Читать онлайн «Дорогами христианства». Страница 35

Местный монастырь часто являлся средневековым эквивалентом современной экспериментальной фермы, где изучались улучшенные методы ведения сельского хозяйства. Монахи расчищали леса, осушали болота, строили дороги, выводили новые виды растений и породы скота, а жители окрестных деревень нередко перенимали у них усовершенствованные методы работы.

Монастыри помогли сохранить научные знания во время Темных веков между 500 и 1000 годами, когда городская жизнь пришла в упадок из-за вторгшихся в Римскую империю варваров. Монастырские школы давали начальное образование всем желающим учиться. Монахи занимались переписыванием ценных рукописей, которые были таким образом сохранены для потомства. С середины VI века Кассиодор (478–573), входивший в правительство восточных готов, оставил службу и посвятил себя собиранию, переводу и переписыванию трудов отцов Церкви и сочинений классической литературы. В этом ему помогали монахи основанного им монастыря. «Книга Келлса» — рукописное Евангелие на латинском языке, выполненное примерно в VII веке в Ирландии, — является примером любви к искусству, которую проявляли монахи при переписывании книг. Такие монахи, как Бада, Эйнхард и Матфей Парис, вели летописи — первичные источники сведений об истории того времени.

Монахи, особенно из Британии, стали благовестниками средневековой Церкви. Как бесстрашные солдаты Христа, они основывали монастыри, которые становились впоследствии центрами обращения в христианство целых племен и народностей. Колумба — монах из Ирландии — обратил в христианство шотландцев. Один из его последователей, Айдан, обратил жителей северной Англии. К сожалению, их благовестническое служение испытало на себе отрицательное влияние массовых методов обращения. Если правитель или вождь принимал христианство, то его подданные крестились независимо от того, насколько хорошо они понимали значение этого поступка и влияние, которое он должен оказать на их жизнь.

Монастыри стали убежищем для изгоев общества, нуждавшихся в помощи. В монастырях с любовью и вниманием относились к больным. Одинокий путник мог быть уверенным, что получит пищу и ночлег в монастырском приюте. Люди, уставшие от тягот мира, могли обрести здесь убежище. Некоторые ведущие деятели средневековой Церкви, например Григорий VII, вышли из монастырей.

Однако при оценке монашества раннего средневековья следует учитывать и другую его сторону. Слишком много лучших людей империи вынужденно уходили в монастыри, и их способности были потеряны для мира. Целибат препятствовал тому, чтобы мужчины и женщины вступали в брак и воспитывали достойное потомство. Это привело к разделению монашеской морали (целибата) и обычной мирской морали.

Очень часто монашество возбуждало у монахов духовную гордость из-за своего аскетизма, с помощью которого они пытались достичь благословения. По мере того как монастыри обрели достаток благодаря бережливости и рачительности членов общины, в них закралась лень, алчность и обжорство.

Монашество помогло быстрому развитию иерархической централизованной организации в Церкви, поскольку монахи должны были слушаться старших служителей, подчинявшихся в свою очередь папе Римскому. Мы, естественно, осуждаем эти тенденции, но одновременно восхищаемся тем большим вкладом, который внесли монахи в средневековую жизнь.

Между 313 и 590 годами ранняя Вселенская (Католическая) Церковь, в которой все епископы были равны, стала Римско-католической Церковью, в которой епископ Римский возвышался над другими епископами. Более изысканными стали церковные обряды. Римско-католическая Церковь по своей структуре и каноническому закону является отражением имперского Рима.

Все епископы ранней Церкви равны по положению, власти и функциям. Между 313 и 450 годами Римский епископ был признан первым среди равных. Однако начиная со вступления Льва I на епископский трон в 440 году Римский епископ начал утверждать свое превосходство. Потребность в эффективности и координации власти естественным образом привела к ее централизации. Епископа стали рассматривать еще и как гарантию ортодоксальности вероучения. Вдобавок некоторые из римских епископов того периода были властными людьми, которые использовали любую возможность, чтобы укрепить свое положение.

Исторические события в этот период, словно сговорясь, приводили к повышению авторитета епископа Римского. Рим был традиционным центром власти Римского мира в течение пятисот лет и самым большим городом на Западе. После того как Константин в 330 году перенес столицу империи — политический центр — в Константинополь, Римский епископ остался единственным сильным властителем Рима на длительное время и люди на Западе в случае бедствий полагались на его руководство как в духовной, так и в светской жизни. Римский епископ вел переговоры в Аларихом во время разграбления Рима в 410 году западными готами, и его разумная дипломатия привела к тому, что жители города были по меньшей мере спасены от издевательств. Император Константинополя удалился от Рима и его проблем, однако епископ был рядом, достаточно близко, чтобы проявить свою власть в случае возникновения как духовных, так и политических проблем. Когда после 476 года имперский трон на Западе захватили варвары и города Италии попали под власть иноземцев, народ Италии обратился к Римскому епископу для духовного и политического руководства.

Петрология (теория о значении Петра), основанная на таких местах Писания, как Мтф. 16:16–18, Лк. 22:31–32 и Ин. 21:15–17, к 590 году стала общепризнанной. В соответствии с этой теорией Петру было дано «церковное первородство» над другими апостолами, и его возвышенное положение передавалось его последователям — епископам Римским через апостольскую преемственность. Примерно в 250 году эти места Писания использовал Стефан.

Такие выдающиеся богословы, как Киприан, Тертуллиан и Августин, несли свое служение в Западной Церкви под руководством епископа Римского. Его власть никогда не подрывали еретические споры, подобно тем, которые разрывали на части Восток, например арианство. Епископ Римский созывал соборы, на которых ясно излагал, что должно стать ортодоксальным взглядом.

Из пяти великих патриархов Церкви в Иерусалиме, Антиохии, Александрии, Константинополе и Риме только патриарх Константинопольский и епископ Римский жили в городах, не утративших к 590 году свое значение. Епископ Иерусалимский потерял свой престиж после иудейского восстания против Рима во II веке. Александрия и Антиохия быстро пришли в упадок от нашествия мусульманских полчищ в VII веке. Епископы Римский и Константинопольский к 590 году остались главными клерикальными лидерами. Константинопольский собор в 381 году также признал перьенство римского престола. В соответствии с третьим каноном собора патриарху Константинопольскому отдавалось «первенство почитания после епископа Римского». Это было признанием на деле превосходства Римского епископа ведущими церковными деятелями. Император Валентиниан III в эдикте 445 года признал превосходство епископа Римского в духовных делах. Все, что утвердит епископ, должно было стать «законом для всех». Таким образом, не только церковные, но и светские власти IV–V веков признали превосходство епископа Римского в Церкви.

Плодотворное благовестие монахов, подчинявшихся Риму, также содействовало повышению авторитета Римского епископа. Хлодвиг, вождь франков, усердно поддерживал власть епископа Римского. Григорий I послал в Англию Августина, и этот монах, а также его последователи смогли привести Британию под власть Рима. Куда бы ни направлялись монахи-благовестники, они настаивали на том, чтобы обращенные признавали власть епископа Римского.

Римская Церковь была в этот период благословлена многими талантливыми епископами, которые не упускали возможности усилить свою власть. Дамас I (366–384), по всей видимости, был первым епископом Римским, кто называл свой престол «апостольским». Вульгата, перевод Библии, который сделал Иероним по просьбе Дамаса, служив у него секретарем, во многом помог повысить престиж епископского трона в Риме. Мы можем прочитать, как высоко отзывался Иероним о своем покровителе, в письме, написанном Дамасу, где он категорично утверждает, что престол Петра — это камень, на котором построена Церковь.

Лев I, епископ Римский с 440 по 461 год, был наиболее талантливым обладателем престола (до тех пор, пока в 590 году престол не занял Григорий I). Благодаря способностям Лев I получил имя Великий. Он очень часто использовал титул papas, от которого пошло слово «папа». В 452 году Лев I смог убедить Аттилу уйти из Рима, а в 455 году снова, когда вандалы во главе с Гейзерихом пришли из Северной Африки, чтобы разграбить Рим, Лев I убедил их не сжигать город и не заниматься мародерством. Однако ему пришлось смириться с двухнедельным разграблением Рима вандалами. Гейзерих сдержал свое слово, и римляне стали видеть во Льве I человека, который спас их город от полного разрушения. Его положение еще больше упрочилось, когда Валентиниан III признал его духовное превосходство на Западе по эдикту 445 года. Лев I требовал, чтобы решения церковного суда епископов присылались к нему для утверждения и чтобы его решение было окончательным. Он определил в своем «Томосе», что такое ортодоксия, и выступал против манихейства и донатистов. Даже если мы не будем считать Льва I первым папой Римским, достаточно того, что он уже пользовался властью и правами многих более поздних владельцев папского престола. Геласий I — папа Римский (492–496) — в 491 году писал, что Бог дал как священную, так и королевскую власть папе Римскому и царю. Но раз папа Римский имеет доступ к Богу и на Суде будет представлять Богу императора, священная власть папы важнее, чем королевская власть. Отсюда следует, что правители должны подчиняться папе. Возможно, такие отношения были полезны в тот ранний период, когда наступали варвары, однако позднее они привели к коррупции самой Римской Церкви.