Читать онлайн «Католицизм». Страница 47

К концу понтификата Пия XII наблюдатели разных направлений отмечали, что закоснелый традиционализм и непримиримый антикоммунизм ватиканского руководства привели к повсеместному падению влияния католицизма. Церковь представлялась безнадежно консервативным институтом, неспособным ни понять, ни решить проблемы современного мира. Разочарование царило и в самой Церкви. Новая эпоха, новая цивилизация рождались в послевоенном мире за церковным порогом.

Так подходила к концу «эпоха Пиев» (от Пия VI до Пия XII).

4 ноября 1958 г. в соборе Св. Петра проходила церемония интронизации нового папы Иоанна XXIII (1958–1963). Вот как описывают эту церемонию наблюдатели. В начале процессии появляется папский крест, за ним на роскошном папском троне-носилках под сенью белоснежных опахал из страусовых перьев плывет над толпой новый наместник Христа на земле, увенчанный золотой митрой. Венчая папу, кардинал-декан возглашает: «Прими трехвенечную тиару и знай, что ты отец князей и королей, владыка мира на земле, примиритель смертных, наместник Господа нашего Иисуса Христа, коему одному только дана честь, слава и поклонение во веки веков. Аминь». Католики обрели 262-го по счету папу, а земные владыки – высшего судью и наставника. Все традиции были соблюдены. Однако одно маленькое происшествие показало, что в Ватикане грядут перемены. Находившиеся рядом с папой во время церемонии услышали, как он сказал: «В этом одеянии я больше похож на восточного сатрапа, чем на пастыря». Эту реплику передавали из уст в уста. Новый папа выбрал любимое имя средневековых понтификов. Последним его носил неаполитанский пират Балтазар Косса, лишенный папского престола в 1415 г. за свои злодеяния. Так новый папа показывал, что он порывает с ретроградным курсом своих предшественников, Пиев.

В проповеди после интронизации Иоанн XXIII говорил о нуждах людей и социальной справедливости. Он говорил как гуманист, цитировал св. Фому и Августина, а рядом с ними Цицерона, подчеркивал великое значение культуры и не сделал ни одного замечания в адрес светской культуры. Стиль его правления разительно отличался от традиций Пиев. Иоанн XXIII понимал, что родился новый мир, появилась новая мировая культура и светская техническая цивилизация. Все чаще в Церкви стали раздаваться голоса с требованием покончить с «константиновской эрой» в истории Церкви. Так названа эпоха протяженностью в 17 столетий от правления императора Константина, когда оформился союз Христианской церкви и императорской власти. Церковь освящает жизнь государства и общества, устанавливая «христианский порядок», а светская власть должна защищать его от нападок еретиков и вольнодумцев. В многочисленных обращениях к новому папе клирики и миряне требовали изменить политику Церкви в социальном вопросе и в отношении СССР и стран социализма. В условиях становления мира социализма, краха колониальной системы, угрозы мировой войны важнейшей стала проблема мирного сосуществования стран с различным общественным строем.

В ответ на эти требования Иоанн XXIII предложил программу обновления, осовременивания Церкви, которая получила название «аджорнаменто» (от итал. aggiornamento).

Через три месяца после избрания папа объявил о решении созвать Вселенский собор. Иоанн XXIII впоследствии говорил, что мысль о созыве Собора пришла к нему на другой день после избрания, пришла внезапно, по вдохновению свыше, «и была как весенний цветок, которого он никак не ожидал». В энциклике «Церкви Петра» («Ad Petri cathedram») папа изложил его задачи: способствовать укреплению веры, нравственному обновлению верующих и приспособлению учения Церкви к требованиям современности. Интегристы и консерваторы ждали от Собора осуждения коммунизма. Но скоро стало ясно, что анафем не будет.

11 октября 1962 г. в соборе Св. Петра торжественно открылся II Ватиканский собор (1962–1965). На него было приглашено 2908 епископов и глав монашеских орденов, наблюдатели из 17 христианских церквей, 86 официальных делегаций. Иоанн XXIII в речи на открытии Cобора дал понять, что Церковь отказывается от политики отлучений, а заблуждения пытается лечить скорее милосердием, чем суровостью. Он критиковал «пророков напастей», которые видят в современном мире только угрозы для Церкви. Папа напомнил, что Собор должен проходить в истинно пастырском духе.

Вскоре на Cоборе разгорелась борьба между интегристами, консерваторами и обновленцами, новаторами. Большинство соборных отцов восприняло дух открытости к современному миру Иоанна XXIII и проявило понимание необходимости приблизить Церковь к действительности. Продвижению преобразований в Церкви способствовали приверженцы так называемого «открытого католицизма», которые, отказываясь от претензий Католической церкви на исключительность и вмешательство в сферу политики, считали возможным усвоение ценностей современного мира, рожденных за церковным порогом. Меньшинство было против перемен, ибо считало своей задачей сохранить традиционную веру Тридентского собора. Интегристское меньшинство состояло в основном из кардиналов курии, так называемого «Пентагона» (Оттавиани, Руфини и др.), нескольких епископов из Италии, Испании и Латинской Америки, а также архиепископа Лефевра, основавшего «Общество св. Пия X». Меньшинство также имело возможность влиять на некоторые решения Cобора, поскольку Cобор стремился к консенсусу.

Первой на соборе обсуждалась схема (проект решения) «О литургии». В ней речь шла о реформе богослужения, форма которого не менялась со времен папы Пия V, утвердившего ее в 1570 г. Однако схема не прошла и была отправлена на доработку. Второй обсуждалась схема «Об источниках Божественного Откровения». Для сближения с протестантами нужен был некоторый отход от прежних бескомпромиссных решений. Обновленцы настояли на том, чтобы вернуть ее на доработку. После закрытия первой сессии Cобора интегристы негодовали, а обновленцы были настроены оптимистично. Всем было ясно, что в политике Ватикана грядут перемены.

Иоанн XXIII теперь мог опереться на сильное обновленческое крыло в Церкви. В 1963 г. он опубликовал энциклику «Мир на земле» («Pacem in terris»). Впервые в истории папа обратился не только к духовенству и верующим, но и ко всем людям доброй воли на земле. Иоанн XXIII осудил гонку вооружений, высказался за всеобщее и полное разоружение, за запрещение ядерного оружия. Осудив теорию «равновесия вооруженных сил», Иоанн XXIII одобрил политику мирного сосуществования. Эта энциклика допускала диалог католиков с верующими других исповеданий, более того – с неверующими.

При этом форму диалога определяет церковная иерархия. Церковь продолжает оставаться непримиримым противником «ложных философских учений», однако признает, что в них могут быть положительные элементы. В делах социальной справедливости, предостерегала энциклика, нужно избегать революции, которую Церковь осуждает и ратует за эволюцию.

Энциклика была встречена с энтузиазмом обновленцами и «людьми доброй воли». Папа получил более 20 тысяч восторженных отзывов. Однако антикоммунисты, сторонники холодной войны, церковные интегристы обрушились на папу с упреками, требовали его ухода в отставку, называли его «товарищем Иоанном XXIII», «красным папой», открывшим коммунизму врата собора Св. Петра.

В июне 1963 г. Иоанна XXIII не стало.

Архиепископ Милана кардинал Джованни Батиста Монтини был избран 21 июня 1963 г. и принял имя Павел VI (1963–1978). Отныне судьба Cобора была в его руках. Закулисная борьба интегристов и обновленцев накалялась. Недолгий понтификат Иоанна XXIII пробудил церковные круги многих стран Европы, а также развивающихся стран. Они стали требовать перестройки деятельности Церкви и реформирования ее литургии и догматики, коллегиальности управления. Павел VI полностью разделял взгляды Иоанна XXIII, однако ближе ему была позиция умеренных обновленцев. Он назначил реформаторов на посты, от которых зависело прохождение важных решений, сам участвовал в их принятии, создал пресс-службу, пригласил в качестве наблюдателей мирян и представительниц женских монашеских конгрегаций. На второй сессии был принят текст конституции «О Священной литургии». Главным новшеством было разрешение проводить богослужение не на латыни, а на национальных языках, сокращена процедура ее проведения. Собор рекомендовал строить храмы без излишней роскоши, в функциональном стиле. Была принята схема «О Церкви», согласно которой верховной властью в Церкви является коллегия епископов вместе с папой. Епископы требовали учреждения Синода епископов, который собирался бы с определенной периодичностью под председательством папы. По предложению обновленцев был восстановлен институт диаконата, женатые диаконы уравнены в правах со священниками.