Читать онлайн «В водовороте». Страница 100

В романе противопоставлены друг другу два женских образа: Елены Жиглинской, убежденной нигилистки, дерзкой безбожницы, и княгини Елизаветы Григоровой, женщины добродетельной и глубоко религиозной. Все, что резко отрицает Елена, дорого или свято для княгини. Противопоставление это сделано так, что читатель, не имеющий оснований к немедленному предпочтению одной из этих борющихся сторон, почти на протяжении всего романа, по существу, колеблется: кому отдать свои симпатии? Княгиня Григорова наделена автором рядом несомненно привлекательных черт, и к тому же она является потерпевшей, жертвой.

На протяжении всего романа идет напряженная борьба между религией и атеизмом, моралью старой и новой.

Не случайно автор вводит образ Миклакова, содержащий некоторые автобиографические черты Миклаков, один из единомышленников Елены, становится горячим поклонником княгини Григоровой. Автор изображает Миклакова этакой "жертвой" журнальных редакций, от которых он "пострадал за правду". Он колко отзывается о редакторах и сотрудниках журналов. "Все эти насмешливые отзывы Миклакова, разумеется, передавались кому следует; а эти, кто следует, заставляли разных своих критиков уже печатно продергивать Миклакова, и таким образом не стало почти ни одного журнала, ни одной газеты, где бы не называли его то человеком отсталым, то чересчур новым, либеральным, дерзким, бездарным и, наконец, даже подкупленным. Прочитывая все это, Миклаков только поеживался, и посмеивался, и говорил, что ему все это как с гуся вода, и при этом обыкновенно почти всем спешил пояснить, что он спокойнейший и счастливейший человек в мире, так как с голоду умереть не может, ибо выслужил уже пенсию, женской измены не боится, потому что никогда и не верил женской верности, и, наконец, крайне доволен своим служебным занятием, в силу того, что оно все состоит из цифр, а цифры, по его словам, суть самые честные вещи в мире и никогда не лгут! Говоря таким образом, Миклаков в душе вряд ли то же самое чувствовал, потому что день ото дня становился как-то все больше худ и желт и почти каждый вечер напивался до одурения; видимо, что он сгорал на каком-то внутреннем и беспрестанно мучившем его огне!" (стр. 116-117).

Писемский в романе дает отрицательную оценку русскому самодержавию и всему возглавляемому царем бюрократическому аппарату Российской империи. В этом отношении роман Писемского довольно явственно сближается с сатирой и несколько предваряет мысли, которые позже нашли выражение в драматической сатире "Хищники" ("Подкопы"), запрещенной цензурой в 1872 году (см. т. IX).

Как бы желая завершить свой конфликт с "Современником", Писемский словами Елены Жиглинской дает в своем романе наивысшую оценку деятельности Чернышевского и Добролюбова (стр. 70).

С точки зрения композиции, роман "В водовороте" глубоко отличается от "Людей сороковых годов". В этом романе Писемский немало поработал над принципами композиционного единства и экономии. В романе нет "лишних" персонажей и "случайных" эпизодов. Роман "В водовороте" написан на уровне того композиционного совершенства, которого Писемский впервые достиг в своем миниатюрном романе "Старческий грех".

Именно эта высокая техника романического искусства и привлекла к произведению Писемского усиленное внимание Л.Н.Толстого, а у Н.С.Лескова вызвала предельный восторг: "Помимо мастерства, вы никогда не достигали такой силы в работе. Это все из матерой бронзы; этому всему века не будет!" (письмо к Писемскому от 6 апреля 1871 г.)*.

______________

* "Новь", 1895, No 9, стр. 289.

Газеты того времени отмечали: "Роман этот имеет несомненно успех и читается многими чуть не нарасхват"*. Однако острое политическое содержание романа обусловило крайнюю разноголосицу в оценке критикой его литературных достоинств. Критик А.П.Чебышев-Дмитриев считал, что "новый роман г.Писемского не уступает нисколько лучшим его произведениям прежнего времени"**. Через несколько лет, вновь возвращаясь к оценке романа, тот же критик писал: "Елена Жиглинская не манекен, а живой человек с плотью и кровью"***. Достоинства образа Елены вынужден был признать даже реакционный критик-катковец В.Г.Авсеенко, не скрывавший, однако, своей антипатии к нему****. Либеральные "С.-Петербургские ведомости" при оценке романа Писемского забыли об элементарных приличиях и предоставили свои страницы для злобной брани В.П.Буренина, писавшего, между прочим: "Теперь, по окончании романа, я должен сказать, что более бесцельного и тупого беллетристического произведения в настоящем году я не знаю. Это просто сплетение сцен без лада и смысла, набор лиц и происшествий, не имеющих за собой никакой серьезной подкладки, никаких авторских намерений, кроме разве клубничных"*****.

______________

* "Русский мир", 1871, No 17.

** "Голос", 1871, No 209.

*** "Новое время", 1875, No 21.

**** "Русский вестник", 1873, июль, стр. 403.

***** "С.-Петербургские ведомости", 1871, No 201.

Готовя отдельное издание романа, вышедшее в 1872 году в трех томах, Писемский внес в него некоторые изменения. Приводим наиболее существенные из них.

Стр. 117. Вместо слов "женской измены не боится, потому что никогда и не верил женской верности" было: "женской измены не боится, потому что сам всегда первый изменяет".

Стр. 120. После слов "воскликнула негромко г-жа Петицкая" было: "Во всей этой сцене г-жа Петицкая видимо хотела представить из себя горькую, неутешную вдову, для которой память об ее покойном муже дороже всего".

Стр. 160-161. Вместо слов "Она еще и прежде того немного нравилась ему и казалась такой милой и такой чистенькой. В настоящие же минуты какое-то тайное предчувствие говорило ему, что он произведет довольно выгодное для себя впечатление на княгиню" было: "Она еще и прежде сего ему нравилась и казалась такой милой и такой чистенькой; прочитанное же им письмо ее к мужу окончательно утвердило его в этой мысли, и княгиня стала представляться Миклакову как бы совершенною противоположностью ему самому: она была так добра, а он зол; она так опрятна, а он вечно грязен; она блондинка, а он брюнет, - словом, она ангел, а он черт".

Стр. 212. Вместо слов "отвечала насмешливо акушерка" было; "отвечала акушерка; и когда Иллионский уехал, она прибавила про себя: "Ишь, старый черт этакой, говори за него, очень мне нужно!"

Стр. 227. Вместо слов "его спросил дьякон своим густым и осиплым басом" было: "к нему сейчас же обратился отец дьякон".

Текст романа печатается по изданию 1872 года с исправлениями ошибок по журнальной публикации 1871 года.

Стр. 5. ...покойного государя - императора Николая I (1796-1855).

Стр. 6. Любимец трех государей - Александра I, Николая I и Александра II.

Лицей - Александровский лицей в Петербурге, ранее находившийся в Царском Селе. Основан в 1811 году.

Брыли - отвисшие губы или щеки.

Стр. 7. Комильфо (от франц. comme il faut - "как надлежит") в данном случае, каким надлежит быть светскому благовоспитанному человеку (в манерах и одежде).

Петиметр - модный щеголь (слово, бывшее употребительным в России в XVIII веке).

Стр. 9. Вотировать - голосовать (от франц. voter).

Стр. 18. Пилат, Понтий - римский наместник (прокуратор) иудейской провинции в 26-36-х годах I века, упоминается в евангельских сказаниях.

Стр. 23. ...питаться своими трудами... - одно из главных требований передовой молодежи шестидесятых годов. Ограниченность применения женского труда в ту эпоху в России вынуждала девушек стремиться к получению преимущественно педагогического и медицинского образования.

Стр. 28. ...с коронации. - Речь идет о коронации императора Александра II в 1856 году.

Стр. 29. Нигилисты (от латин. nihil - ничто) - представители разночинной интеллигенции шестидесятых годов XIX века, отрицавшие принципы и традиции дворянской культуры.

Лапис (ляпис) - прижигающее средство в медицине (от латин. lapis камень).

Стр. 33. Теории Дарвина. - Речь идет о работе Дарвина "Происхождение видов путем естественного отбора" (1859).

Стр. 40. Ренан, Эрнест (1823-1892) - французский философ-идеалист, историк религии. Труды его об Иисусе Христе использовались в борьбе с официальной церковью.

Бюхнер, Людвиг (1824-1899) - немецкий физиолог, один из представителей вульгарного материализма, автор книги "Сила и материя".

Молешот, Якоб (1822-1893). - Молешотт - голландский физиолог, представитель вульгарного материализма.

Стр. 42. Кайенна - здесь название кайеннского перца, ввозимого из города Кайенны во Французской Гвиане.

Стр. 43. Ревекка - героиня библейских легенд, жена патриарха Исаака, мать Исава и Иакова.

Стр. 69. Наталья Долгорукая (1714-1771) - княгиня Наталья Борисовна Долгорукова, дочь фельдмаршала графа Б.П.Шереметева. Последовала за мужем И.А.Долгоруковым в ссылку. Написала "Записки" о своей жизни. Судьба ее стала темой поэмы И.И.Козлова, "Дум" К.Ф.Рылеева и других произведений.

Стр. 70. Пожарский - князь Дмитрий Михайлович (ок. 1578 - ок. 1642), один из вождей освободительного движения русского народа против польской и шведской интервенции.