Читать онлайн «Христианство в Китае: история и современность». Страница 56

310

Словарь был построен по фонетическому порядку русского алфавита, а во 2–м томе был еще и «Ключевой указатель знаков, содержащихся в лексиконе, с указанием страниц». Словарь включал «11 868 главных иероглифа», отпечатан он был в типографии Школы иностранных языков дипломатического ведомства Цинской империи на деньги, выделенные в кредит Министерством иностранных дел России. Другой член миссии, Исайя Поликин составил словарь, который затем использовался при составлении других словарей и разговорников, например, «Переводчика с русского языка на китайский» А. В. Старчевского.

Исайя (Поликин) жил в Китае в 1858—1871 годах. Активный проповедник и талантливый администратор, он оставил после себя многочисленные тексты на китайском языке: «Часослов (почти полностью), краткий Обиход воскресного богослужения, основные песнопения двунадесятых праздников, первой седмицы Великого поста и Страстной седмицы, Святой Пасхи, Псалтирь (перевод с греческого на разговорный язык), Параклисис, Акафист Божией Матери, начало Служебника, панихиду, канон святителя Андрея Критского (на литературном и на разговорном языках), русско–китайский словарь богословских и церковных речений».

Иеромонах Гурий, еще будучи членом 12–й миссии, в 1830–е годы занимался составлением следующих переводов: «Соборного послания святого апостола Иакова, Последования ко Святому Причащению, Последования всенощного бдения, Литургии святителя Иоанна Златоуста» и др. С 1859 г. архимандрит Гурий приступил к переводу Нового Завета, занимаясь этим шесть лет. Отвечая тем, кто обвинял его в использовании чужого перевода, выполненного некоей англичанкой, он писал: «…никого, кроме Господа Бога, я не призывал в помощь мне. Помогал мне только магистр словесности китаец Лун как писец. Я обыкновенно с Новым Заветом в руках ходил по комнате и диктовал, а Лун сидел за столом и записывал мой перевод». См.: Из письма Преосвященного Гурия к И. И. Палимпсестову о переводе Нового завета на китайский язык // Русский архив. СПб., 1893. № 11. С. 394.

Работа велась при помощи учителя Ивана из школы для мальчиков при Миссии, учительницы Марии из школы для девочек, ее сына Никиты и албазинца (потомка казаков, попавших в плен к китайцам) Моисея. В течение двух лет устраивались устные чтения. Слушатели пересказывали понятый ими текст, а архимандрит Гурий исправлял его, если перевод был понят неверно.

Однако в соответствии с указаниями приближенного к правительственным кругам в Петербурге архимандрита Аввакума (Честного) было предписано внести в текст перевода поправки. Архимандрит Гурий писал по этому поводу обер–секрета–рю Святейшего Синода: «Китайцы были очевидцы того, что я для проверки своего перевода пригласил целую комиссию ученых и этой поверкой лично с ними занимался два года. Никто не поверит, что ученый китаец знал китайский язык хуже отца Аввакума… Хорош будет кафтан из китайского атласа, когда пришьют к нему лоскут красного сукна российского произведения». См.: Письмо архимандрита Гурия к И. Г. Герсинскому о переводе Нового Завета на китайский язык // Русский архив. СПб., 1894. № 1. С. 97–98.

Флавиан (Городецкий) впервые прибыл в Китай в 1874 г. и тогда же приступил под руководством архимандрита Палладия (Кафарова) к переводу кратких разъяснений к Евангелию. Решив ввести богослужение на китайском языке, для чего были пересмотрены многие переводы иеромонаха Исайи и сделаны новые, при участии иеромонахов Николая (Адоратского) и Алексия (Виноградова), а также Митрофана Цзи, он завершил перевод воскресных служб Октоиха с греческого на китайский классический язык. В редактировании участвовали учитель миссии Осия и переводчик Евмений. Примерно в это же время были завершены переводы чино–последований всех двунадесятых праздников, Страстной и Светлой седмиц, Литургий святителя Иоанна Златоуста, святителя Василия Великого и Преждеосвящен–ных Даров, а также Часослова. Гуриевский перевод Евангелия был подвергнут серьезной переработке и издан заново в 1884 году. Евангельский текст в новом издании перемежался краткими разъяснениями, набранными мелкими иероглифами. В дальнейшем тенденция к составлению подстрочных толкований сохранялась.

Современники отмечали, что Митрофан был человек смирного характера, очень осторожный и молчаливый. Он не хотел принимать священного сана.

См.: Коростовец И. Указ. соч. С. 411.

Епископ Японский Николай (Касаткин) после встречи с архимандритом Амфило–хием в 1896 г. отметил в своем дневнике: «Печальный рассказ о Пекинской Духовной Миссии. Ничего там нет. В деревне Дун–динь–ан, обращенный о. Исайею, теперь человек шестьдесят христиан еще есть, но они, по словам самого о. Амфилохия, совсем заброшены Миссией. О. Митрофан назначен быть жить у них. но не захотел, — куда де в такой деревне! И пребывает ныне, кажется, в умопомешательстве». См.: Дневники святого Николая Японского / Сост. К. Никамура. Т. 3. С 1893 по 1899 гг. СПб., 2004. С. 490. Епископ отмечал, что единственную в Китае деревню с православным населением хотели взять под опеку католики, но китайские власти из политических соображений запретили это делать.

Российский государственный архив военно–морского флота. Ф. 41. Оп. 1. Д. 38. Л. 130.

Он также отмечал: «. большим препятствием к ознакомлению с деятельностью иностранных Миссионеров служит незнание их языков Русскими Миссионерами, а также иностранных Миссионерских журналов и книг, посвященных изучению Китая и других стран Востока». См.: Виноградов Алексий. Китайская библиотека и ученые труды членов Императорской духовной и дипломатической миссии в г. Пекине или Бэй–Цзине (в Китае). СПб., 1889. С. 36.

28 сентября 1896 г. «По указу Его Императорского Величества, Святейший Правительствующий Синод имели суждение» уволить архимандрита Амфилохия, по прошению от должности Начальника Пекинской Духовной Миссии, назначить на его место настоятеля Московского Покровского миссионерского монастыря архимандрита Иннокентия (Фигуровского).

22 марта 1897 г. Иннокентий принял капиталы Пекинской миссии, хранящиеся в Пекинской конторе Гонконг–Шанхайского банка, документы на земли и имущество миссии.

Позднее «Китайский Благовестник» отмечал: «Начальник миссии, бывающий за службами так же ежедневно утром и вечером, изучив китайский язык, ныне закончил издание монументального полного Русско–Китайского словаря».

Глава Японской миссии записал в своем дневнике: «Хороший он человек, но едва ли обновит Пекинскую Миссию: мелочи его путают и, вероятно, совсем запутают и собьют с толку». См.: Дневники святого Николая Японского. С. 594.

Авраамий (Часовников) (? —1918), ставший на долгие годы «правой рукой» Иннокентия, был выпускником Императорской Академии Художеств и Петербургского Археологического института и перед приездом в Пекин окончил в Казани Миссионерские курсы по монгольскому отделению.

За неимением сил это приобретение использовалось лишь в материальных целях, земля сдавалась в аренду участками под условие экстерриториальности, распоряжался недвижимостью консул А. С. Вахович.

Союзный договор и пакет двухсторонних соглашений вызвали взаимодействие двух народов и культур. В Китай поехали работать специалисты, значительно оживился интерес китайцев к русской культуре, русские инженеры и техники появились в Маньчжурии и Синьцзяне, военные инструкторы в Чжили, китайские студенты впервые приехали в Петербург. Пиком подъема русско–китайского сближения стал пышный прием в Пекине русской делегации во главе с Э. Э. Ухтомским в мае 1897 года.

Хакка (в пекинском диалекте кэцзя) — южно–китайская этнокультурная группа, название которой дословно означает «гость»; происхождение ее не до конца выяснено. Хакка традиционно считаются в Гуандуне пришельцами, чужаками, противостоят коренным гуандунцам — пунти («коренные», на пекинском диалекте — бэньди).

Возможно, впервые западного миссионера (очевидно, американца Эдвина Стивенса) Хун Сюцюань встретил в Гуанчжоу в 1836 году.

Roberts Issachar Jacox, Ло Сяоцюань.

На протяжении всей своей «миссионерской» деятельности Хун Сюцюань вел дискуссии с миссионерами, отстаивая свою трактовку христианства, внося исправления и дополнения в Библию. Например, в ответ на предупреждения миссионера Джозефа Эдиксона об опасности впадения в арианскую ересь, Хун Сюцюань в 1861 г. прямо отвечал, что Собор, осудивший Ария, был не прав.