Читать онлайн «Жития Святых». Страница 542

О сем авве Григории, патриархе Антиохии, некоторые из старцев передавали, что он имел в особенности следующие добродетели: милостыню, непамятозлобие, покаяние, смирение. Он имел также и большое сострадание к согрешающим, приобрел и многие другие добродетели. Святейший Софроний, патриарх Иерусалимский, дает о нем такое свидетельство:

— Такой муж, как антиохийский патриарх, блаженный Григорий, достоин сопричисления к лику святых и преподобных: он против воли был взят на патриаршество и проводил святую жизнь о Христе Господе нашем, Ему же слава во веки. Аминь.

Преподобный Феодор Трихина, т. е. власяничник [1], был сыном богатых родителей и происходил из города Константинополя. Оставивши для Бога родителей и богатство, и славу, он удалился из отечества и принял монашество в одном пустынном монастыре.

Здесь он проводил столь строгий образ жизни, что весьма истощил плоть свою, так что по лицу сделался похожим на мертвеца. В течение целых ночей он стоял на молитве и, несмотря на холод и мороз, никогда не покрывал своей головы и носил только одну колючую волосяную одежду, за что и был прозван, как сказано, власяничником или трихиною. Затем его же именем стал называться и тот монастырь, в котором святой проводил свою суровую жизнь. За свои подвиги святой Феодор получил от Бога власть над бесами, и, сотворив много чудес, с миром отошел к Господу [2]. Он совершал чудеса не только при своей жизни, но и после своего преставления, ибо от его святых мощей истекало благовонное целебное миро, которым во славу Христа Бога нашего излечивались многие болезни и изгонялись нечистые духи.

В то время как нечестивые императоры Диоклитиан и Максимиан [1] яростно преследовали христиан, был схвачен и представлен для допроса к правителю Кампании [2] Тимофею епископ Ианнуарий. Когда военачальник увидал, что Ианнуарий, принуждаемый различными способами к поклонению идолам, — то обольщаемый ласками, то устрашаемый угрозами, — остается непоколебимым в христианской вере, то приказал ввергнуть его в раскаленную печь для сожжения. Но святой, подобно трем отрокам в пещи Вавилонской (Дан. гл. 3), оставался невредимым от опаления огнем, так как к нему сошел Ангел Божий, уничтоживший силу огня, и святой ликовал среди огня, воспевая и славословя Бога.

Когда же он вышел из печи, то все заметили, что огонь не коснулся даже и одежды его, и весьма удивлялись этому. Военачальник же, полагая, что христианский епископ вышел невредимым из огня, будучи охраняем какой то волшебной силой, исполнился сильнейшего гнева на святого и приказал растянуть его на мучительском станке столь крепко, что даже члены тела его отделялись от своих суставов, и затем приказал святого бить без милости до тех пор, пока не истерзалось всё тело его и не были видны обнаженные кости его, земля же около него обагрилась кровью.

На сие страшное зрелище пришли два клирика — диакон Фест и чтец Дизидерий, которые, стоя в толпе народа, с благоговением взирали на страдание своего епископа. А так как они, то радовались в душе по поводу обнаруживаемого мучеником терпения, то плакали по поводу причиняемых ему жестоких страданий, то язычники по этим признакам догадались, что они были христианами. Тогда нечестивые схватили их обоих и, связавши, вместе со святым мучеником епископом Ианнуарием, повели вслед за военачальником в город Путеолы [3], где бросили их в темницу.

В этой же темнице находились заключенные сюда за исповедание Христа Прокл и Соссий — диаконы города Путеолы, и два мирянина Евтихий и Акутион, осужденные на растерзание зверей.

С наступлением дня они все вместе с епископом были выведены на площадь и отданы зверям. Прославляющийся же среди Своих святых Бог заградил уста зверям, подобно тому, как некогда заградил уста львам во рву, в который был брошен Даниил (Дан.6). Ни один из зверей тех не прикоснулся к святым мученикам, но все, на время изменивши свою природную свирепость на овечью кротость, подошли к святому епископу Ианнуарию и припали к ногам его. Это необычайное происшествие привело в изумление и ужас всех бывших там людей. Между тем военачальник, приписывая и это мнимой волшебной силе христиан, обдумывал каким бы способом предать смерти святителя Божия и всех тех, которые находились с ним.

В то время как он, слепотствовавший духовными очами, размышлял об этом, то внезапно лишился и телесного зрения и почувствовал нужду в проводнике, ощупывая стены. Когда же святитель и мученик Христов Ианнуарий по своему незлобию помолился о своем мучителе военачальнике Тимофее, то последний немедленно прозрел телесно, но не душевно. Народ, взиравший на все сии чудеса, уверовал во Христа в количестве около пяти тысяч человек. Прозревший же по молитвам мученика от внезапной слепоты, неблагодарный и окаменелый сердцем, военачальник, не только не познал истины, но пришел в еще большее безумие и вместо того, чтобы воздать хвалу Христу, Господу нашему, произносил на Него хулы; воспылав злобою по поводу обращения ко Христу такого количества людей, он приказал усекнуть мечем святых мучеников. Таким образом священномученик, святитель Божий Ианнуарий со своими сострадальцами диаконами Фестом, Проклом и Соссием, с чтецом Дизидерием и с Евтихием и Акутионом — мирянами, восприял венец мученический, будучи убиен ими мечем за стенами города Путеола [4].

Тела же этих святых мучеников взяли к себе жители окрестных городов, причем каждый город взял по одному мученику, желая иметь каждый своего ходатая пред Богом. Тело священномученика Ианнуария взяли жители города Неаполя; с честью принеся его в свой город, они положили его в своей церкви. В то время, когда брали тело святого из города Путеола, то, собравши с земли запекшуюся там же кровь святого, положили ее в стеклянный сосуд и благоговейно хранили ее у себя. Когда сосуд с этою кровью ставили на голову мученика, то она немедленно растворялась и делалась горячею, как будто только что пролитая. В Неаполе также соделывались различные чудеса по молитвам священномученика Ианнуария. Особенно же там прославлялось следующее чудо.

Некогда гора Везувий [5] извергла в столь большом количестве огненную лаву, что страх и трепет охватил жителей не только ближайших, но и отдаленных городов. Но когда народ, придя ко гробу святого, начал со слезами взывать к нему о помощи, то огненная лава немедленно сокрылась в той горе, и не случилось никакого вреда людям. Совершилось еще и другое преславное чудо над умершим отроком.

Одна женщина, вдова, по имени Максимилла, имела единственного сына и, когда он умер, неутешно плакала о нем. Придя в церковь, она заметила над церковными дверями икону, имеющую на себе изображение святого епископа Ианнуария; припомнивши о бывшем некогда в Ветхом Завете чуде, именно как святой пророк Елисей воскресил сына Соманитянины (4 Цар., гл.4), она возложила твердое упование на Бога и на угодника Божия и поступила по примеру Елисея: взяв икону святого мученика Ианнуария, она положила ее на своем умершем отроке, приложивши глаза к глазам, уста к устам и остальное подобие изображенного тела к телу мертвеца и помолилась со стенанием и горячими слезами, говоря:

— Угодник Божий! Помилуй меня и утиши мою печаль: воскреси единственного сына моего.

Когда она молилась так, сын ее немедленно ожил и встал здоровым. Все собравшиеся на его похороны, увидавши столь преславное чудо, удивились, прославляли и благодарили Бога, творящего чрез святых Своих дивные чудеса и возвеличили похвалами святого мученика Ианнуария, как своего скорого помощника, святыми молитвами которого да ниспошлет и нам Господь милости Свои во веки. Аминь.

В царствование императора Антонина [1], когда Пергией памфилийской [2] управлял военачальник Феодот, для военной службы были набираемы здесь красивые и крепкие телом юноши. Вместе с другими юношами хорошего рода взят был и воспоминаемый ныне прекраснейший видом блаженный Феодор, который и был приведен к военачальнику Феодоту. Военачальник положил на него, как и на остальных юношей, воинский знак. Но святой Феодор немедленно сбросил его с себя, сказав:

— Я знаменован от чрева матери моей моим Небесным Царем Господом Иисусом Христом и не желаю быть воином для другого царя.