Читать онлайн «Основное богословие, или христианская апологетика (Курс лекций, ДВГУ, 2000)». Страница 1

Сначала несколько слов о себе, чтобы вы представляли, кто перед вами и соответственно знали, о чем меня можно спрашивать, а о чем спрашивать не стоит. Фамилия моя Лега, зовут Виктор Петрович. Я заведующий кафедрой философии Православного Свято-Тихоновского Богословского института, читаю в институте курс западной философии и курс основного богословия, который иногда называется в западной практике и у вас также входит в программу под этим названием — христианская апологетика.

В начале я закончил Московский физико-технический институт, по первому образованию я физик. Затем, отработав по распределению, как это было в советские времена, я поступил в МГУ на философский факультет, закончил его, закончил аспирантуру на кафедре истории зарубежной философии, но защищаться не стал, поскольку образовался Свято-Тихоновский Богословский институт. Я пошел туда работать. Работаю там с самого времени его основания. И за это время закончил экстерном Богословский институт и защитил там диссертацию на соискание степени кандидата богословия.

Отец ректор обязал меня читать курс основного богословия, который по своему определению предполагает вполне энциклопедическое образование преподавателя, потому что здесь недостаточно иметь знания по какой-то одной дисциплине. Это одна из наиболее сложных дисциплин, поскольку предполагается знание не только богословия, не только учения о христианстве и о христианской Церкви, но и знание философских и многих естественнонаучных дисциплин, умение правильно объяснять вопросы соотношения религии и физики, религии и биологии, религии и истории. Вопросами апологетики я всегда вольно или невольно занимался. Курс, который я сейчас читаю, вырос из моих собственных интересов.

Книг по основному богословию сейчас практически нет. На первую лекцию я захватил три учебника. Самый распространенный учебник Алексея Ильича Осипова «Путь разума в поисках истины» с подназванием на титульном листе «Основное богословие». Алексей Ильич предпочитает говорить основное богословие, подчеркивая этот термин, чтобы не допустить ошибку. Такая ошибка была допущена в другом учебнике — «Введение в основное богословие» архиепископа Михаила (Мудьюгина). Смысл слова основное — главное, и получается, что основное богословие — это главное богословие, хотя для любого христианина, не только православного, разумеется, что главное богословие — это догматическое богословие. Это совокупность положений — догматов, являющихся несомненными и неизменными для христианского вероучения, в котором нельзя сомневаться, так как оно составляет вероучительную основу нашего учения и на нем строится все остальное здание богословских дисциплин. Поэтому, конечно же, основное (в смысле главное) богословие — это догматическое богословие. То, чем мы с вами будем заниматься, А.И. Осипов подчеркивает как основное богословие. Оно показывает, каким образом богословие связывается с другими дисциплинами: какие есть основы в нашем общем человеческом знании, показывающие нам, что богословие зиждется не на пустом месте, не на воздухе, у него есть основы нашего человеческого знания, нашей культуры. Эти основы соединяют друг с другом научное знание, философское, богословское, историческое, общекультурное. И в этом плане этот курс называется еще апологетика.

Термин апологетика образован от слова апология — защита. Христианская апологетика — это защита христианского учения от различных (агрессивных и неагрессивных) выступлений нашего мира. В этом смысле апологетика существовала всегда. Даже более того, первые церковные писатели назывались отцами-апологетами: Иустин Философ, Татиан, Афинагор, Лактанций, Климент Александрийский. Первая задача Христианской Церкви — это защита зарождавшегося христианского учения перед лицом античной языческой культуры. Любому человеку, даже имеющему весьма поверхностное представление об истории, известно, что греческая и римская культура имели тысячелетнюю историю с огромными философскими, историческими, научными достижениями. И в эту огромнейшую культуру, средоточием которой являлись Афины, вдруг приходит откуда-то издалека, из Иудеи провинциал, апостол Павел, и начинает проповедовать. Это подобно тому, как если бы в Москву или Париж приехал малообразованный житель Крайнего Севера и начал учить истине. Понятно, что на него смотрят как на некого сумасшедшего — в столицу с тысячелетней культурой… Естественно, эта истина не воспринимается. Поэтому задачей первых христиан была защита христианства. Им необходимо было показать, что христианство, хотя оно и зародилось с точки зрения высококультурных греков и римлян на окраине Римской империи, в ее провинции, тем не менее, это истинное учение. А поскольку оно истинное, оно не может противоречить всем другим истинным учениям и науке, как-то: истинной философии, математике или астрономии, истории и другим областям знания.

Затем, когда христианство укрепилось, когда через два-три столетия защита христианства уже как таковая не требовалась, когда культурные люди поняли, что христианство возникло не как сумасшествие, не как выдумка неких странных людей, а как действительное Откровение Божие, тогда возникла другая задача — разработка и обоснование догматического учения, ответы на другие вызовы — на вызовы еретические. Наступает эпоха Вселенских соборов, которые отвечали на вызов ересей: арианства, несторианства, пелагианства, монофизитства и прочие.

Сейчас время примерно такое же, как и во времена первых христиан. Увы, процент христиан в современном мире можно сравнить с тем процентом, который был в первые века. Хотя разница, конечно, огромная: ведь в первые века культура была языческая, сейчас культура христианская, и даже те люди, которые себя христианами не считают, а называют себя антихристианами или атеистами, все равно в основе своей культуры и нравственности мы все являемся христианами. Десять заповедей не выбросишь из нашей нравственности.

Но по мировоззрению наша эпоха, увы, является атеистической. Поэтому сейчас опять на один из первых планов выходит задача апологетики — защиты христианства. Ибо после того, что сделала эпоха Просвещения с легкой руки французских просветителей, а затем западных, а потом и русских марксистов, нигилистов и других слишком свободомыслящих людей, почему-то стало утверждаться мнение, которое афористично было выражено в такой фразе: «Наука доказала, что Бога нет». Когда я слышу такую фразу, я прошу: «Я — ученый по образованию и привык работать с конкретными первоисточниками, пожалуйста, дайте мне ссылку, подскажите в какой книге, кто, где доказал, что Бога нет. К какой науке относится данное доказательство: физике, истории, может быть, филологии? Что это за доказательства?» Фраза эта («Наука доказала, что Бога нет») голословная, скорее газетная, публицистическая, а не научная. И, тем не менее, большинство людей очень легковерно относятся к научной истине, поскольку информацию о науке воспринимают с газетных страниц, а отнюдь не из научных источников. Это беда и особенность настоящей эпохи. Так вот такая легковерность привела к тому, что люди считают: наука доказала, что Бога нет, мы живем в научную эпоху и верить в Бога, по крайней мере, смешно. Можно, в крайнем случае, верить во Всемогущий Разум. Но верить в личного Бога, которому нужно поклоняться, нужно молиться, служить литургии, всенощные — это наивно, это мракобесие, темнота.

Очевидно, опять возникает необходимость в апологетике — доказательстве того, что учение Церкви Христианской, прежде всего Православной является истинным. Я говорю: прежде всего, потому что и Католическая Церковь догматически в большинстве своем осталась верна учению Христа. В некоторых отношениях она отошла, вы помните догмат о Непорочном Зачатии, об исхождении Святаго Духа, но никаких догматов в отличие от протестантской церкви она не выбросила, в этом плане Католическая Церковь сохранила преемственность. Протестантская церковь, в свою очередь, утверждает истинность бытия Пресвятой Троицы, истинность исторического существования Христа, и в этом мы не будем спорить с протестантами. Поэтому когда мы будем говорить об апологетике христианства, мы будем иметь в виду христианство в его всеобъемлющем охвате, а когда мы будем говорить об апологетике православной, то мы будем оговариваться, что здесь идет речь именно об истинном христианстве в его полноте, т. е. о православном вероучении.