Читать онлайн «Сектоведение». Страница 222

Высказывания в том же ключе можно услышать от многих ньюэйджевских деятелей. Вот, например, что пишет киевлянин Д. В. Кандыба — создатель уже упоминавшегося выше “единого и великого Сознания Кандыбы”:

Частично разоблаченная при социализме иудейская церковь стала внедряться в высшие эшелоны новой власти и договорилась с нею. И опять русский народ подвергается чужеземному иудейско-христианскому опиуму… Воссозданная нами древнерусская школа гипнотизеров, экстрасенсов и народных целителей с большим триумфом восстановила во всем мире приоритет русских в трансовой культуре… Выдающиеся практические результаты нашей школы вселяют абсолютную уверенность, что христианство на русской земле отныне побеждено и древнерусские Веды заменят иудейско-христианскую Библию.[1423]

Немного поаккуратнее киевлянина Кандыбы работает питерский социолог и друг сектантов[1424] В. Богданов. В заказанной сектой брошюре[1425] “Уважение к вере, или почему глупо воевать с саентологией” (М., 1997) он пишет:

Надо только сообразить, что миссия России не в отстаивании заимствованной когда-то у Византии версии христианства, навязанного извне православия, а, напротив, в предложении человечеству принципиально новых идей не только в математике или химии, но и в богословии (с. 67).

А в конце своего опуса социолог-язычник выводит:

Массовое сознание россиян, судя по книжному спросу, включило в свой словарь неправославное, восточное понятие “кармы”. В русском социокультурном контексте, в перекличке с мессианскими идеями “Третьего Рима” смысл кармы основательно дистанцировался от буддийской метафизики. И это, на мой взгляд, лучшее свидетельство возможности и продуктивности мировоззренческого синтеза, неизбежного в будущем тысячелетии. А здесь любопытно заметить, что и саентология по-своему трансформировала понятия реинкарнации и кармы, осуществляя синтез восточной мистики с психоаналитическими доктринами и наблюдениями. Представляется, что потенциал развития саентологии в России обусловлен тем, как удастся согласовать ее догматику с базовыми ценностями лидирующих среди интеллигенции этических вероучений, в частности “Живой этики” Рерихов. Недостаточно лишь показывать, что саентология не противоречит православию или безрелигиозному мировоззрению. Целесообразно продемонстрировать, что кодекс саентолога вполне приемлем для исповедующих “неоведическое (славяно-арийское) язычество и других опережающих усредненный вектор духовного развития социальных групп. Стратегически полезнее загодя обрести себе союзников, чем после конфликтов с православной церковью переключаться еще на конфликты с ее конкурентами (с. 72–73).

Богданов знает, о чем пишет. В сегодняшней России, как грибы, плодятся неоязыческие нативистские[1426] секты. Среди них, помимо уже упомянутых, наиболее известны группы, созданные вокруг Доброслава (А. А, Добровольского), А. Аратова и В. Казакова (лидера “Калужской славянской общины”), “Церковь Нави”, В. Н. Безверхого, “Союз славянских общин”, “Коляда вятичей”, “Родолюбие”, “Велесов круг”, инглинги А. Хиневича, а также группа, сформировавшаяся вокруг неонацистского журнала “Наследие предков”. Помимо перечисленных, существуют еще сотни подобных групп, более или менее схожей направленности. Несмотря на сравнительную малочисленность каждой нативистской секты, всё вместе они представляют заметное явление постсоветской российской религиозной жизни. Некоторые из них уже добились регистрации, другие находятся на пути к ней. Вызывает серьезные опасения их заявка на свою традиционность и древность. К сожалению, многие представители местных администраций принимают эти их заявления за чистую монету и даже принимают участие в неоязыческих церемониях, ссылаясь на верность народным обычаям и традиционность.[1427]

Подытожить все вышесказанное можно словами одного из бывших лидеров “Нью эйдж”, впоследствии обратившегося в христианство:

На самом деле под прикрытием света, мира и любви “Нью эйдж” стремится переделать мир в утопическое общество, устроенное самим лжемессией — антихристом, организуя попытку подчинить весь мир своей власти.[1428]

Итак, круг замкнулся. Вместо прежнего неудавшегося объединения интернационалистов всех стран происходит всемирное объединение националистов на общей для них почве “древнего оккультного ведического знания”. И неважно, в чем оно проявляется — в друидизме или шаманизме, в почитании махатм из Шамбалы или в поклонении богине смерти Кали, Перуну, Кришне, “космическому разуму, а то и в открытом сатанизме, — главное, что это древнее оккультное знание и неизбежно вытекающее из него отвержение христианской традиции (в их терминологии — жидо-масоно-христианство) составляют некую основу, утвердившись на которой, новые властители умов обнаруживают свое родство.[1429]

Судя по всему, это объединение может оказаться куда прочнее первого, и новая грозная сила, наступающая на христианство, может добиться гораздо больших успехов. И не случайно коммунисты, всегда чувствующие силу, мгновенно среагировали на эту смену парадигм и восприняли новую национально-языческую риторику. Не случайно на пятачке возле бывшего музея Ленина постоянно идет совместная коммунистическая, неонацистская и неоязыческая тусовка, а на книжных развалах мирно уживаются труды Ленина и Рериха, Гитлера и Блаватской, Алисы Бейли и Алистера Кроули, Бхагвана Раджниша и Рона Хаббарда, не говоря уже о таких опусах, как “Преодоление христианства” или “Трупные пятна назорейской угрозы” и т. п.

И вряд ли случайно подавляющее большинство руководителей новых сект либо ставит себя на место Христа, либо открыто провозглашает себя Антихристом. Мы не знаем, станет ли новый, столь ценимый национал-язычниками мировой порядок царством Антихриста или лишь подготовит почву для его пришествия. Спаситель недвусмысленно сказал, что не наше дело знать времена и сроки. Но мы помним, что Его Царство — не от мира сего и что никакие земные привязанности, даже самые дорогие, такие, как любовь к родному краю, к своему городу, к своей стране, не должны заслонять для нас Самого Господа нашего Иисуса Христа и Его Церковь. В противном случае мы неизбежно скатываемся к обожествлению твари, то есть к язычеству, и к его основному методу — оккультизму. Мы знаем, что “мир во зле лежит”, и знаем, что весь он, в том числе и самые дорогие и любимые для нас реалии, должен будет пройти через смерть и Воскресение. Но мы помним также слова Спасителя: “В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир” (Ин 16:33).

1. Господь судил нам жить во времена, когда «много лжепророков появилось в мире» (1 Ин. 4,1), которые приходят к нам «в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные» (Мф. 7,15).

2. На протяжении всей земной истории Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви в мире восставали противники Христовой веры, стараясь извратить ее суть, стремясь подменить истинное учение ложным в расчете на нетвердых в вере, «колеблющихся на погибель» (Евр. 10, 39).

3. В наши дни многие народы Земли находятся в состоянии духовного кризиса, в условиях всесторонней секуляризации, размывающей правильные представления о Едином Истинном Боге и о человеке как творении Божием, призванном исполнять волю Его. Кроме того, многолетнее господство атеистического режима в странах СНГ и Балтии насильно лишило несколько поколений людей истинной веры, породило пустоту в душах, нуждающихся в духовной пище.

4. В этих условиях возрождаются старые гностические культы и возникают так называемые «новые религиозные движения», которые подвергают пересмотру всю систему христианских ценностей, пытаются найти мировоззренческую основу в реформированных восточных религиях, а подчас обращаются к оккультизму и колдовству. Эти движения целенаправленно подрывают многовековые традиции пустой народов, вступают в конфликте общественными институтами, объявляют войну Церкви Христовой.

5. К несчастью, в наших странах появились свои лжепророки, руководящие, в частности, так называемыми «Собором новой Святой Руси» («Богородичным центром»), «Белым братством», «Церковью последнего завета» (группой лжехриста Виссариона). Возродились язычество, астрология, теософские и спиритические общества, основанные некогда Еленой Блаватской, претендовавшей на обладание некоей «древней мудростью», сокрытой от непосвященных. Усиленно пропагандируется «Учение живой этики», введенное в оборот семьей Рерихов и называемое также «Агни-йогой».