Читать онлайн «Полное собрание творений. Том 2.». Страница 123

В окрестностях Пятигорска по станицам Линейного казачьего войска Ессентукской, Железноводской и Кисловодской имеются раскольники. В станице Ессентукской находится единоверческая церковь, впрочем, с малым числом прихожан.

Путь от Пятигорска к Моздоку и от Моздока к Кизляру лежит по станицам Линейного войска. Заметкам последних дадим место после двух названных городов, принадлежащих Епархиальному ведомству.

Моздок — ныне заштатный город, был прежде местопребыванием Епископа Моздокского и Маджарского. За городом, на {стр. 503} равнине, орошаемой Тереком, где находился Архиерейский дом, ныне находится одна деревянная церковь. При ней — городское кладбище. Город населен наиболее армянами, грегорианского исповедания, занимающимися торговлею и живущими достаточно; русских гораздо меньше, живут они гораздо скуднее. Соборный храм армянский — каменный, гораздо обширнее и великолепнее Православного, который — деревянный.

За городом, на противоположном кладбищенской церкви конце, находится деревянная церковь Успения Божией Матери. В ней за правым клиросом в киоте присутствует древняя чудотворная икона Иверской Божией Матери. Исторические сведения о сей иконе имеются следующие. В двенадцатом столетии знаменитая грузинская царица Тамара, по кончине первого супруга своего русского князя Георгия Андреевича — сына Андрея Боголюбского — вступила в брак с князем осетин. Вместе с рукою своею она доставила князю и его народу христианство. Благочестивая царица не щадила ни трудов, ни издержек для водворения и утверждения Святой Веры между осетинами. В стране их многочисленные развалины свидетельствуют о многочисленности прежде бывших в ней христианских храмов. Созидание этих храмов приписывается преданием Тамаре. Предание утверждает, что одни из развалин в Картелинском ущелий составляют остаток храма, в котором помещалась и хранилась икона Иверской Божией Матери, драгоценнейший дар Боголюбивой Тамары осетинскому народу. Два раза храм был разрушен до основания пожаром, и оба раза икону Божией Матери находили целою. Шестьсот лет икона пребывала в Карталинском ущелии. В конце прошлого столетия магометанство, при посредстве турецких миссионеров, вторглось с величайшим фанатизмом, более политическим, нежели религиозным, в Кавказские горы. Оно уничтожило между народами горскими то слабое христианство, которое еще держалось между ними, держалось более номинально, нежели на самом деле. Осетины склонились к исламу, подобно прочим горцам. Но они так, как и все горцы, не сделались настоящими магометанами. Алкоран им неизвестен, по незнанию горцами арабского языка, на котором написан Алкоран. Перевода на татарский язык горцы не имеют. Неизвестен он самим муллам горцев, они считают его недоступною, высшей мудрости книгою. Магометанство горцев ограничивается соблюдением некоторых наружных магометанских обрядов; они склонились к некоторым верованиям, внушенным им мис{стр. 504}сионерами, большая часть понятий прежней неопределенной религии, в которой доселе видны признаки христианства, осталась при них. Главнейшею заботою миссионеров было внушать горцам, что их единственный законный Государь есть турецкий султан. В смутное время в религиозном отношении, т. е. во время проповеди магометанства между горцами, в конце прошлого столетия, икона Божией Матери сохранила верными христианству многие семейства не только осетин, но и черкесов, сохранила верными посредством дивных знамений. Наше Правительство в 1763 году пригласило горцев-христиан и горцев, желающих принять христианство, переступить чрез Терек и селиться близ Моздока: вследствие повторенного приглашения в 1793 году партия горцев накануне Преполовения Пятидесятницы прибыла к Моздоку, имея с собою икону Богоматери. Икона ознаменовала чудесами и путь свой, и прибытие в Православный город. Преосвященный Гаий, Епископ Моздокский и Маджарский, узнав о прибытии знаменитой на Кавказе иконы, вышел к ней для поклонения с духовенством, с крестами и хоругвями. Архипастырь внес ее в собор, предполагая здесь предоставить почетное место иконе. Но Богоматерь особенным чудом известила Епископа, что Она желает пребывать вне города, на том самом месте, на котором Она остановилась и провела ночь, на смиренной черкеской арбе — так называется двухколесная телега горцев. Преосвященный Гаий поспешил соорудить часовню на указанном месте; впоследствии прихожане построили деревянную церковь во имя Успения Божией Матери. Икона имеет 1 аршин и 12 вершков вышины, 1 аршин и 7 вершков ширины. Икона, как видно, была написана по золотому фону. Иные утверждают, что она покрылась копотию во время вышеуказанных пожаров в ущелии Карталинском. Черты лика Божией Матери на иконе — строгие; характер письма грузинский. Иконописец царицы Тамары, говорит предание, приуготовлялся к написанию иконы сорокадневным постом и сорокадневными молитвами.

В настоящее время при Успенской церкви имеется прихожан 2243 лица мужского и 2155 женского пола, из них осетин и черкесов 1238 мужского и 115 женского пола. Осетины признают икону своею собственностию, питают к ней пламенную привязанность, с которою должно обращаться весьма осторожно и благоразумно; по пылкости, решительности и невежеству азиатцев. Икона славна в горах. На поклонение ей стекается множество горцев магометан. Армяне грегорианского испове{стр. 505}дания чествуют икону наравне с православными. Икона совершает множество исцелений; над нею на шнуре висят многочисленные серебряные изображения членов человеческого тела, привешенных получившими исцеления. Многие магометане, поражаемые чудесами, совершающимися при иконе, принимают христианство; весьма многие магометане, по той же причине питая доверенность к иконе, питают доверенность и к христианству. Икона — Апостол.

Точно! Чудотворная икона Божией Матери совершает в здешнем крае служение Апостола, споспешествуя и свидетельствуя христианству — знамениями. Нужно, чтоб и человеки оказывали усилия, им свойственные, к святому делу просвещения горцев светом Христовым. Здесь Епископом найдено странное распоряжение, а христиане-горцы найдены по причине такого распоряжения в самом тревожном состоянии. Многие из христиан осетин и черкесов весьма мало принимают русский язык, многие не знают его, женский пол совершенно не знаком с русским языком. Наоборот, все священники при Успенской церкви были русские, совершенно не знакомые с осетинским и черкесским языками, даже вовсе не знакомые с татарским, общеупотребительным между горцами. По этой причине отношения между пастырями и паствою были крайне затруднительны, во многих случаях совершенно невозможны; особливо женский пол лишен был всякого назидания, всякой духовной пищи. Потребность в этой пище заставляла христиан-горцев приглашать к себе в дома мулл, которые своими наставлениями крайне повредили христианству между женским полом и непременно отвлекли бы от христианства всех моздокских горцев, если б не удерживала их в христианстве икона Божией Матери. Азиатцы, по необыкновенно пылкому характеру придя в разгорячение, теряют совершенно здравый смысл и руководствуются единственно темпераментом своим. Их тревожное положение сделалось известным Князю Наместнику, и он убедительно просил Преосвященного Иоанникия удалить из Успенской церкви того протоиерея из русских, которым горцы были особенно недовольны. Русский протоиерей заменен другим русским протоиереем. По прибытии епископа Игнатия в Моздок депутация горцев представилась ему для объяснения своего затруднительного положения по невозможности им понимать язык русской речи, на котором говорят их священники, и обратно не могут быть понимаемы священниками, совершенно не знакомыми с их {стр. 506} языком. Горцы жаловались, что они совершенно лишены Таинства исповеди, что они совершенно лишены возможности получить желаемые ими понятия о христианстве по невозможности объясниться со своими священниками. Они жаловались особенно на неблагоприятное влияние протоиерея Крастилевского, коего прежний протоиерей родственник.

Медленность следствия, производимого о злоупотреблениях прежнего протоиерея, приписываемая влиянию Крастилевского, сильно волновала горцев. Вследствие фальшивого положения, невыносимого для нетерпеливых и своенравных горцев, они уже замышляли похитить икону и удалиться с нею в горы. Этот умысл сделался известным военному начальству [1299] и был бы исполнен пламенными горцами, если б они не были удовлетворены. Удовлетворения ожидали они от нового Епископа. Епископ предложил горцам священника Варфоломея Симанова из Грузии, кончившего курс в Кавказской семинарии в первом разряде, знающего осетинский язык, помещенного по каким-то странным расчетам в селение, соседнее с калмыкским кочевым Астраханской губернии. Осетины приняли это предложение с восторгом, другой священник дан им также из грузин, знающий татарский и осетинский языки; протоиерей из русских оставлен до усмотрения. Чтобы утешить и черкесов, Епископ предложил им избрать из среды себя благонравного и способного юношу для приготовления в духовных училищах к служению Церкви. Предложение это было принято с величайшим удовольствием: они избрали молодого человека из дворянского рода, получившего некоторое образование в Моздокском училище гражданского ведомства. Епископ взошел в сношения с Князем Наместником о увольнении черкеса из казачьего сословия для поступления в духовное звание. На сие Князь изъявил полное согласие и взошел с представлением к Военному министру, который доложил о сем Государю Императору. Его Величество благоволил весьма одобрить эту меру. Отчисление черкеса из казачьего ведомства в духовное приводится в исполнение, между тем он, по билету, выданному наказным атаманом, живет в Архиерейском доме и посещает Семинарию. В Моздоке с чрезвычайною ясностию выразилась не{стр. 507}обходимость знания Кавказским духовенством татарского языка как общеупотребительного между горцами. Эта потребность очевидна повсюду в станицах Черноморского и Линейного войска, граничащих с аулами горцев, и в особенности в городах Моздок и Кизляр. Армяне, составляющие большинство народонаселения в этих городах и торгующие с горскими народами, все знаю татарский язык: они с детства изучают его в видах успеха в промышленности. Почему же не изучать его с детства духовенству для успехов христианства?