Читать онлайн «Исповедь соперницы». Страница 67

Мы выехали из леса. До самого горизонта простиралась Великая Восточная равнина. Вдали, за зарослями ольхи, поблескивали заводи фэнов.

Гита указала мне на видневшееся впереди селение.

— Поезжай туда, Отилия, я найми проводника. Так тебе будет надежнее добраться до монастыря.

— А ты?

Она вскинула голову.

— Я еду домой. В Тауэр-Вейк. Буду жить в кремневой башне мятежника Хэрварда. Там я и продолжу род своего великого деда. Даже если в одиночестве.

Я смотрела, как она уезжает. Гита, грациозная и горделивая, с развившимися длинными косами цвета лунной пряжи.

За ней на муле трусила Труда, напоследок окинувшая меня подозрительным взглядом — не из-за меня ли ее госпожа покинули Гронвуд, где им жилось так привольно?

— Да хранит тебя Бог и все святые, Гита Вейк! — прошептала я.

Неделю назад Эдгар стал графом Норфолкским. Обряд инвестуры[48]состоялся в Лондоне, где в это время находился король.

Я ожидала, что новоиспеченный граф вернется вместе с леди Бэртрадой, но ошиблась. Я стала настолько провинциалкой, что уже само собой разумеющимся считала, что невеста до свадьбы должна не меньше месяца провести в доме будущего мужа — дабы войти в круг обязанностей хозяйки. Однако совсем иное дело, когда речь идет об особах королевской крови.

Более того — по возвращении Эдгара сообщил мне, что так и не повидался с нареченной, которая все еще находится в Нормандии. Ожидать ее следует только ко дню венчания — в день поминовения святого Лаврентия, то есть десятого августа.

Вся предшествующая предшествовавшая свадьбе неделя для меня в лихорадочной подготовке к торжеству. Мне пришлось спешно ехать в Норидж и взять на себя львиную долю забот. Скажу как на исповеди, я изрядно уставала. Одно дело следить за хозяйством в усадьбах, другое — брать на себя обязанности по подготовке пира по случаю свадьбы графа. Но ранее я имела кой-какой опыт устройства подобных торжеств, к тому же Эдгар был моей семьей и мне хотелось сделать все как можно лучше, как и полагалось при дворах феодальных сеньоров.

Разумеется, что с дочерью короля прибудет немало титулованной знати и граф, Норфолк не должен ударить в грязь лицом перед всеми этими вельможными особами. Поэтому мне некогда было даже присесть и передохнуть, не говоря уже, чтобы подумать о собственном отъезде. Ведь, как мы условились с Эдгаром — я уеду едва его женой станет Бэртрада Нормандская.

Я не выносила Бэртраду. Заносчивая, подлая, язвительная. Я знала ее еще ребенком, и позже, уже взрослой, но такой же лицемерной и хитрой. Но у нее было положение, какое редко удавалось достичь внебрачной дочери — тут я не могла не отдать дань ее уму и способности интриговать. По крайней мере, отец баловал ее, моя госпожа Матильда доверяла ей, а Эдгар решил сделать ее своей женой. Не знаю, имело ли мне смысл раскрыть ему глаза на то, что же представляет собой его нареченная? Решила ничего не говорить. Ведь брак с ней нес ему немалые выгоды и почет, а уже одно это стоило того, чтобы желать этого союза. Что же касается недостатков самой Бэртрады… Чтож, Эдгару еще предстояло узнать ее и научиться усмирять. Ведь в конце концов, верховенство в супружестве всегда остается за мужчиной.

Вскоре в Норидж начали прибывать гости. Наверное со времен датских королей этот древний город не посещало столько знати. Прибыли братья невесты, графы Глочестер и Корнуолл с супругами, граф Стэфан Мортэн, графы Лестер, Честер и Экзетер, епископы Тэтфордский, Илийский и Линкольнский, даже аббат Ансельм из Бэри-Сэнт-Эдмунса поспешил на поклон к Эдгару, забыв старые обиды. Сама же невеста высадилась в Ярмуте, где отдыхала после переезда по морю. Что до меня, то мне было дивно, что она не спешит встретиться с женихом. И каким женихом!

Я уже давно не вспоминала свои наивные надежды о том, что Эдгар станет моим мужем. Это было давно, когда он только приехал и я увидела, как он похож на моего бедного Этельстан… только еще краше. Правда Эдгар сразу дал мне понять невозможность этого. И если я и испытала печаль, то в этом повинно только мое глупое сердце. Но я всегда гордилась своей волей и вскоре заставила умолкнуть начавшее зарождаться чувство. Я стала для Эдгара, как он и хотел, другом, поддержкой, сестрой. Никогда и не думала, что с каким бы то ни было мужчиной меня свяжут столь доверительные и чистые отношения. Да, Эдгар воистину стал мне братом. Когда-то у меня и в самом деле был брат, Гай, но никогда я не чувствовала с ним такой теплоты и взаимопонимания, как с Эдгаром. И я старалась не думать о близкой разлуке.

Когда накануне венчания пришло известие, что Бэртрада прибыла в аббатство Святой Элизабет, что близ Нориджа, я не придала этому значения, будучи занята предсвадебными приготовлениями. С морского побережья как раз доставили тридцать бочонков свежих устриц, какие установили в колотый лед. Двадцать две бараньи туши зажарили на больших вертелах. Будет и три быка, десять оленьих туш, множество ветчины, колбас, дичи, домашней птицы, кроликов и три павлина, каких я велела начинить сухими фруктами и которых внесут в зал на серебряных блюдах со всем красивым опереньем. И это не говоря о рыбе: форели, миногах, лососине, треске, великолепных угрях. Будут и овощи: зеленый горошек, редис, отварная свекла, салат, лук, целые горы зелени. Пекари работали не покладая рук, чтобы испечь превосходный белый хлеб; масло и мед будут в изобилии, так же как и множество сортов сыра. А так же вафли, бисквиты, сваренные в сахаре фиалки, несколько фруктовых пирогов, которые подадут с обильным кремом и марципанами.

Вечером, усталая, я поднялась подышать воздухом на галерею. Эта галерея была последним нововведением Эдгара в Нориджском замке, и имела весьма привлекательный, даже элегантный вид: полукруглые аркады, сдвоенные колоны с каменной резьбой в виде спиралей. Она опоясывала фасад замка перед обширной площадкой двора, где должны были состояться стрельбище лучников, скачки, бои на палицах и другие развлечения в дни свадебных торжеств.

Неожиданно в дальнем конце двора, там где располагались мишени, я увидела Эдгара.

Несколько неподходящее занятие нашел он для себя в это время, учитывая, что завтра состоится его свадьба. Эдгар метал ножи. Он вообще часто упражнялся в метании — привычка с Востока. И я редко видела человека, какой бы так метко кидал клинки. В этом было даже какое-то великолепие. Я стояла на галерее и наблюдала, как сверкают лезвия в лучах заката, когда Эдгар делал быстрый замах, как молниеносно метал их и они вонзались в мишень с тупой дрожью.