Читать онлайн «Прабхупада лиламрита». Страница 63

Бхактиведанта Свами чувствовал, что приглашение перебраться в храм Радхи-Дамодары — огромное благо для него, ведь жизнь там будет способствовать его новой работе — переводу на английский язык «Шримад-Бхагаватам». Из всех храмов Вриндавана храм Радхи-Дамодары располагал самой большой библиотекой подлинных рукописей шести Госвами и их последователей: там находилось свыше двух тысяч манускриптов, многим из которых было более трехсот, а некоторым даже более четырехсот лет. Бхактиведанта Свами с нетерпением ожидал дня, когда сможет перебраться туда и служить Господу в обществе Шрилы Рупы и Шрилы Дживы Госвами. Пока же он оставался в храме Вамши-Гопаладжи и все деньги, которые у него появлялись, тратил на ремонт комнат.

Проповедник должен идти в город, а не сидеть в уединении в святом месте — таково было одно из главных правил Бхактисиддханты Сарасвати. Поэтому Бхактиведанта Свами продолжал ездить в Дели, несмотря на то что для него это был просто ад, да и постоянного места для ночлега там не было. Часто его принимал у себя какой-нибудь бизнесмен, который, как принято в индийской культуре, считал своим долгом приютить и накормить садху, ибо так должен поступать всякий добропорядочный человек, ищущий благосклонности Бога. Но благочестие этих людей основывалось на сантиментах, а их обходительность и гостеприимство были только данью традиции. По-настоящему оценить труд Бхактиведанты Свами эти люди не могли. А сам он не собирался никому навязываться.

Он встретился с Хитсараном Шармой, директором издательства «Радха пресс». Господин Шарма когда-то печатал объявления и бланки для Лиги преданных. Бхактиведанта Свами иногда останавливался в его доме. Господин Шарма представил Бхактиведанту Свами Пандиту Шри Кришне Шарме, кастовому брахману и активному религиозному деятелю, секретарю «Шри Навал-прем-сабхи», делийского религиозного общества, основанного сто лет назад. Симпатизируя литературной работе Бхактиведанты Свами, Кришна Пандит предоставил ему комнату в своем храме Радхи-Кришны, что в Чиппиваде, районе Старого Дели. Так у Бхактиведанты Свами появилось постоянное место в городе.

Поезд из Матхуры прибывал на станцию Старый Дели недалеко от Чандни-Чоук, широкой улицы с оживленным движением: рикши, велосипедисты, иногда по десятку в ряд, реже автомобили, пешие носильщики с тяжелыми повозками, вьючные животные — ослы, волы, а иногда верблюды и слоны, везущие тяжелую поклажу и подгоняемые кнутами погонщиков...

Сойдя с оживленной Чандни-Чоук, Бхактиведанта Свами шел пешком по направлению к Чиппиваде. Он миновал Красный форт, оставил по левую руку храм Гаури-Шанкары и, уже перейдя на другую улицу, шел мимо большой, внушительной мечети Джама. По мере приближения к Чиппиваде улицы сужались. До разделения Индии и Пакистана в 1947 году этот район был мусульманским, а потом здесь обосновались тысячи индусов из Пенджаба. Чиппивада была частью индо-мусульманского района, населенного настолько плотно, что въезд машин на его улицы был запрещен; только воловьи повозки и рикши могли проехать по узким, переполненным людьми проходам, а на некоторых местах в тротуар были вмурованы железные столбы, чтобы воспрепятствовать движению рикш. Даже велосипедист мог стать причиной затора в каком-нибудь тесном переулке, заполненном толпами покупателей и рабочих. Боковые улочки переплетались с переулками, такими узкими, что балконы на втором этаже противоположных домов разделяло лишь несколько сантиметров, и улица была накрыта чем-то наподобие крыши, поэтому пешеход видел над головой только тонкую полоску неба. За толпами людей почти невозможно было разглядеть частные дворы, магазины, переулки. Многие вывески были написаны на хинди с пояснением на английском, однако кое-где можно было увидеть и арабскую вязь урду, а женщины в черной одежде, скрывающие лицо под чадрой, были здесь обычным явлением. В самой гуще этой напряженной городской жизни прятался узкий вход в храм Радхи-Кришны, которым управлял Кришна Пандит. Прямо над скромными арочными воротами этого храма виднелось изображение Ганеши и ряд голубиных гнезд.

Храм чем-то напоминал обычный многоквартирный дом — в нем проживало несколько семей. В храмовом помещении было темно, но Божества Радхи и Кришны хорошо освещались. Радхарани сияла молочной белизной, а Кришна, высотой более полуметра, был из черного мрамора. Его лицо украшали точки из свежей сандаловой пасты, а лоб был умащен желтым сандалом. Божества носили шелковые одежды. На втором этаже, прямо над алтарем, располагалась гостевая — комната, где остановился Бхактиведанта Свами. Цементные стены, пол и выступающая из него метровая бетонная пирамида со шпилем, указывающая, что прямо под ней находятся Божества, — вот и все ее убранство.

Но вскоре Бхактиведанта Свами обнаружил, что комната его, оказывается, не такая уж тихая: за стенами жили другие постояльцы. За дверью открывался вид на маленький внутренний дворик с растянутой над ним металлической сеткой меньшего размера, чем в храмах Вамши-Гопаладжи и Кешаваджи-матха. С крыши почти не было видно деревьев. Пейзаж состоял из крыш многоквартирных домов, так плотно прилегавших друг к другу, что по ним, казалось, можно было дойти до грандиозной Джама-Масджид. Три огромных купола мечети, окруженных высокими минаретами, вздымались над городскими зданиями, привлекая стаи голубей, которые садились на них или кругами летали по небу.

Кришна Пандит носил легкое хлопчатобумажное пальто черного цвета, фасон которого был известен всему миру благодаря Пандиту Неру. Шапочка у него была тоже в стиле Неру. Кришна Пандит говорил на хорошем английском и был очень общителен. В районе его хорошо знали и уважали. Пандит считал Бхактиведанту Свами садху, посланником Божьим, о котором нужно позаботиться, чтобы еще раз доказать богоугодность индуистской культуры. Новый гость оказался человеком приятным: простым, порядочным, любезным, и к тому же серьезным и ученым вайшнавом.

Кришна Пандит заявил, что осознаёт всю важность деятельности Бхактиведанты Свами в духе санатана-дхармы и понимает, что Свами нужен свой кабинет в Дели. Поэтому, сказал он, он торжественно обещает обеспечивать своего гостя всем необходимым. И хотя Бхактиведанта Свами ничего для себя не просил, Кришна Пандит принес ему циновку, низкий столик, которые расположил перед пирамидой, и матрас. Он показал Бхактиведанте Свами, как пользоваться единственным источником освещения в комнате — висящей на проводе электрической лампочкой с металлически абажуром (длину провода можно было регулировать вручную). Потом он принес изображение Радхи и Кришны, подаренное его духовному учителю махараджей Джайпура, и установил его в нише в стене, радуясь, что Бхактиведанта Свами может созерцать его глазами истинного преданного.

Бхактиведанта Свами мечтал об уединенном месте, где можно было бы писать книги перед отъездом на Запад, и Кришна предоставил ему целых два таких места. Теперь он мог работать и во Вриндаване, и в Дели. Почти сразу же он приступил к работе над: журналом «Бэк ту Годхед», решив из номера в номер печатать отрывки из своих прошлых сочинений. Тогда же он начал трудиться над «Шримад-Бхагаватам».

Узнав о том, как сложно выпускать журнал, Кришна Пандит вызвался оказать некоторую практическую помощь в его издании. Бхактиведанта Свами был так доволен искренней помощью Кришны Пандита, что в знак благодарности добавил к его имени титул хари-бхакта-анудаса, «тот, кто служит преданному Господа». Проведя в Чиппиваде шесть месяцев, Бхактиведанта Свами написал в гостевой книге храма слова благодарности.

Я рад записать здесь, что приехал в Дели из своей штаб-квартиры (1/859, Кеши-гхат, Вриндаван, Уттар-Прадеш) с духовной миссией, исключительно ради проповеди преданного служения Господу. И еще более счастлив я упомянуть здесь, что Шриман Шри Кришна Шарма, хари-бхакта-анудаса, предоставил мне здесь подходящую комнату для моей литературной работы. Здесь и в «Навал-прем-сабхе», где Шри Кришнаджи состоит почетным членом, я издаю журнал под названием «Бэк ту Годхед», выходящий на английском языке два раза в месяц. Секретарь организует мои ежедневные лекции по «Шримад Бхагват» (так в оригинале. — Примеч. пер.).

Покойный Пандит Джьоти Прасад Шарма, отец Шри Кришнаджи, также был со мною знаком, и при жизни, всякий раз, как я приезжал в Дели, Пандит Джьоти Прасадджи предоставлял мне жилье. Его замечательный сын также следует по стопам своего благородного отца и как секретарь «Навал-прем-сабхи» активно содействует проповеди рама-намы по всему городу.

Аккуратным английским почерком Бхактиведанта Свами написал также, что, по его мнению, храмы должны использоваться исключительно для обучения людей духовным ценностям, и его личная миссия как раз и состоит в организации храмов для этой цели.