Читать онлайн «Полное жизнеописание святых Грузинской Церкви». Страница 64

На основании самого верного текста преподобный исправил грузинский перевод Нового Завета, сделанный еще в V веке (*12), а также другие священные книги, которыми пользовались в Грузии, в которых, по причине невежества или невнимательности переписчиков, а иногда, может быть, и умышленно, были допущены грубые ошибки, искажавшие подлинный смысл текста. Это происходило потому, что в то время армяне-монофизиты, жившие во множестве в Грузии, переписывая для грузин книги, вносили в них свои еретические заблуждения (*13). Все, что было начато или не вполне изложено блаженным Евфимием, Георгий окончил, распространил и тащательно сличил с подлинниками греческими. Блаженный трудился над переводами и в безмолвии монастыря на Черной горе, и во время путешествия в Иерусалим по поручению царицы, на Афоне и в Константинополе. Местом пребывания св. Георгия были то обитель св. Симеона Дивногорца, то пустынь Романова, или монастырь Калиппост.

Будет назидательно перечислить те книги, которые блаженный перевел на грузинский язык и которыми пользуются в Иверии до сего дня, да будут известны всем труды и пастырская деятельность преподобного во утверждение Православия. Вот некоторые из этих книг: 1) Полный Синаксарий, 2) Деяния апостольские, все послания святого апостола Павла и Соборные послания всех апостолов, 3) Апостол на годовые праздники, 4) двенадцать Миней, 5) стихиры, тропари и кондаки на все Господские и Богородичные праздники, а также на праздники некоторых великих святых, 6) стихиры и ирмосы, много других церковных песнопений и все стихиры постные, 7) «Шестоднев» Василия Великого, 8) Послания священномученика Игнатия Богоносца, 9) Псалтирь, 10) Часослов (*14), 11) Октоих, 12) Цветная триодь, 13) «Поучения, читаемые в Великий пост» Феодора Студийского, 14) Пятокнижие Моисееве с толкованием св. Иоанна Златоуста, 15) книга Деяний VI Вселенского Собора, 16) Соборные послания св. Кирилла, Патриарха Александрийского, и других святых против несториан, 17) книга св. Григория Нисского первого.

Блаженным было переведено и много других святых и назидательных книг, коими он обогатил свою Церковь. Неусыпными своими трудами и ревностью о благе Церкви Георгий равно изумлял и греков, и грузин, и сирийцев. Сам Патриарх Антиохийский Иоанн весьма уважал его, часто призывал к себе для духовной беседы и советовался с ним не только о пользе душевной, но и о делах церковных.

Некогда злоумышленники подожгли город, и среди других прекрасных зданий сгорел и соборный патриарший храм святого апостола Петра. Патриарх был в глубокой печали, блаженный своими речами увещевал и утешал его, и по прошествии некоторого времени первосвятитель оставил свою скорбь. Он сам говорил блаженному: «Если бы ты, отче, не был со мной в то время, когда я был в неутешной печали, то душа моя вселилась бы во ад (*15)».

Когда на Антиохийскую кафедру возведен был Феодосий III, преемник Петра с 1057 года, философ, человек ученый и опытный в духовной и гражданской жизни, особенный случай сблизил и сего Патриарха с блаженным. В Сионской обители на Дивной горе, кроме братии-греков, много было и грузин. Частью по любоначалию и зависти, частью вследствие недоразумения, монахи-греки старались выжить грузин из этой обители. Они искали благовидного предлога к тому и, наконец, высказали подозрение, что грузинские братия неправославны.

Посоветовавшись между собой, греки послали своих доверенных к Патриарху Феодосию III, и те сказали ему: «Помоги, Святейший Владыко, и освободи нас от великой беды! Избавь нас от людей пришлых, иноземцев — грузин, которых в нашей обители около шестидесяти человек. Они не понимают сами, что толкуют, и не имеют никакого понятия о вере христианской. Таких людей нельзя терпеть».

Услышав это. Патриарх сказал им: «Может быть, эти грузины неправославные и не имеют общения с грузинами православными?» Греки ответили: «Не знаем, грузины они или армяне (*16) но только мы никогда не видели, чтобы их старший служил святую Литургию в нашем храме».

Правду сказали они, что начальник грузин не служил Литургию. Не служил же он по следующей причине. Старейшим над грузинами в этой обители избран был один из отшельников, пришедший из провинции, который по обычаю ходил в сандалиях и короткой мантии. Придя в соборный Сионский храм, он стал у колонны и как-то нечаянно запачкал ее пьедестал. Увидев это, монахи-греки оскорбились и стали смотреть на грузин недружелюбно. Когда же этот отшельник служил святую Литургию в короткой мантии, надев поверх нее священническое облачение, и в сандалиях, то это послужило им соблазном.

В действительности же монахи-отшельники иверские до последнего времени, почти до конца ХVIII века, ходили все без исключения в сандалиях и в короткой монашеской мантии. Этому же обычаю следовали и все грузинские монахи, жившие за пределами Иверии. Даже совершая Литургию, они не снимали своей одежды, а только поверх нее надевали священническое облачение, Так же поступал и начальник грузин в Сионской обители. Греки же увидели в этом что-то еретическое и положили не дозволять грузинам совершать святую Литургию в соборе обители, хотя он построен был грузинами. Никакой же другой причины для этого запрещения не было, и сами греки не могли такой представить. Патриарх удивился рассказанному и сказал доверенным греков: «Нет ли между этими грузинами такого, который бы умел говорить по-гречески и знал Священное Писание?» Грекам не хотелось признаться, что им известен такой человек, так как они знали, что блаженный Георгий лучше их понимает Писание и основательно знает грузинский и греческий языки. Но против воли они должны были сказать, что есть среди грузин один монах — грамматик, который переводит греческие книги на свой отечественный язык, по имени Георгий. Узнав об этом, Патриарх приказал немедленно привести его к себе. Они привели блаженного к святителю. Патриарх приветствовал его и, пригласив сесть, начал беседовать с ним, предлагая разные вопросы из священных книг. На все вопросы блаженный давал достойные и мудрые ответы. Патриарх сказал ему наконец: «Честной отец, благословен Бог, что я видел твою святость! Милостью Божией вижу я, что, хотя ты родом и грузин, но основательно знаешь греческий язык, как если бы ты был греком. Но вот в вероисповедании твоих соотечественников-монахов есть некоторые недостатки». И, указав на вышеизложенное, прибавил: «И поэтому между ними и нами есть некоторого рода разделение».

Услышав это, блаженный тремя перстами осенил себя крестным знамением и прочитал вслух Никео-Константинопольский Символ православной веры. Затем он изложил основы православного исповедания грузин, и все были удивлены таким неожиданным исходом дела, ибо Дух Святой говорил его устами.

«Благословен Бог во всем! — воскликнул Патриарх. — Кто это нашел у грузин недостатки в исповедании православной веры? Не более ли других исповеданий, — сказал он, имея ввиду армян и католиков, — Грузинская Церковь отличается чистотой, святостью и апостольским вероучением?» Этому публичному исповеданию свидетелями были несколько митрополитов, епископов и знатных вельмож Антиохии, все единодушно славили Бога, ублажали Георгия и осыпали его похвалами. Патриарх разгневался на доносчиков-монахов и наложил на них церковную епитимию, но блаженный стал просить Патриарха простить их, и тот внял его просьбам. Эти люди, желая причинить грузинам зло, напротив, сделали им добро и оказали великую услугу, возвысив их в глазах первосвятителя и всех знатных людей Антиохии. С того времени Патриарх утвердил пребывание грузин в Сионской обители, а блаженного Георгия отпустил с великой честью, сказав ему: «Иди, отче, с миром, ибо теперь я сам увидел и удостоверился, что вы благочестивы и нет у вас ничего противного православному закону».

Блаженный оставил святителя и, радуясь о Господе, отправился на Черную гору. Вслед за тем на грузин возвели новую клевету. Те же самые монахи, прийдя к Патриарху, сказали ему: «Святый Владыко, храмы грузин и епископы их не подчиняются ни одному из Патриархов. Все свои церковные дела они решают вообще без ведома восточных Патриархов, они сами поставляют себе Католикоса и епископов. Это не по церковному правилу. Ни один из двенадцати апостолов не был у них и не основал у них Церковь, поэтому их должно подчинить нашему Антиохийскому патриаршему престолу святого апостола Петра, как это и было прежде. Так как грузинская паства весьма малочисленна и Иверия граничит с областью, подчиняющейся нашей Патриархии, они должны здесь посвящать своего Католикоса, чтобы было одно стадо и один пастырь».

Посоветовавшись об этом с близкими ему людьми. Патриарх снова призвал к себе блаженного Георгия и осторожно заговорил о сем деле: «Блаженный отец, хотя ты и из грузин, но образованием и знанием Священного Писания нисколько не уступаешь нам. Следовало бы, чтоб Церковь ваша и пастыри ваши подчинялись нашему престолу, и вот почему. Ваша область граничит с нашей, и вначале, после того, как она была просвещена проповедью святой Нины, она была в ведении Антиохийского Патриархата. Следует восстановить прежний порядок. Это можешь сделать только ты. Если ты напишешь своему царю, то, из уважения к тебе, он сделает все, что нужно. Я знаю, что ты напишешь только доброе и благое, как ревнитель о благе своей Церкви, а если царь не послушается, то я напишу другим Патриархам о жестокосердии вашего царя и народа. Напишу также, что Иверская дни вашего царя и народа. Напишу также, что Иверская Церковь управляется не по апостольским канонам и правилам, и что она не основана ни одним из двенадцати апостолов. Это поставит вас в затруднительное положение, и тогда царь ваш все-таки приедет к нам и изъявит полное подчинение нашему престолу, за себя и весь народ свой». И многим другим Патриарх угорожал Георгию.