Читать онлайн «Руководство по истории Русской Церкви». Страница 105

Между тем Иосиф разработал уже общий план воссоединения униатов, состоявший в том, чтобы после надлежащей предварительной подготовки воссоединение единовременно было принято повсюду всем униатским духовенством. Выполнение этого плана под его руководством ведено было с строгой постепенностью и в величайшем секрете от католической партии. Первой и важной мерой к постепенному сближению униатского духовенства с православной церковью было введение в церквах и монастырях православной обрядности с отменой всех латинских новшеств. Для восстановления православного богослужения в 1834 г. по всем униатским церквам разосланы были служебники московской печати. В 1835 г. сделан был новый шаг к сближению унии с православием: униатские семинарии и училища наравне с православными подчинены комиссии духовных училищ; а в начале 1837 г. заведование делами униатской церкви из министерства внутренних дел было передано обер-прокурору Св. Синода, что подготовляло подчинение этой церкви прямо самому Синоду. Все это время с 1834 г. архиереи Иосиф, Василий и Антоний совершали по униатским епархиям неутомимые разъезды, стараясь лично вводить подведомственное духовенство в свой план воссоединения подробными разъяснениями и увещаниями и собирая с него подписки в том, что в свое время оно вместе с ними разом примкнет к воссоединению, как только это дело созреет. В 1838 г. смерть митр. Булгака окончательно развязала руки деятелям воссоединения. Председателем униатской коллегии сделался Иосиф, а Василий получил Белорусскую епархию Булгака. Подготовка духовенства была закончена, и оно выдало подписки на воссоединение, за исключением какой-нибудь сотни священников в Белорусской епархии. И вот 12 февраля 1839 г. собор униатских архиереев и высшего духовенства, собравшийся в неделю православия в Полоцке, составил торжественный акт о присоединении униатской церкви к православной и всеподданнейшее прошение о том государю с приложением 1305 подписей духовных лиц. 25 марта государь написал на этом прошении: «Благодарю Бога и принимаю».

За пастырями присоединилось к православной церкви и все полутора миллионное униатское население указанных епархий. Радость воссоединения выразилась торжественными богослужениями бывшего униатского духовенства с древнеправославным в Витебске, Орше, Полоцке, Вильне. В память воссоединения выбита была медаль с надписью на одной стороне: «Отторженные насилием (1596) воссоединены любовью (1839)», с другой — под ликом Спасителя на убрусе: «Такова имамы Первосвященника». Бывшие униатские архиереи получили православные епархии западного края: Иосиф сделался архиепископом Литовским — в 1852 г. получил сан митрополита († 1867); Василий управлял Полоцкой епархией — с 1841 г. в сане архиепископа, в 1868 г. оставил управление и состоял до кончины (1879 г.) постоянным членом Св. Синода; Антоний до 1848 г. управлял Минской епархией († 1884 на покое).

После воссоединения униатов Белоруссии и Литвы уния оставалась еще в Привислянском крае, в униатской Холмской епархии. Правительство обратило свое внимание на этот край уже после нового польского восстания 1863 г. Дело воссоединения и здесь началось с ослабления силы базилиан и восстановления православной обрядности. Главным деятелем в подготовке воссоединения выступил протоиерей Маркелл Поппель, назначенный, по удалении местных епископов, не соответствовавших видам правительства, администратором епархии (1870). В 1874 г. государь император выразил свое согласие на воссоединение. После этого в январе 1875 г. в Седлецкой губернии воссоединилось с православной церковью до 50  000 униатов, а 18 февраля в Холме собрался собор духовенства с М. Поппелем во главе и составил акт о воссоединении всей Холмской епархии. 11 мая, в день свв. Кирилла и Мефодия, последовало самое торжество воссоединения. В том же году Маркелл посвящен был в епископа Люблинского, викария православной Варшавской епархии. После этого уния осталась в силе лишь в отторженном от России древнерусском крае — в австрийской Галиции.

Успехи православия среди католиков.

Католицизм был сильно поражен воссоединением униатов, но не оставил своих стремлений к пропаганде. Даже при таком твердом ревнителе русской народности и православия, как имп. Николай I, было несколько совращений в латинство бывших униатов и православных в Западном крае и в высшем русском обществе. Некоторые изменники русской народности и веры (Гагарин, Голицын, Мартынов) даже эмигрировали за границу, сделались там иезуитами и своими брошюрами в пользу католичества, письмами в Россию, совращением плохо воспитанных в православии русских путешественников и путешественниц, вновь основанным в Париже католическим братством Кирилла и Мефодия старались вредить своей родной Русской церкви. Но подобными извержениями Русской земли католицизм только и должен был довольствоваться. Воссоединение униатов лишило его многих и прежних его исповедников; за 1840-1841 гг. в православие вместе с униатами обратилось до 20  000 католиков. Новое усиление обращений католиков в православие произошло после польского восстания 1863 г., во время которого католицизм окончательно подорвал себя своей связью с бунтовщиками; в 1864 г. обратилось до 50  000 католиков; обращения эти продолжались до 1870-х годов. Еще более стали они усиливаться с 1870 г., после пресловутого Ватиканского собора, озадачившего своими определениями многих исповедников католичества. В России за последние десятилетия замечательно обращение в православие множества живущих в ней чехов; в 1888-1889 гг. в Волынской епархии их присоединилось до 6800 душ. Движение в пользу православия проявилось между католиками и за границей. Еще в 1861 г. в Париже обратился в православие аббат Владимир Гетте, сделавшийся православным священником, автор обширной истории церкви и издатель православного французского журнала L'Union Chretienne. После Ватиканского собора в Америке совершилось обращение католического богослова проф. Биеринга, потом священника православной церкви в Нью-Йорке. Отделившаяся от Рима старокатолическая церковь завязала с православной церковью живые сношения о своем с ней соединении; для разработки вопроса об этом соединении с 1871 г. собиралось уже несколько конгрессов и конференций старокатолических и русских богословов (в Мюнхене, Кельне, Бонне, Утрехте), хотя только частным образом, без официального в их рассуждениях участия самой Русской церкви. К чему поведут эти сношения, еще не известно; но важно уже и то, что на западе возбужден самый интерес к изучению православия и некоторые к нему симпатии.

Распространение православия среди протестантов Западного края.

Кроме католиков, православная церковь привлекла к себе в Западном крае протестантов. В шведскую войну при Петре Россия не только возвратила себе от Швеции свои старые земли, но приобрела и новые. После этого началось восстановление православной веры повсюду, где она была до шведского владычества. В 1708 г. восстановлена Корельская епархия; в 1718 г. возобновлены древние обители Валаамская и Коневская; инородцы Петербургского края обращались в православие. Затем при Петре же завоеваны Эстляндия и Лифляндия; при Екатерине II закончилось присоединение к России Курляндии. Следы древнего православия в этих областях были совсем уже истреблены немецким протестантским владычеством. Забитые эсты и латыши были подавлены двойным гнетом помещиков и лютеранских пасторов и тупо страдали под ним в течение всего XVIII и половины XIX в. Православных жителей, вместе с пришлыми русскими людьми, в 1830-х гг. во всем Остзейском крае было не более 20000; церквей было тоже очень мало — они существовали главным образом для войск, расположенных в крае. Первые начатки движения в пользу православия совпадают там с открытием в Риге псковского викариатства в 1836 г. При первом же епископе Иринархе в Лифляндии и Эстляндии между крестьянами начало развиваться замечательно оживленное движение к переходу из лютеранства в православие. Оно вызвано было грубым барством немецких пасторов и неудовлетворительностью для духовных нужд народа самого лютеранства. В скорбях своих латыши и эсты давно уже привыкли искать себе утешения вне протестантства, ходили, например, на богомолье в Псково-Печерский монастырь, а иные в католический костел в Шемберге; некоторые приставали к гернгутерам, распространившимся в Остзейском крае при Александре I. Всего симпатичнее казалось им православие — «царская вера», служители которой всегда относились к ним бескорыстно и ласково, не как пасторы. В 1841 году к епископу Иринарху стали во множестве являться приезжавшие в Ригу крестьяне с заявлениями своего желания перейти в православие. К несчастью, к этим заявлениям примешивались иногда посторонние элементы — надежды на освобождение с помощью православия от помещичьего гнета и на переселение в «теплые края» на вольные земли.