Читать онлайн «Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви». Страница 39

а) подлинная ставленная грамота, удостоверяющая митрополичье достоинство Амвросия;

б) подлинное разрешение, выданное м. Амвросию патриаршей канцелярией на служение литургии в одной из константинопольских церквей, свидетельствующее о том, что Амвросий не состоял ни под каким запрещением священнодействий, и

в) формальное условие, подписанное Амвросием и иноком Павлом, удостоверяющее, что проситель-митрополит действительно будет содержаться на старообрядческом монастырском иждивении, а не на казенные средства. Все эти документы были снабжены переводами на немецкий язык. Аудиенция у императора Фердинанда была назначена на 11 июля. "Представление было очень торжественное, и внимание Амвросию оказано было большое. Когда пред выходом императора выстроился в приемной зале целый полк разных чинов, то Амвросий с сопровождавшими его Павлом, Огняновичем и Дворачком (венским переводчиком) смиренно стали на последних местах. Но явившийся из императорских покоев распорядитель аудиенции с великим почтением взял их и поставил на самое первое место, впереди всех предстоящих. Таким образом, Амвросий был первым из всех присутствовавших на аудиенции высоких особ, к кому обратился император Фердинанд, как только вступил в приемную залу. Амвросий в кратких словах изложил сущность своей просьбы, которую тут же и вручил его величеству со всеми надлежащими актами. Император весьма благосклонно выслушал м. Амвросия, принял бумаги и обнадежил, что по справке всевозможное удовлетворение самого его и староверцев учинено будет". Затем м. Амвросий представился в Вене и другим высоким особам.

Согласно заявлению императора, австрийское правительство немедленно предписало своему консулу в Константинополе навести справки о м. Амвросии. Справки получились самые удовлетворительные и вполне подтвердившие все заявления Амвросия о себе. Но еще до получения справок австрийское правительство дозволило м. Амвросию отправиться в Белую Криницу и там "отправлять святительские обязанности, согласно Высочайшему определению от 18 сентября 1844 года". В первых числах октября митрополит Амвросий, инок Павел и переводчик Огнянович покинули Вену.

В Белокриницком монастыре уже давно ожидали своего святителя и приготовились к сему: было приведено в лучший вид помещение для митрополита; инок Алимпий привез из Москвы полное архиерейское облачение и все другие необходимые при архиерейском служении принадлежности. Настоятельствовал здесь все тот же распорядительный и предусмотрительный инок Терентий. Он тоже успел побывать в Москве и вернуться оттуда благополучно. Белокриницкие и Климоуцкие христиане вышли встречать митрополита за две мили от Белой Криницы, одних конных - верховых молодых старообрядцев было до сорока человек, особо нарядных, украшенных флагами, лентами, шалями (их называют тут "боярами"). Они, окружив экипаж митрополита, провожали его до самого селения. "Здесь, - как повествует инок Геронтий, - егда показася экипажа верх, четвероконнаго дилижанса, четыредесятью конных всадник сельской дружины, под руководством сельскаго дворника (примаря), окруженный, - при двух церковных храмах часто заговорили колокола: нынче праздник - завтра праздник, и на долзе часто так твердили... Весь народ обоих сел высыпал на улицу, от старца до грудного младенца, на руках матери носиша". Поезд направился к сельской церкви, здесь ожидали митрополита священноинок Иероним, в облачении, с крестом и весь освященный причет со свещами и хоругвями. Как только митрополит вышел из экипажа, народ, стоявший около церкви, "весь ниц на землю пал, поклонися ему". Амвросий вошел в церковь и, обратясь к народу, приветствовал его: "Мир всему православию сему". Народ отвечал: "И духови твоему, преосвященнейший Владыко", - "...таже паки, ниц падше, поклонися ему". В монастырь митрополит пошел пешком и за ним весь народ. Здесь, в святых воротах, его встретил настоятель Геронтий и клир в соборных мантиях и вся монастырская братия в обычном иноческом одеянии. Настоятель и вся братия поклонились митрополиту до земли и приветствовали его подношением хлеба-соли. "Благослови, владыко, входом твоим святое место сие", - возгласил настоятель. Митрополит Амвросий отвечал: "Благословен вход святых твоих, всегда, и ныне, и присно, и во веки веком", - и знаменовал крестообразно святыя врата. Вся процессия тронулась к монастырской церкви, в которой по-праздничному горели все свечи и лампады и паникадило. Здесь снова встретил митрополита священноинок Иероним, он возгласил: "Благословен еси грядыи..." - клир же подхватил: "...во имя Господне, осанна в вышних". Затем следовал обычный церковный "начал" и проводы Амвросия до его покоев, где ему было приготовлено "учреждение"; народ же весь был отпущен домой.

Событие это совершилось 12 октября. А на 28-е того же месяца назначено было присоединение митрополита Амвросия к старообрядческой Церкви согласно установленному "чину". За это время он получался твердому произношению по-славянски всех тех возгласов и молитв, которые архиерей во время литургии провозглашает во всеуслышание, [219] и усваивал старообрядческие церковные обычаи, порядки и обхождение. Павел же закончил новое свое сочинение, "Краткое соображение", о тех еретиках, от которых "действуемыя тайны, крещение и хиротония, по правилам святых соборов, в православную Церковь к приятию есть достойны". Обладая глубокими знаниями, инок Павел документировал это сочинение многочисленными канонами и событиями из древней Церкви. Оно предназначалось не только для данного случая - присоединения м. Амвросия, но и вообще для руководства всем старообрядцам. [220] К этому сочинению автор добавил еще статью "О трехпогружательном в греках крещении", в которой, кроме греческих требников и других книг и своих личных наблюдений, приводит свидетельство самого Амвросия: он "по долгу присяги, с целованием святого образа и своеручным подписанием, заверил их (Павла и Алимпия), что крещен в три погружения"[221]

Все зарубежные старообрядцы были своевременно извещены о предстоящем торжестве присоединения к св. Церкви митрополита Амвросия. Депутаты от обществ начали прибывать в монастырь заблаговременно.

27 декабря состоялось в монастырской церкви соборное заседание по вопросу о чиноприеме митрополита. В обсуждении участвовали: вся монастырская братия, депутаты из Молдавии, из Ясс, депутаты от буковинских слобод, белокриницкие, климоуцкие, соколинские, мехидрские и множество христиан, собравшихся из окрестных мест. В первую голову было заслушано Павлово "Соображение". После непродолжительного обмена мнениями было единогласно решено предложить митрополиту Амвросию учинить присоединение по второму чину, т.е. под миропомазание, как было решено и на Московском соборе, а недавно и на Славcком собрании и как всегда практиковалось в старообрядческой Церкви; если же богодарованный святитель отстранит это требование, тогда совершить присоединение по третьему чину. Решение это было представлено митрополиту утром, на другой день после совершения всенощного бдения святителю Николе Чудотворцу. Сей "скорый помощник" и здесь оказал свое "теплое заступление": м. Амвросий сразу же "с веселым лицем" согласился на второй чин. Тотчас же начался звон к Божественной литургии. Церковь была переполнена народом. По прочтении часов, митрополит Амвросий вошел в церковь "в достодолжном сопровождении". Положив обычный "начал" и облачившись в алтаре во "вся святительская", он вышел на амвон и, "стоя пред царскими дверьми, начал велегласно русским языком проклинать все ереси" по приготовленному чину, как написано в Потребнике. Затем принял себе в отца духовного священноинока Иеронима, [222] которому исповедался в алтаре и от которого был помазан святым миром. [223] Выступил после сего митрополит Амвросий чрез царские двери к народу, уже фактически по установленному "чину" присоединенный к старообрядческой древлеправославной Церкви, во всем святительском величии, как правомочный архипастырь этой Церкви, [224] и "прием в руки трикирий и дикирий, стал благословлять народ прямо на церковь и по сторонам". "Вот зрелище трогательное и радость восхитительная Всемогущим Промыслом Божиим устройся ныне! - восклицает очевидец-дееписатель. - На что все людие, всякаго возраста и сословий, со слезами взирали, и каждый ощущал в душе своей истинное удовольствие, и всяк из глубины сердца своего приносил благодарение Господу Богу, явившему людем Своим, новому Израилю, милость Свою попремногу". И подобно нечто евангельскому гласу мнози себе повторяли, яже блажены очи наши, что мы ныне видим, яже от многих лет не видели отцы наши". По окончании божественной литургии "всеобщим собором с подобающею честию и песнопением проводили митрополита до келий его; святитель же, обращься пред дверьми входа, благословил народ и отпустил с миром". Все отцы и братия и многие гости были приглашены на трапезу и поздравления в настоятельские келий и "весь день во славу Божию праздновали радостно".