Читать онлайн «Дорогами христианства». Страница 100

В XX веке критицизм Нового завета успешно реализовался в трех различных, но взаимозависимых подходах к Евангелию. Критицизм источников учитывал порядок написания синоптических Евангелий (Матфея, Марка и Луки) и степень зависимости одного от другого или даже от более ранних источников. В 20–30 годах XX века возник критицизм формы, в попытках исследовать по материалу Евангелий, в каких формах они устно передавались в ранние годы, прежде чем были записаны. Этот подход провозгласил, что Евангелия содержат истину о Христе, которую можно найти лишь после того, как человек освободится от наслоений традиции и формы, за которыми она скрывается. В самое последнее время центральное положение занял критицизм редакции. Он предполагает анализ характера и смысла тех небольших изменений, которые были предположительно внесены авторами Евангелий в свои сочинения о жизни и служении Христа.

Некоторые богословы, которые принимают критические взгляды на Новый завет, считают, что сущность Евангелия кроется в этическом учении Христа и что Павел изменил простую этическую религию Иисуса в искупительную религию. Разрушительный высший критицизм привел многих к отрицанию богодухновенности Библии как Откровения Бога, данного через человека, вдохновленного Духом Святым, и к сведению до минимума или к отрицанию божественности Христа и Его спасительной работы на голгофском Кресте. «Жизнь Иисуса» (1835–1836), написанная Давидом Штраусом (1808–1874), сочетала все эти взгляды. Штраус отрицал чудеса и единство Нового завета, равно как и Божественность Христа, в Котором ему виделся просто человек, считавший себя Мессией.

Германия, бывшая когда-то родиной Реформации, стала местом, где развивался критицизм. История гитлеровской Германии хорошо иллюстрирует ту степень, до которой человек может дойти, когда он отрицает Откровение Бога в Библии и заменяет Откровение рассудком и наукой как авторитетом для мысли и действия.

Еще одно движение, или точка зрения, которая угрожала вере в XIX веке и угрожает ей до сих пор, — это материализм. Более утонченный, возможно, чем высокий критицизм, материализм можно определить как практику современного общества, заостряющую внимание на материальных ценностях жизни. Концентрируя внимание человека на этой жизни, материализм отвергает духовные ценности вечной жизни. Изобилие, высоко поднявшее жизненный уровень, является результатом промышленной революции, которая началась в Англии с 1760 по 1830. Сила машин заменила ручной труд, и можно было дешево производить большое количество товаров. Нигде стремление к повышению уровня жизни не было так велико, как в Америке. Вальтер Раушенбух, основатель «социального Евангелия» в Америке, и Карл Маркс заостряли внимание в своих системах на том, что, по их мнению, является первостепенно важным, — на материальном благополучии. Те, кто делает упор на распределении материальных благ, забывают, что человек живет «не хлебом единым».

Если философский, литературный и исторический критицизм Библии разрушал веру в нее как в Откровение Бога, а материализм вызванный к жизни промышленной революцией, лишал смысла интерес к будущему, что Чарлз Дарвин (1809–1882) и его последователи развили теорию, будто не существует такой вещи, как грех, или что грех является лишь пережитком животных инстинктов в человеке. Корни эволюции как философской доктрины уходят к Аристотелю, но Дарвин был первым, кто возвел ее на основание, казавшееся научным.

Дарвин некоторое время изучал медицину и богословие, прежде чем в нем развилось желание стать натуралистом. Путешествие вокруг света на судне «Бигль» с 1831 по 1836 год убедило его, что существование различий между существующими в настоящее время животными и ископаемыми остатками на разных материках, а также остатками на островах, которые он посетил, можно объяснить лишь биологической эволюцией. В 1859 году, обнаружив, что Альфред Валлас независимо от него пришел к сходным выводам, Дарвин опубликовал свою книгу «Происхождение видов», где указывал, что борьба за существование сохраняет постоянной численность различных видов, несмотря на тот факт, что воспроизведение происходит в геометрической прогрессии и воспроизводится намного больше животных, чем необходимо для выживания вида. В этой борьбе некоторые особи развивают характеристики, благоприятствующие выживанию через процесс приспособления и адаптации к окружающим условиям. Эти характеристики передаются по наследству через половой отбор, в котором участвуют мужские и женские особи с благоприятными признаками. Таким образом, выживают лишь наиболее приспособленные.

Дарвин считал, что сходство структуры человеческого тела и животных является аргументом в пользу его теории, но забывал, что это и другие сходства могут быть свидетельствами происхождения по замыслу Творца, Который придал Своим творениям сходную форму из-за единства окружающей их среды. Дарвин применил свою теорию к человеку в работе «Происхождение человека» (1871) и утверждал, что человек произошел от животных.

Идея Дарвина о преемственности между человеком и животными была обобщена в формуле «происхождение с изменением», или преемственность. Этот взгляд противоречил библейской концепции особого сотворения Богом, то есть отсутствия преемственности, когда группы творений характеризуются постоянством и неизменностью. Замечая сходства между человеком и животными, Дарвин игнорировал уникальность головного мозга человека, его умение говорить, его память, его совесть, его воззрения на Бога, его душу. Он признал, что последние три явления представляют проблему для его теории. До сих пор не обнаружено никаких переходных звеньев, которые бы убедительно доказали единство происхождения человека и животных, ведь фактически невозможно перекрестное осеменение между многими группами живых организмов. Древнееврейское слово «бара» используется для обозначения акта творения лишь по отношению к небесам, земле, млекопитающим и человеку (Бытие 1; 1, 21, 27). Сказано, что Бог дал каждой из различных групп воспроизводить себя «по роду их».

Хотя теория эволюции и отрицала прямое сотворение человека Богом, наибольший вред приносило применение этой теории к развитию религии. Бог и Библия рассматривались как продукты эволюции человеческого религиозного сознания, и книги Библии датировались соответственно. Библейская эсхатология, в которой совершенство должно прийти в наш мир лишь путем прямого вмешательства Бога через возвращение Христа, было заменено эволюционными взглядами на мир, который неуклонно совершенствуется путем человеческих усилий. Поскольку человек не является виновным через первородный грех, не было нужды во Христе как во Спасителе. Теннисон дал поэтическое выражение эволюции в своей автобиографической поэме «In Memoriam» (1850).

Эволюция также использовалась для оправдания теории расового превосходства, которая, казалось, соответствовала теории Дарвина о выживании наиболее приспособленных. Теория эволюции также использовалась для оправдания того, что не существует никаких абсолютных оснований и норм для этики. Хорошим поведением является то, которое считается приемлемым в каждом поколении общества. Учение об эволюции использовалось и для оправдания войны, где выживают наиболее приспособленные.

Все эти выводы были получены применением биологической теории к другим сферам через совершенно неоправданное использование доказательств на основе аналогий.

Церковь в XX веке столкнулась также с враждебностью социализма. Это движение уходит корнями в материалистическую философию Карла Маркса (1818–1883). От Адама Смита Маркс заимствовал идею о том, что лишь труд создает ценности. От Гегеля — его метод, а от утопических социалистов — цель их утопической теории. Он и Фридрих Энгельс разработали основные положения в сочинении «Манифест Коммунистической партии» (1848). Маркса привлекла философия Гегеля, но он вместо Абсолютного Существа философии Гегеля поставил материализм. Реальность, как считал он, является лишь движущей материей. На этом основании строилась теория, что все религиозные, социальные и политические установления общества определяются способом, которым человек зарабатывает себе на жизнь. Классовая борьба ведется из-за того, что капиталист забирает прибавочную стоимость, или прибыль. Маркс утверждал, что прибыль принадлежит труду из-за того, что, как он полагал, только труд может создавать ценность. Маркс описывал прогресс в этой борьбе, применяя логику Гегеля. Капитализм выработал свой антитезис, то есть пролетариат, который разрушит его и установит бесклассовое общество после временной диктатуры пролетариата, или рабочих. Ленин разработал теорию пролетарской революции, в соответствии с которой эта система могла быть претворена в жизнь, и подчеркивал, что преданная, дисциплинированная, небольшая партия коммунистов может входить в демократические организации, такие, как профессиональные союзы и правительство, и использовать период кризиса или войны для того, чтобы захватить власть.