополитом Киева считал Иосифа, последний должен был оставаться до самой своей смерти (1676 г.) при Дорошенко в Чигирине. Со смертью его церковное управление перешло в руки Лазаря уже на обеих сторонах Днепра. В 1686 г. Россия заключила с Польшей вечный мир, удержав за собой всю восточную Малороссию и с Киевом; в других русских областях, оставшихся за Польшей, поляки обязались дать православным свободу веры и возвратить православные епархии: Луцкую, Львовскую, Перемышльскую и Могилевскую. Теперь пора было наконец приступить и к избранию общего митрополита. Первым кандидатом был Лазарь, но он не хотел ехать на поставление в Москву. Поэтому, обойдя его, патриарх Иоаким поставил в митрополиты луцкого епископа Гедеона Четвертинского. Константинопольский патриарх Дионисий, после соборного совещания с другими патриархами, в 1687 г. сам согласился признать зависимость Киевской митрополии от Московского патриаршества. Этим важным актом окончательно прекращено было разделение Русской церкви, продолжавшееся около двух с половиной столетий. Единство ее, однако, восстановилось не вполне: от нее остались отторгнутыми литовские области и Галиция и без поддержки Малороссии очутились в самом жалком положении.

Распространение христианства в Сибири.

На востоке церковь успешно приобретала себе новых чад в Сибири. Правительство содействовало ей в этом своими материальными средствами и льготами обращавшимся инородцам. Сибирские казаки продолжали покорять новые земли; по их следам везде возникали русские города и селения с храмами и монастырями. Из Москвы посылались для них книги, иконы, церковная утварь и духовенство. Для больших успехов святой веры в 1620 году для Сибири открыта была новая епархия в Тобольске. Первым архиепископом ее был Киприан (из игуменов Хутынского монастыря); он много заботился об исправлении дурной нравственности русских поселенцев в Сибири, а для скорейшего просвещения верой диких туземцев старался умножать по своей епархии церкви и монастыри. В 1624 году он был переведен на Крутицкую епархию. Некоторые обители имели особенно важное значение в деле христианской миссии. В 1644 году старец Далмат (из Невьянского монастыря) основал на реке Исети Далматовский монастырь, сделавшийся потом средоточением христианского просвещения для огромного округа возникших около него русских и инородческих поселений. В 1653 году возник другой известный просветительным влиянием монастырь в остяцком крае, Кодинский или Кондский. С половины XVII века казаки стали покорять южную Сибирь; дружины Хабарова проникли за Яблоновый хребет на реку Амур. В крепости Албазине появилась приходская церковь, а в 1671 г. иеромонах Гермоген основал здесь монастырь. В 1681 г. сибирский митрополит Павел отправил туда проповедниками игумена Феодосия и несколько монахов; для распространения веры в Забайкалье миссия эта устроила монастыри Селенгийский и Посольский. Собор 1682 года положил послать искусных духовных людей еще в Дауры на реку Лену. С 1660 по 1672 год по восточной Сибири возникли обители в Якутске, Киренске и Иркутске. В 1689 году весь Амурский край был уступлен Китаю; Албазин срыт, и христианская вера перестала здесь существовать, но зато проникла в самый Китай. Еще ранее несколько русских пленных из Албазина в 1685 году были поселены в Пекине в особой слободе под именем Русской роты с дозволением иметь у себя церковь. В 1695 году тобольский митрополит Игнатий послал к ним священника и дьякона с антиминсом, миром, церковными книгами и утварью.