Читать онлайн «Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви». Страница 145

496

И.А. Фортов был не только очень глубоким знатоком церковного пения, но и композитором. По предложению названного Императорского общества, он переложил "Творения царя Ивана Васильевича Грозного" и "Стихиры св. Петру" с древней крюковой ноты [нотации] на современную линейную. По предложению того же общества, он написал службу св. Николе Чудотворцу напевом XVI века и канон-молебен с тропарями, кондаками и икосами полностью - для подношения императору Николаю Александровичу. Умер Н.А. 24 декабря 1907 г.

Один из учредителей Императорского общества, издавшего морозовские книги, позволил себе в некоторых местах их, именно в текст их, внести кое-какие поправки. Это обесценило книги, и они не были приняты в старообрядческих приходах, за исключением лишь некоторых, где "поправки" эти все-таки уничтожили.

Вероятно, речь идет о Л.Ф. Калашникове, старообрядце белокриницкого согласия, авторе "Церковного знаменного пения". - Ред.

Впоследствии Я[ков]А[лексеевич] был приглашен преподавателем древнецерковного пения, именно крюкового, в Государственную Консерваторию. Уже при советской власти были изданы его ценные исследования по древнецерковному пению.

В чине венчания мужа и жены читается молитва, в которой говорится: "Сия же жена покровенною главою со благоговением и целомудрием добре устрояет себе делы благими и пение приносит славе Твоей".

Церковь. 1911. № 37. С. 888. Собор 1913 г. не разрешил смешанных хоров, а также пения женщин в мужских монастырях. Но в Белокриницкой митрополии было принято в особо торжественных случаях допускать пение инокинь в мужском монастыре.

Знаменитый композитор, профессор Московской Императорской консерватории С.В. Смоленский писал о древнерусском церковном пении, сохранившемся в старообрядчестве: "Можно сказать без преувеличения, что это русское церковное богатство, к тому же несравненно более сильное мелодически, чем у всех неславянских народов Европы, есть сущий краеугольный камень будущей русской музыки". "Если сравнить наглядность и выразительность крюков, объясняющих "меру и силу, и всякую дробь и тонкость", с бедностью квадратных пятилинейных нот, лишенных означений ритмических и означений для выработанных ныне оттенков исполнения, то, действительно, в нотах "никакая же надлежит нужда". "Мне обидно за нынешних русских художников, прямо не знающих и даже не желающих сколько-нибудь узнать этот глубокий мир русских звуков. Это мир озарения самых чистых и простых чувств великой русской души...". Смоленский С.В. О собрании русских древнепевческих рукописей в московском синодальном училище. С. 2-4 и 32-33.

"Гнусавым" старообрядческое пение не может быть, ибо оно по своему ладу выполняется открыто, свободно, полной грудью. Намеренно гнусавое пение принято и до сих пор существует в греческой церкви и румынской.

Весьма показательно, что и "православные" стали подражать старообрядцам не только в пении, но и в одеянии. Так, по поводу одного такого подражания даже миссионерская газета "Колокол" писала: "Как отрадно было видеть благоговейных певцов и певиц - крестьян. Девушки и девочки покрыли свои головы платочками, мужчины были в приличных русских костюмах. Песнопения древнерусского напева производят сильнейшее впечатление, чем новомодные" // Колокол. 1913. № 2192. Еще знаменательнее, что даже один из сектантских журналов "Верность" (Филадельфия, Америка) заявляет: "Светские мелодии наносят большой урон душам" // Верность. Филадельфия, 1936. № 10-11. С.4).

В духовной печати того времени появилось много статей, посвященных церковному пению в православной церкви. Так, и "Вестнике Виленского Святодуховского Братства" священник Л. Рождественский писал: "За Богослужением вы часто не видите надлежащего религиозного настроения у молящихся, несмотря на все ухищрения регента при исполнении церковных песнопений. Разительно это заметно на литургии верных. Наступает время таинственнейшего во всей литургии священнодействия. Приносится Святая Жертва. Молящиеся приглашаются устремить сердце от земли к небу - горе, а на клиросе вдруг заревут: "Милость мира", - "с чердачка" или "пуганное", и всякое религиозное настроение окончательно исчезает... Всевозможные непризнанные композиторы долго еще будут царить на нашем клиросе, в конец убивая наше церковно-певческое искусство, в старину столь славное" // Вестник Виленского Святодуховского братства. № 22. 1913. "Полтавские епархиальные ведомости" писали: "Большинство сельских хоров с их руководителями до сих пор питают пламенную любовь к такого рода произведениям, как Отче наш - "птичка"; Господи помилуй - "соловей" и подобным, "им же несть числа". Этим "вдохновляют" молящихся и, зачастую, и предстоящих" // Полтавские епархиальные ведомости. 1910. № 6. В "Волынских епархиальных ведомостях" была напечатана обширная статья: "О [...] пении, допускаемом в некоторых наших храмах" // Волынские епархиальные ведомости. 1910. № 26. В ней между прочим сообщается: "Прежде всего бросается в глаза неуместная [...] и кощунственная мелодия Херувимской песни. В сельских храмах приходится иногда слышать пение Херувимской песни на мотив "Дубинушки", "Камаринского". В захолустных храмах клиросные "художники" разделывают иногда такие "плясы", что будь не храм - хоть танцуй... Какое поругание, какое кощунство вносятся в храм пением разных "дубинушек"! Какое развращение народа!" Автор припоминает наставление пастырям "преосвященного" Антония, архиепископа Волынского, потом митрополита Киевского и, наконец, в эмиграции - председателя священного Синода эмигрантской православной церкви: "Особенно должно с любовию хранить местные церковные напевы, которые гораздо ближе к богопреданному знаменному и крюковому пению, чем ноты современных композиторов... Увы, последняя русская церковная служба удалилась от вселенского общения больше, чем какая бы то ни было поместная церковь". Невольно вспоминаются гневные слова великого Аввакума: "Зело Богу гнусно нынешнее пение".

Церковь. 1912. № 25. С. 606. На этом съезде хоровых деятелей не смог участвовать Морозовский хор, так как его талантливого руководителя не было уже в живых: П.В. Цветков скончался 20 марта 1911 г. в расцвете своих молодых сил и богатых дарований.

Эти попытки тем более возмутительны, что делаются в такое время, когда даже никониане стараются отделаться от этих "уклонов". Митрополит Антоний (вышеупоминавшийся) и в эмиграции не раз заявлял, что старообрядческое знаменное пение "умилительное", а православное многоголосное "бессмысленное и совратительное" (Брошюра его "Православие и [шовинизм]". Карловцы. 1930. С. 9.). В эмиграции многие церковные и светские писатели изобличали православное многоголосное пение и требовали удаления его из церкви, как свойственного театру, а не храму Божию (см.: иеромонах Иоанн. // Б[...]лое иночество. 1932. С.48-49 [...]; иеромонах Филипп. // Воскресное чтение. Варшава. 1934. № 34 и 35; священник [...] // Церковь и наука. Сидней - Австралия, 1935. № 24. С. 6; И. А. Ильин // Путь. Париж, 1930. С. 127; Н. Ильенко. Вестник русского студенческого христианского движения. 1928. № 1; И. Лаговский // Вестник - орган церковно-общественной жизни. 1937. № 3-4. С. 15 и др. В самом Париже давались концерты знаменного пения православным хором. Сообщалось о них в "Возрождении" (эмигрантской газете): "Когда русский духовный хор исполняет на концертах в Париже песнопения старины, так называемые знаменные распевы, то перед иностранцем - новый мир, а у русского - холодок по спине: эти вещи сочинены около тысячи лет назад, может быть, в Киево-Печерской лавре. Напевы величественны, суровы в своей чистоте, неизукрашенности, писанные "знаменем", то есть как бы иероглифически: нот теперешних не было, звуки изображались рисуночками" // Возрождение. 1938. № 4137.

Замечательно, что в самой римско-католической церкви, от которой никониане позаимствовали партесное пение, очень сильно "унисонное" движение. Еще в XVI в. на Тридентском соборе было решено возвратиться к одноголосному пению. Папа Пий X, большой знаток церковной музыки, неоднократно делал попытки восстановить в католичестве унисон в церковном пении. В наше время "повсеместно возвращаются к строгим древним распевам - параллельно западному григорианскому унисону, который тоже в большой моде" // Путь. № ?. 193?.

В книге Панкратова "Ищущие Бога" и в кн. Зингера [...] дана характеристика А.И. Морозову [...].