Читать онлайн «Творения». Страница 410

1759

ТР 20,229В-233В.

Ibid. 232D.

Максим принимал выражение св. Кирилла «одна соприродная энергия» и отождествлял «Богомужнее действие» Ареопагита с «тропосом» (или образом) соединения (см.: АтЬ 5 [к Фоме], 1056D [ed. Janssens 217–223]), а «одну энергию» — с образом икономии (ТР 7, 88В, 108В) или «логосом единения» (ТР 8, 108С; ТР 20, 232В — С) (последнее выражение является более сильным, чем «тропос единения»).

D5P340D-341A.

Ibid. 341B‑D.

дору (Dieten J. L., van. Geschichte der Patriarchen von Sergios I bis Johannes VI (610–715). Amsterdam, 1972. S. 82).

Bathrellos 2004. Работа Батреллоса, как отметил в своей рецензии на нее в апрельском номере за 2006 г. «Revue d’Histoire Ecclesiastique» (Universite de Louvain) Ж. — K. Ларше, далеко не безупречна. Тем не менее, некоторые наблюдения и выводы Батреллоса точны, и уже не позволяют так легко отмахнуться от вопроса о становлении христологии Максима, как хотелось бы, например, тому же Ларше (с чьей критикой Батреллоса, соответственно, не во всем можно согласиться).

Мы используем некоторые его наблюдения (Ibid. Р. 198–199).

К объяснению В. М. Лурье мы обратимся позднее, в разделе «Диспут с Пирром» этой главы, где обсуждаются богословские взгляды Максима после г. Гипотезы Батреллоса и Лурье не исключают друг друга, поэтому такой способ изложения оправдан.

Канон 13–й Латеранского собора. См.: ACO, ser. 1,376.1–10.

Bathrellos 2004. P. 201.

1056А-106 °C (ed. Janssens 184–296).

84D-85B.

100В—10 ΙΑ.

Св. Кирилл использует его в толковании на Евангелие от Иоанна (PG 73 577C‑D), говоря об исцелении Христом дочери начальника синагоги. Максим толкует это выражение св. Кирилла в ГР 7 (88 А-89 D) и ТР 8.

Дошедший до нас его текст, очевидно, не является стенограммой; вероятно, он написан Максимом — возможно, в соавторстве с Пирром — уже после диспута.

См. напр., предисловие Д. А. Поспелова в: Диспут с Пирром: преподобный Максим Исповедник и христологические споры… С. 112–124.

Папа Феодор обращал внимание занявшего место Пирра Павла на то, что тот и его клир по прежнему называют Пирра «святейшим», и требовал, чтобы Павел канонически отстранил Пирра (см.: Mansi X, 702–708, в частности, 704А и 707С). Поскольку это так и не было сделано, после покаяния Пирра в Риме (646), папа Феодор признал его законным патриархом. Впрочем, вскоре Пирр опять изменил свою позицию, и папа его торжественно анафематствовал.

Об авторитете Максима свидетельствует, в частности, обращение к нему экзарха Африки Петра Сиятельного (см.: ТР 12) по вопросу об именовании Пирра «святейшим». Здесь следует отметить, что кроме обличения Пирра, Максим в этом письме указывает и на возможность для Пирра покаяния, которое должно быть принесено в Риме Римскому папе, что после поражения Пирра в диспуте и произошло.

В том же письме Максим, между прочим, замечает: «Занимается лишь напрасным говорением тот, кто [подобно Пирру] думает, что убеждать следует людей, подобных мне» (ТР 12,144С); т. е. Пирр, наверное, уже тогда стремился вступить в диалог с Максимом. Максим и префект Григорий, видимо, воспользовались этим стремлением Пирра, поэтому вряд ли прав Кулаковский, утверждающий, что «Максим заставил его вступить в публичное состязание» (Кулаковский 2004. Т. III. С. 166). Судя по ходу спора, Пирр шел на него добровольно, стремясь так или иначе примириться с христианами на Западе. Эта установка — не выяснить истину, а примириться и вернуть себе уважение (а может, и сан) — видна, например, по такому эпизоду Диспута: после спора о волях Максим предлагает Пирру обсудить вопрос об одной энергии, а Пирр заявляет, что это излишне (т. е. что он и так убежден, а значит признает свое поражение), и Максиму приходится уговаривать Пирра, что нужно обсудить и этот вопрос (ЗЗЗС), так как важна истина. То есть Пирр явно торопится «подписать капитуляцию», а Максим стремится ко всестороннему обсуждению ереси, обличению её и выяснению истины. Таким образом, Пирр предстает не убежденным противником, готовым до последнего отстаивать свою веру, а уступчивым и довольно слабым полемистом.

Как известно, никакого осуждения Гонория на Западе до признания там решений VI Вселенского собора не было. В своих комментариях к русскому переводу Диспута с Пирром, по большей части следующих комментариям к немецкому переводу Гвидо Баузенхарта (Bausenhart G. In allem uns gleich auЯer der Sьnde: Studien zum Beitrag Maximos’ des Bekenners zur altkirchlichen Christologie. Mit einer kommentierten Ьbersetzung der «Disputatio cum Pyrrho». Mainz, 1992), Д. A. Поспелов и Д. E. Афиногенов неверно утверждают, что «Римский собор осудил Гонория как монофелита» (Диспут с Пирром: преподобный Максим Исповедник и христологические споры… С. 270, комм. 96,). У Баузенхарта (S. 268, Anm. 51) сказано: «В январе 641 г. Римский собор осудил монофелитство».

См.: DsP 329А.

Ср.: «Мы говорили применительно к Господу об одной воле не у Божества Его и человечества, но только у человечества» (DsP 329А).

См. раздел «Смена позиции» данной главы, посвященный разбору ТР 7 и 8.

См.: 344В-345С.

См. слова Пирра в самом начале Диспута: «Если Христос один, то Он, разумеется и желал как один, а если Он желал как один, то у него, разумеется, одна воля, а не две» (289А).

295В. Этот вариант Максим отвергает как монофизитский.

Следует отметить, что в ходе диспута Пирр ни разу не предложил такое толкование «одной воли», какое предлагал, объясняя в 7Р20 выражение Гонория, сам Максим. Подсказывать же Пирру то толкование выражения «одна воля», которое еще недавно считал правильным, Максим не стал: его задачей в ходе диспута, происходившего в присутствии африканских епископов и префекта, было не выручить еретика, попавшего в трудное положение, а привести того к покаянию в Риме, о необходимости которого для Пирра, если он хочет вернуть себе доброе имя, Максим писал уже в ТР 12. В самом деле, покаяние Пирра, принесенное в Риме, и признание его после этого законным патриархом Константинополя папой Феодором имело серьезные церковно — политические последствия в борьбе с монофелитством (а могло бы иметь еще большие, если бы Пирр сам не отрекся от него).

Это утверждение, если оно верно, позволяет объяснить, почему халкидо — ниты Сергий и Пирр могли настаивать на единой воле единого Болящего: для них это, возможно, был способ выразить единство сознания Христа, исключив таким образом представление о нем как о раздваивающемся — на Божественное и чело — веческое (которое напрашивается, если считать, что сознание [ «гноми»] = воля, а воль у Христа две).

Лурье 2006. С. 396.

См. напр.: ThunbergL. Microcosm and Mediator. The Theological Anthropology of St Maximus the Confessor. Chicago, 1995. P. 215.

О гномической воле у Христа Максим говорит, например, в ТР 7, 80А. А о произволении — в Thal 42. См.: Творения преподобного Максима Исповедника… Кн. II. С. 111.

В частности, он обличает Сергия, приписывающего Христу гномическую волю, за то, что тот «представлял Господа не только просто человеком, но и изменчивым и грешным, — раз намерение (γνώμη) судит о противоположностях, отыскивает неведомое и совещается о неясном» (DsP 329 D).

Толкуя употребления святыми отцами понятия προαίρεσις применительно ко Христу, Максим говорит, что они понимали под ним либо природную волю, либо наш преднамеренный выбор, присущий Христу «по усвоению»: «Те из святых отцов, что упоминали о преднамеренном выборе у человечества, соответствующего Христу, имели, по существу, в виду природную способность стремления (иными словами, природное воление), либо наш собственный преднамеренный выбор, присущий воплощенному Богу по усвоению» (29С).