Читать онлайн «Сумма теологии. Том I». Страница 125

Раздел 4. Предполагают ли свойства понятийные акты?

С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что понятийные акты познаются прежде свойств. Ведь Мастер Сентенций говорит, что «Отец всегда есть, так как Он всегда рождает Сына»[608]. Поэтому кажется, что порождение предшествует отцовству в порядке ума.

Возражение 2. Далее, в порядке ума всякое отношение предполагает то, на чем оно основано; например, равенство предполагает число. Отцовство же – отношение, основывающееся на акте порождения.

Возражение 3. Далее, порождение относится к отцовству так же, как рожденность к сыновству Однако сыновство предполагает рожденность, ибо Сын называется так в силу того, что Он рожден. Следовательно, отцовство также предполагает порождение.

Этому противоречит следующее: порождение есть деяние личности Отца. Однако личность Отца образует [отношение] отцовства. Следовательно, в порядке ума отцовство первичнее порождения.

Отвечаю: согласно тому мнению, что свойства не различают и образуют ипостаси в Боге, а лишь являют их как уже различные и оформившиеся, мы должны были бы определенно сказать, что в нашем способе познания отношения вытекают из понятийных актов, то есть можно было бы говорить, что «Он есть Отец, поскольку Он рождает». Однако, различие необходимо, если мы предположим, что именно отношения различают и образуют божественные ипостаси. Ибо происхождение в Боге обозначается как действие и как претерпевание: действие – это порождение, приписываемое Отцу и изведение, приписываемое Отцу и Сыну как понятийный акт; претерпевание – это рожденность, приписываемая Сыну, и исхождение, приписываемое Святому Духу. Ибо в порядке ума происхождение в смысле претерпевания предшествует личным свойствам происходящего лица, поскольку происхождение в этом смысле обозначает наклонность к лицу, образуемому свойством. Подобным же образом происхождение в смысле действия предшествует в порядке ума неличному свойству лица порождающего. Так, понятийный акт изведения предшествует в порядке ума не имеющему имени относительному свойству, общему для Отца и Сына. Личное свойство Отца может рассматриваться двояко: во-первых, как отношение, и тогда опять-таки в порядке ума оно предполагает понятийный акт, коль скоро отношение как таковое основывается на акте; во-вторых, поскольку Он образует Лицо, и тогда понятийный акт предполагает отношение так же, как действие предполагает действующее лицо.

Ответ на возражение 1. Когда Мастер говорит, что «Он есть Отец, поскольку Он рождает», термин «Отец» берется в значении только отношения, но не как обозначение самосущего Лица, так как тогда было бы необходимым обратное суждение, что поскольку Он есть Отец, Он рождает.

Ответ на возражение 2. Это возражение толкует отцовство как отношение, но не как то, что образует Лицо.

Ответ на возражение 3. Рожденность есть начало личности Сына, и, таким образом, в порядке ума она предшествует сыновству даже в смысле образования личности Сына. При этом деятельное порождение обозначает происхождение от личности Отца, а потому оно предполагает личное свойство Отца.

Теперь мы рассмотрим Лица в отношении к понятийным актам, в связи с чем нам предстоит исследовать шесть [пунктов]: 1) следует ли приписывать Лицам понятийные акты; 2) являются ли эти акты необходимыми или произвольными; 3) происходит ли Лицо из ничего или из чего-то; 4) существует ли в Боге сила, связанная с понятийными актами; 5) что означает эта сила; 6) может ли один понятийный акт быть направлен на несколько Лиц

С первым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что понятийные акты не должно приписывать Лицам. Ведь сказал же Боэций: «Все, что приписывается Богу, к какому бы роду оно ни принадлежало, становится божественной субстанцией, кроме того, что связано с отношением»[609]. Но действие есть один из десяти «родов». Следовательно, любое действие, приписываемое Богу, принадлежит Его сущности, а не понятию.

Возражение 2. Далее, Августин говорит, что «все, что говорится о Боге, говорится о Нем в связи либо с Его субстанцией, либо с отношением»[610]. Но все, что принадлежит к субстанции, обозначается атрибутами сущности; тогда как все, что принадлежит к отношению, [обозначается] именами Лиц или свойств. Следовательно, не должно приписывать Лицам понятийные акты в дополнение к этим [именам].

Возражение 3. Далее, природа действия заключается в том, чтобы вызывать претерпевание. Но в Боге не может быть претерпевания. Следовательно, в Боге не может быть и понятийных актов.

Этому противоречат слова Августина: «Свойство Отца состоит в том, чтобы порождать Сына»[611]. Следовательно, в Боге могут иметь место понятийные акты.

Отвечаю: различие между божественными Лицами основывается на происхождении. Однако происхождение может быть надлежащим образом обозначено лишь через определенные акты. Вот почему для того, чтобы обозначить порядок происхождения божественных Лиц, им следует приписывать понятийные акты.

Ответ на возражение 1. Всякое происхождение обозначается как акт В Боге имеется двоякий порядок происхождения: во-первых, постольку, поскольку от Него происходят твари, и это является общим для трех Лиц; поэтому те действия, которые приписываются Богу с целью обозначения происхождения от Него тварей, принадлежат к Его сущности; во-вторых, порядок происхождения в Боге одного Лица от другого, по каковой причине акты, обозначающие порядок этого происхождения, называются понятийными, ибо понятия Лиц суть взаимные отношения между Лицами, как это явствует из приведенных выше объяснений (32, 2).

Ответ на возражение 2. Понятийные акты отличаются от отношений между Лицами только по способу обозначения, но в действительности они суть одно и то же. Потому-то Мастер и говорит, что «порождение и рожденность другими словами суть отцовство и сыновство»[612]. Это становится ясным благодаря тому соображению, что о происхождении одной вещи от другой мы заключаем прежде всего из движения, ибо то, что нечто изменяет свое расположение посредством движения, очевидно вызывается какой-то причиной. Отсюда действие в первичном смысле означает возникновение движения. Ибо движение, которое переходит в движимый объект от другого, называется претерпеванием, а возникновение движения, которое начинается в одной [вещи] и прекращается втом, что движется, называется действием. Отсюда, если отнять движение, то действие не предполагает ничего кроме порядка происхождения, поскольку действие переходит от некой причины, или начала, к тому, что [происходит] из этого начала. Следовательно, коль скоро в Боге не существует движения, действие Лица, производящего другое Лицо, есть лишь связь начала с тем, что от него происходит, каковая связь и называется отношением, или понятием. Тем не менее, мы не можем говорить о божественных и умопостигаемых вещах иначе, кроме как тем способом, каким мы говорим о вещах чувственных, из которых извлекаем наше знание и в которых действия и претерпевания (в той мере, в какой они предполагают движение) отличаются от отношений, вытекающих из действия и претерпевания; а потому было необходимо обозначить связи Лиц [друг с другом] отдельно по характеру действия и отдельно по характеру отношений. Таким образом, очевидно, что они суть одно и то же в действительности и различаются лишь по способу обозначения.

Ответ на возражение 3. Действие, коль скоро оно предполагает начало движения, естественным образом предполагает претерпевание. Однако действие в этом смысле не может приписываться Богу· Следовательно, претерпевание приписывается Богу лишь с грамматической точки зрения и в соответствии с нашим способом говорения, когда мы употребляем по отношению к Отцу [слово] «рождать», а по отношению к Сыну – «быть рожденным».

Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что понятийные акты являются произвольными. Так, Иларий говорит: «Не по природной необходимости Отец породил Сына»[613].

Возражение 2. Далее, сказано апостолом: «…избавившего нас от власти тьмы и введшего в Царство возлюбленного Сына Своего» (Кол. 1:13). Но любовь связана с волей. Следовательно, Сын был рожден Отцом по [Его] воле.