Читать онлайн «Теологический энцеклопедический словарь». Страница 338

Попытки сформулировать определения, выделив основные отличительные черты крупнейших религий, сталкиваются со следующими трудностями. (!)Существуют пограничные феномены, такие, как ранний буддизм или марксизм. Чтобы включить их в понятие "религия", необходимо исключить из формулировки всякое упоминание о сверхъестественном. Такое решение, равно как и противоположное, выглядело бы произвольным. (2)Религии настолько различаются между собою, что крайне трудно выделить их общие черты. Если же такие черты обнаруживаются, то возникают такие расплывчатые формулировки, как та, что предложена Брэдли ("достигает определенной силы", "сопровождается некоторой рефлексией"). Но те, кто относит к числу религий известный своей агрессивной атеистичностью марксизм, считают определения, полученные таким путем, вполне приемлемыми.

Религия, Религиозный Несколько легче было бы дать формулировку, подходящуюлишькоднойили нескольким "высокоразвитым" религиям, считая прочие религии "неполноценными ". В таком случае мы последовали бы философскому методу, предложенномуБ. Бозанкетом, к-рый полагал, что реальность можно постичь лишь на примере ее высших проявлений.

Поиски такой формулировки тоже не обошлись бы без споров, но при достаточно гибком отборе можно было бы дать определение религии, приемлемое для очень многих. При этом можно выделить такие характерные черты религии, как вера в незримую высшую силу и поклонение этой силе, а также наличие неких внешних проявлений (обряды, молитвы и дела милосердия), призванных выражать и культивировать религиозное чувство.

А. К. Rule (пер. А. Г.) Библиография: P. A. Bertocci,Religionas Сгеalive Insecurity; C.J. Ducasse./l PhilosophicalScrutiny of Religion; Η. H. Farmer, Revelation and Religion; W. L. King, Introduction to Religion; E. C. Moore. The Nature of Religion; J. Oman, The Natural and the Supernatural; A. Toynbee,/4n Historian's Approach to Religion; A. G. Widgery, What Is Religion ?

Предметы, сохраняемые в память о земной жизни святых, Девы Марии или Христа, в т.ч. тела почитаемых лиц (мощи) или вещи, с к-рыми они вступали в соприкосновение.

В католической и православной традициях реликвии служат одновременно и напоминанием о тех, кто жил и умер ради веры, и средством общения с ними, поскольку считается, что часть благодати, наполнявшей их жизнь, пребывает в таких сохранившихся предметах и проявляется связанными с реликвиями чудесами. То, что на чудесное действие реликвий указывает и Библия, можно усмотреть в рассказах о костях Елисея (4 Цар 13:20) и об одеяниях, к к-рым прикасался ап. Павел (Деян 19:12).

Вера в реликвии получила широкое распространение среди христиан к IV в. Ее одобряли столь прославленные отцы Церкви,как Амвросий Медиоланский, Августин и Иоанн Златоуст. Первоначально особо почитали могилы святых; таким местам отдавали предпочтение при выборе места для строительства церквей. Позже кости и одежды (hrandea) стали переносить из могил для поклонения в других местах. Седьмой Вселенский собор постановил, чтобы впредь ни одна новая церковь не была освящена без мощей в алтаре. Реликвии также помещали в переносные реликварии для использования в процессиях и молебствиях об исцелении и покровительстве.

Огромное развитие культ реликвий получил в Средние века, когда он подвиг множество верующих на паломничества и привел к появлению неизбежных суеверий и злоупотреблений ради корысти. Особенно сильно это проявилось на католическом Западе; на православном Востоке большее значение, чем реликвиям, придавали почитанию изображений. Итог католическим обоснованиям почитания мощей подвел Фома Аквинский, утверждая, что, поскольку святые были храмами Св. Духа на земле, их останки остаются орудиями Духа после прославления. Т.о., телам святых надлежит отдавать особую честь, а реликвии заслуживают большего почитания, чем изображения. Тем не менее реликвии следует лишь почитать, ибо поклонения достоин один только Бог, и они не обладают иной силой, кроме силы Бога, изливаемой на святого.

Предтечи протестантизма, Гус и Уиклиф, осуждали культ реликвий как идолопоклонство. Реформаторы последовали их примеру. Кальвин, отмечая, что хранение реликвий неизбежно приводит к поклонению им, настаивал на уничтожении "этого языческого обычая ". Тридентский собор, основываясь на предании, подтвердил почитание реликвий. В настоящее время каноническое право Католической церкви относит реликвии к компетенции Конгрегации обрядов, требует, чтобы их подлинность была подтверждена епископом, и запрещает торговлю реликвиями.

P.D. STFFVFS(nep. Д.Э.)

Библиография: J. Calvin, "Inventory of Relics". in Tracts and Treatises on the Reformation of the Church; Canons and Decrees of the Council of Trent, Session XXV, in The Christendom, ed., P. Schaff, II, 2015; NCE, XII, 23440; W. Smith, Dictionary of Christian Antiquities, II, 176878; H.Thurston. HERE, XI, 5159.

(Relativism). Абсолютный релятивизм представляет собой: (1) эпистемологическую концепцию, отрицающую всякое объективное, общепризнанное человеческое знание и утверждающую, что смысл и истина меняются от человека к человеку, от культуры к культуре, от эпохи к эпохе; (2) метафизическую концепцию, отрицающую любые неизменные реальности - энергию, пространство, время, естественные законы, человеческую личность, Бога - и утверждающую, что все постигается исходя из деятельности, событий, процессов, отношений, в к-рых различные наблюдатели являются включенными участниками; (3) этическую концепцию, отрицающую неизменные моральные принципы, обязательные для всякого человека во всякой ситуации, и, т.о., придающую им только ограниченную ценность. Порожденный этими тремя сферами, релятивизм проник буквально во все области человеческого опыта и знания.

Ограниченный релятивизм полагает внутренне противоречивым и ошибочным абсолютный релятивизм с его безусловным отрицанием всякой безусловной истины, но в то же время согласен с тем, что человеческое знание носит в значительной степени условный и искаженный характер и находится под влиянием бесчисленных изменчивых факторов. Однако, согласно концепции ограниченного релятивизма, в общем божественном откровении людям сообщаются неизменные истины о природе Бога, прежде всего - о неизменных планах Божьих в отношении изменяющихся людей в изменяющихся культурах. Обладающий конечной природой, падший человек не способен изобрести неизменные истины, он может только отк-рыть и получить их посредством божественного откровения и божественного соизволения. В этом смысле человек способен познать не только неизменные принципы, планы и цели, но также смысл уникальных, непреходящих событий в их объективной значимости.

Человеческое познание обусловливается бессчетным количеством культурных переменных - психологических (Фрейд), субъективных (Кьеркегор), моральных (Флетчер), экономических (Маркс), политических (РайнхольдНибур), исторических (Ричард Нибур, В. Дильтей), образовательных (Дьюи), религиозных (Кобб, Старке, Уотте), антропологических (Крафт), стилистических (Рикёр). В условиях калейдоскопически меняющихся переменных поборники всеобщего релятивизма отвергают всякую неизменность, абсолютную истину о предмете.

Для толкования и сообщения всегда было очень важно все лучше понимать эти переменные. Сейчас интерпретаторы осознают- чтобы понять суть людей, принадлежащих иной культуре, чрезвычайно важно найти в них нечто близкое тебе, причем в терминах их собственных установок и исторических корней. Такое кросскультурное воеприятие равно необходимо, если нужно сообщить главное о себе носителям других культур в терминах их собственных категорий мышления и вербального выражения. Но нахождение лучших путей восприятия и передачи не решает проблемы объективности.

Согласие в вопросе о том, до какой степени могут повлиять культурные переменные на познание, так и не было найдено. Детерминисты полагают, что помимо определенного набора состояний, присущих человеческому мозгу и сознанию, никакие иные состояния невозможны. Любое знание соотносится с этими состояниями и определяется ими (Скиннер). Для других исследователей, хотя и считающих, что человеческое знание и поведение предрасположено к привычному ответу на данный ряд побуждающих факторов, подобная обусловленность "все же не означает абсолютного детерминизма". Однако при этом зависимость всяких суждений от культурновременных факторов считается неоспоримой (Крафт).

Существует также точка зрения, согласно крой человек рассматривается не только в качестве физического организма, но и как имеющий ум, душу, дух, способный к свободному волеизъявлению и самотрансценденции. Соответственно, человеческое знание не привязано в этом случае к временному фактору, и люди несут ответственность за свои поступки (Т.Рид, Дж.О. Базуэллмл. и др.). Экзистенциалисты утверждают, что человечество не связано ни внешним детерминизмом, ни внутренним детерминизмом, обусловленным данной человеку неизменной природой; подлинно свободный человек фактически должен демонстрировать эту весьма проблематичную свободу, будучи независимым от культурных пристрастий и привычных предпочтений. Все же более вероятно, что некое знание предваряется культурными влияниями и творческим знанием, к-рые лишь прилагаются к той или иной ситуации.