Читать онлайн «Антология восточно–христианской богословской мысли, Том I». Страница 90

О деятельности Аполлинария и его месте в церковно–политической борьбе в период с 362 по 373 г. точных сведений нет. Вероятней всего, он продолжал укреплять свои позиции в качестве выдающегося писателя и церковного деятеля, стоящего на позициях Никейского исповедания. Всплывает имя Аполлинария в следующий раз лишь в 373—375 гг. в связи с полемикой вокруг обвинения Евстафием Севастийским Василия Великого в общении с савеллианами, к числу которых Евстафий приписал и Аполлинария. Обвинение Аполлинария в савеллианстве было совершенно несправедливым (это понятно всякому, кто прочтет публикуемое ниже «Подробное изложение веры»). Тем не менее следует иметь в виду, что в «савеллианстве» обвиняли своих противников не только ариане и полуариане, но в пылу полемики такой ярлык могли вешать и сторонники Мелетия (и те, кто находился с ним в общении) сторонникам Павлина, т. е. «староникейцам». Факт тот, что св. Василий, который в те годы пытался безуспешно привлечь Евтафия Севастийского (некогда своего учителя) в союзники, не стал опровергать обвинения Аполлинария в савеллианстве. Письмо 131 св. Василия Евстафию[1002] свидетельствует одновременно о том, что между св. Василием и Аполлинарием связь не прерывалась, и о том, что в это время, т. е. ок. 373 г., их отношения явно охладились. Вероятнее всего причиной тому было то, что Аполлинарий в конфликте в Антиохии не поддерживал партию Мелетия и не вступал с ней в общение; все же «никейцы», отвергавшие Мелетия, автоматически оказывались «савеллианами». Как бы то ни было, ничего определенного о заблуждениях Аполлинария св. Василий в это время еще не пишет[1003]'. Однако во внутреннем конф. шкте в Лаодикии св. Василий в то время, судя по всему, занял сторону Пелагия; к которому как епископу Лаодикийскому обращено его письмо 254 (ок. 376 г.). Характерно, что в то время, когда св. Василий безуспешно пытался привлечь Евстафия в ряды своих союзников, и тот все более склонялся к ереси македонян, т. е. к отрицанию Божественности Святого Духа[1004], сам св. Василий хотя и отвергал ересь Македония, но по икономии не называл Святого Духа Богом, однако Аполлинарии, напротив, в это время уже ясно исповедовал Святого Духа Богом (возможно, первым из никейской партии, т. е. еще и до св. Григория Богослова), что видно и по публикуемому ниже «Подробному изложению веры».

Ситуация во взаимоотношениях всех вовлеченных в антиохийский конфликт сторон еще более осложнилась, когда на церковнополитическую арену в 376 г. вышел ученик Аполлинария Виталий. Пресвитер Виталий, известный своей аскетической жизнью и популярный как пастырь, принадлежал церковной группе Мелетия, но по неизвестной пр1гчине разошелся с его учеником Флавианом и порвал с мелетианами. В 376 г. он предпринял путешествие в Рим, где получил подтверждение православности своего исповедания от папы Дамаса. Трудно сказать, ради чего было предпринято это путешествие Виталя в Рим и что имел в виду папа, давая это подтверждение[1005], несомненно, однако, что Виталий и Аполлинарий употребили его ради своих целей. В том же 376 г. Аполлинарий поставил Виталия епископом Антиохии. Причина такого шага не вполне понятна, т. е. ясно, что «мелетиане» не признавались и прежде Аполлинарием, но постановка Виталия в епископы Антиохии была, безусловно, шагом, направленным и против церкви Павлина, которуто Аполлинарий до сих пор признавал. Ниже мы еще вернемся к гипотезе относительно того, чем сам для себя оправдывал Аполлинарий такой шаг, в самом же общем виде можно сказать, что, вероятно, в области вероучения он считал «староникейца» Павлина не достаточно определенно исповедующим Три Лица (или ипостаси) во Святой Троице; кроме того, возможно, Аполлинарий и Виталий счигали, что сам Павлин не способен стать силой, консолидирующей всех неариан в Антиохии, тем более таким центром не мог для них быть Мелетий и его ученик Флавиан, унаследовавший кафедру от него. Не исключено, что уже тогда Аполлшнарий и Виталий считали себя единственными хранителями истинного православия в Антиохии из‑за особенностей своего христологического учения, в правильности которого они были убеждены. Есть вероятность и того, что это Павлин не принял в общение Виталия, заподозрив его в христологической ереси, характерной позднее для аполлинариан, и вследствии этого Виталий, уже отделившийся от Мелетия, оказался отделен от всех. Факт тот, что именно поставление Виталия епископом Антиохии стало началом создания отдельной «аноллинарианской» иерархии, которая распространилась не только в Антиохии, но и во многих других местах, в частности в Бейруте. Аполлинарий, таким образом, взял на себя смелость стать лидером целого направления в одном из церковнополитических движений того времени. Фактически он создавал свою Церковь, точнее, раскол, усугу бив антиохийскую схизму. Обладая поэтическим талантом, он писал новые церковные песнопения, в которых отражались особенности его догматического учения, вводил новые догматические формулы в церковные мольбы.

Не удивительно, что именно с этого времени св. Василий Великий начинает свое жесткое обличение Аполлинария (см.: Письма 263, 265 и 214), затем к борьбе с Аполлинарием подключились и два других Каппадокнйца. Другим противником Аполлинария стал св. Епифаний Кипрский, который, видимо, в 376 г. специально приехал в Антиохию, пытаясь примирить Виталия, которого он уважал как подвижника, с Павлином, но достичь мира не смог, а вместо этого убедился в том, что Виталий действительно отрицает у Христа наличие человеческого ума. Вопрос о христологической «ереси Аполлинария», который на Востоке до этого времени, по крайней мере в ннкейской партии, широко не обсуждался, со времени образования аполлинарианской иерархии стал весьма актуален. Св. Василий настоял, чтобы ересь Аполлинария, т. е. непризнание во Христе полноты человеческой природы (исключение из нее ума), была осуждена в Риме. В результате Аполлинарий был анафематствован, как и его ученик Тимофей, епископ Бейрута, на соборе в Риме в конце 377 или в начале 378 г., в котором участвовал и Петр А\ександрнйский. Это осуждение было подтверждено на соборах в 378 г. в Александрии, в 379 г. в Антиохии, на II Вселенском соборе в Константинополе (381 г.) и еще раз в Риме (382 г.). В декабре 383 г. и январе 384 г. аполлинарианам было официально запрещено властью собираться для богослужения и поставлять своих клириков. Нет сомнений, однако, что Аполлинарий продолжал активную деятельность, отстаивая свое учение, а аполлинарианские общим продолжали собираться — в том числе и в Назианзе, о чем св. Григорий Богослов сообщает в письме Нектарию Константинопольскому[1006]. Умер Аполлинарий в преклонном возрасте, так и не примирившись с Церковью, не позднее 392 г.; однако влияние его богословия, его догматических формулировок и идей (во многом унаследованных монофизитами и монофелитами) сказывалось в христологической полемике еще как минимум до VII в., а его трнадологическое учение как важный этап в становлении православной триадологии и по сей день привлекает внимание патрологов и историков Церкви. Обратимся теперь кратко к богословию Аполлинария.

Вопрос о вкладе Аполлинария в триадологию тесно связан с церковно–политической борьбой вокруг Антиохии. Здесь, согласно гипотезе Келли Маккарти Шпоерл, многие годы плодотворно занимающейся наследием Аполлинария[1007], важную роль могло сыграть противостояние Аполлинария Маркеллу Анкирскому, т. е. внутренний спор в лагере друзей и соратников св. Афанасия. До его кончины (т. е. до 373 г.) авторитет Афанасня все же сдерживал Аполлинария от внесения раскола внутрь никейской партии. Однако уже после кончины св. Афанасия поставление Виталия в Антиохии, скорее всего, было внутренне мотивировано для Аполлинария несогласием с богословием Маркелла, к тому времени повсеместно осуждавшимся на Востоке — не только арианамн, евномианами н подобосущниками, но и, например, Каппадокийцами. Павлин находился в общении с Маркеллом и тем самым компрометировал себя в глазах, с одной стороны, сторонников Мелетия (гак, для св. Василия Великого это было одной из причин весьма сдержанного отношения к Павлину, несмотря на то что последнего признавал св. Афанасий и Рим[1008]), и с другой — Аполлинария. А поскольку последний не признавал и Мелетия из‑за его контактов с полуарианами, то Аполлинарий и счел себя вправе поставить своего сторонника в Антиохии в пику как мелетианам, так и партии Павлина. Под этим углом и следует, очевидно, рассматривать особенности богословия Аполлинария, предложившего свой вариант творческого развития Никейского вероисповедания, в котором бы сочеталось учение о единосущии с четким и недвусмысленным исповеданием различия Аиц, извечно пребывающих тождественными в Своем не сводимом друг к другу существовании, т. е. ипостасей. Исповедание, в котором выражалась эта вера, Аполлинарий и сформулировал в публикуемом ниже «Подробном изложении веры» (Κατά μέρος πίστις), написанном, вероятно, еще до конфликта Аполлинария (и Виталия) с Павлином, но проливающим свет на возможные причины этого конфликта[1009].