Читать онлайн «Меч Обоюдоострый. Конспект по Сектоведению». Страница 46

Как, скажем, Собор, осудивший Патриарха Никона, который безусловно был дивным святителем и борцом за церковную правду. Церковь и народ не помнят этого Собора, память его с шумом упала, а память о Патриархе Никоне вошла в историю Русской Церкви.

Какие выводы делают сами католики из своего учения о папе? Приведу несколько цитат из авторитетных римо — католических богословов. По этим цитатам можно увидеть, как такое учение приводит к кардинальному искажению римо — католического духовного мира.

В XIII веке авторитетнейший католический богослов Фома Аквинский, по имени которого официальная богословская доктрина католицизма называется томизм (от Томас — Фома), писал о папе так:

«С каждым папой Христос пребывает вполне и совершенно в таинстве и авторитете».

Если заменить в этой формулировке слово «папа» на слово «Церковь», то она будет звучать вполне православно. Это характерный образец того, как католики переносят на фигуру Римского Епископа то, что является на самом деле свойством всей Церкви.

В XIX веке немецкий богослов Дирингер, автор официально признанного католиками учебника по догматическому богословию, писал:

«В папе продолжается бого — воплощение или соединение Божества с человечеством, занимающее середину между соединением ипостасным и нравственным».

Мы знаем, что ипостасное соединение Божества и человечества имело место в Лице Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа. К соединению нравственному призван каждый из нас. Обожение по благодати — это цель жизни христианина. Католики не дерзают сказать про папу, что в нем продолжается ипостасное соединение Божества и человечества, ибо это значило бы совсем уподобить папу Христу Спасителю. Но они не говорят применительно к папе и о нравственном соединении, как у всех прочих людей. А говорят они, что папа находится посредине между всеми людьми и Христом Спасителем.

Еще одна очень характерная цитата. Уже в нашем столетии в книге французского епископа Буго, которая называется «Церковь» (Париж, 1922), написано следующее:

«В таинстве Евхаристии имеем, так сказать, лишь половину Христа, ибо Он вне таинства Евхаристии. Где же искать другую половину Иисуса Христа, реально пребывающего в Церкви? Она в Ватикане, она в папе. Папа есть второй способ реального присутствия Иисуса Христа в Церкви. Христос создал Себе два способа реального присутствия, совершенно различных, оба неизъяснимых и которые, соединенные вместе, образуют полноту Его вочеловечения. О великая тайна двух покрывал, под которыми скрывается Иисус Христос в Своей целости! Идите к Иисусу, глаголющему: идите к папе. В этом и состоит тайна христианства. Это чудо реального присутствия, воплощения, предложенного и распространенного под двумя покровами».

Вот как добрый католик относится к Римскому Епископу. Это тем более страшно и трагично, что приведенные выше слова писались не лицемерно, не с желанием что — то для себя приобрести. Автор этих строк — человек искренне верующий, но только предмет его веры, объект, к которому устремлены все его религиозные переживания и чувства, решительно не достоин того, во что и в Кого должен верить христианин. Ведь он приравнивает таинство Евхаристии к тому переживанию, которое испытывает католик, когда он видит Римского Епископа или прикасается к нему. Это трагично, так как это есть кардинальное искажение веры христианской и замутнение образа Того Единого Посредника между Богом и человеком, Каковым является Господь Иисус Христос.

Кардинал Беллармин (XVI в.) писал:

«Папа в прямом и абсолютном смысле слова выше Вселенской Церкви».

Тот же Беллармин из этого делал еще более страшный вывод о том, что если бы папа предписал считать добродетель пороком, а порок добродетелью, то Церковь должна была бы поступать так, как ей предписывает папа. Конечно, писалось это исходя из веры в то, что папа никогда не прикажет считать добродетель пороком. Но характерно то, что нравственные ориентиры всей Полноты Церкви ставятся в зависимость от слова одного только епископа, пусть даже верховного.

В том же XVI веке другой кардинал, Каэтан, сказал очень неслучайные слова: «Церковь есть рабыня папы». Ссылаясь на Священное Писание, католики часто приводят в качестве аргумента известные слова Христа Спасителя апостолу Петру: «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» (Мф. 16,18).

Слова эти были сказаны Христом Спасителем незадолго до крестных страданий. Перед этим Он вопрошал учеников: «За Кого люди почитают Меня?.. Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию, или за одного из пророков» (Мф. 16,13–14). Многие тогда, хотя относились ко Христу хорошо, не понимали того, что Он есть пришедший на землю Мессия. Спаситель спросил у учеников: «А вы за Кого почитаете Меня?» И от имени учеников апостол Петр ответил: «Ты Христос, Сын Бога живаго». За что и получил в ответ: «Блажен ты, Симон, сын Ионин; потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на небесах» и «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее».

Католики любят говорить, что здесь дано апостолу Петру быть неким особым главой и камнем краеугольным, на котором зиждется Церковь. Святые отцы понимали эти слова, сказанные Спасителем апостолу Петру, совсем по — иному. В том смысле, что камнем, на котором зиждется Церковь, является высказанная апостолом Петром вера в Христа как Сына Божия.

И действительно, где нет признания Христа Сыном Божиим, там нет и Церкви. Новейшие учения вроде толстовства или древние ереси типа арианства, или несторианства, которые так или иначе ставили под сомнение подлинность богочеловечества Иисуса Христа, находятся за пределами церковности.

Католики же понимают эти слова буквально и говорят о том, что Римский Епископ является преемником апостола Петра и что он есть тот камень, на котором стоит Церковь. Если вынуть краеугольный камень, то вся постройка рухнет. Поэтому даже Вселенский Собор не может созываться, как считают католики, когда папа Римский умер. В отсутствие Римского Епископа Церковь не обладает ни непогрешимостью, ни полнотой вероучительных определений, и нужно ждать, пока будет избран новый папа, ибо только он может вести дальше церковный корабль.

Власть папы возрастала и развивалась на протяжении веков. Такое возвышение Римского Епископа объясняется и объективными историческими обстоятельствами. Город Рим был единственной апостольской кафедрой на Западе.

Долгое время государственность на Западе была очень нестабильна, и единственным стойким институтом была Римская кафедра во главе с Римским Епископом.

К Римскому Епископу на протяжении веков обращались как к арбитру в спорах с еретиками, появлявшимися на Востоке, и он привык осознавать себя таким арбитром, который выносит суждения по поводу всех догматических и иных воззрений.

К этому, конечно, прибавилась и человеческая немощь, гордость, иной раз просто малодушие, а иногда совершенно рационалистическое маловерие.

Все эти факторы вместе привели сначала к учению о главенстве Римской кафедры над всей Церковью, потом уже о главенстве самого Римского Епископа. Затем был сделан вывод, что Римский Епископ является абсолютным и неподсудным главой Церкви, а значит, ошибаться он не может. Как же может ошибаться тот, о ком Церковь не может выносить никаких определений? Так что здесь был великий соблазн и, в некотором смысле, победа врага рода человеческого, который для многих и многих миллионов христиан исказил образ подлинной веры Христовой.

В настоящее время главой Католической церкви является Папа Иоанн Павел II, поляк по происхождению. Это первый более чем за 500 лет папа — неитальянец и первый папа — славянин. До избрания на папский престол он был кардиналом Краковским.

Избирают Римского папу кардиналы, то есть высший слои духовенства Римо — католической Церкви, который идет сразу вслед за папой. Кардиналов немного, всего около 250 человек. Они избирают папу на особом заседании, которое называется конклав.

Конклав — это интересное, идущее со средних веков установление Римской Церкви. В переводе с латыни означает «со ключом». Участников заседания вводят в некое помещение, вход закладывают кирпичами, цементируют. Выйти с конклава кардиналы могут только тогда, когда изберут нового Римского папу. В XIV веке был случай, что кардиналы полтора года не могли ничего решить, люди возмутились и заперли их, сказав, что, пока новый папа не будет избран, они оттуда не выйдут. С тех пор утвердилась такая практика. Сейчас конклавы происходят в Сикстинской капелле. Чтобы побудить кардиналов к скорейшему избранию нового папы, им каждый день дают пищу во все меньшем количестве и все худшего качества. Римский папа избирается двумя третями голосов кардиналов.